Перерождение

— Добрый вечер, милорд, — не поворачиваясь, наклонил я голову. — Я… мхм… интересуюсь причинами выдачи мне титула.

— Не бойся, это простая формальность. Пока что.

— А…

— Чуть позже поговорим, — тяжесть на плечах исчезла и, обернувшись, я никого не увидел. С одной стороны, несолидно как-то гертэну так носиться, с другой — с его параметрами и использованием техник это выглядит почти как телепортация. Вот он перекинулся парой слов с нами — и вот уже сидит в другом конце зала, разговаривает со смазливым и улыбчивым длинноволосым парнем. На первый взгляд — какой-то молодой и, следовательно, не особо опытный адепт, но моё Познание при одном взгляде на него орало так громко, что сомнений не оставалось. Обладатель Истока.

— Ингвар Солнечный, — проследив за моим взглядом, пояснила Диомеда. — Один из свободных ольтэнов, которые живут на наших землях. Хотя этот живёт чисто формально — большую часть времени путешествует. Я его впервые за последние лет пять вижу.

Я лишь отстранённо кивнул. Нет, это всё, конечно, было местами довольно занятно, но… честно говоря, после долгой дороги и плотного ужина всё, что хотелось — пойти подремать. Ну или просто посидеть в тишине и спокойствии с книжкой.

Но, увы, после пира нам пришлось вновь тащиться в кабинет Церетеуса. Настал тот самый момент поговорить «чуть позже».

Из-за дверей донёсся взрыв чьего-то утробного хохота, и, стоило нам войти, мы услышали:

— … а вот есть ещё одна история. Заходят в бордель адепт Тьмы и адепт Света… — покосившись на нас, рассказчик со вздохом прервался. — Ладно, потом расскажу.

Церетеус, стоявший у окна, небрежно прислонившись к стене, вежливо улыбнулся:

— Не забудь только. А пока… Позволь ещё раз представить тебе этих перспективных молодых людей. Моя дочь Диомеда и мой вассал Эдриан.

— Виррис Арташ, — небрежно кивнул нам коротко стриженный широкоплечий гигант. Гигант — в самом прямом смысле. Добрых два с половиной метра, не меньше. Чёрт возьми, как он косяки лбом не сносит, с таким-то ростом? Странно, что я не заметил его на пиру — из толпы он, мягко говоря, выделяется.

— Что ж, не будем тратить время, — продолжил Церетеус. — Как ты уже понял, Виррис, Эдриан и Диомеда — мои кандидаты для твоего поручения.

— Думаешь, сдюжат?

Арташ отошёл на шаг назад, склонил голову набок, внимательно рассматривая меня с напарницей. Зачем-то принюхался и глубокомысленно почесал подбородок:

— Ну, стихия Жизни пареньку, конечно, пригодится, да и навыки у них неплохие для их возраста… но я бы отправил кого-то посильнее. И поопытнее.

— Те, что посильнее, нужны мне в боях и на защите замка, — отрезал Таубер. — Я не могу просто так оторвать от службы нескольких третьешаговых. А Эдриан с Диомедой, помимо опыта в странствиях, имеют мозги и определённую… везучесть.

— Дело твоё, — пожал плечами Виррис. — Сам же понимаешь — пока их поиски не увенчаются успехом, наша сделка в силе лишь наполовину.

— Понимаю, — скривился Церетеус.

— А можем мы поинтересоваться, на что нас вообще подписывают? — с едва скрываемым ядом в голосе поинтересовалась Диомеда.

Гертэны бросили на неё мимолетные взгляды и вернулись к бурному, но малопонятному для нас обсуждению. Заметив, что напарница начинает закипать, я положил руку ей на плечо и негромко сказал:

— Успокойся. В первый раз, что ли?

Девушка же, покосившись на меня, вдруг как-то по-особенному ехидно улыбнулась и приобняла меня за талию.

— Я абсолютно спокойна, дорогой, — приторно прощебетала она, прижавшись ко мне куда плотнее, чем этого требуют рамки приличия.

Я невольно поперхнулся и громко закашлялся.

Церетеус едва заметно дёрнул глазом. С учётом его опыта и выдержки — невероятное достижение со стороны дочурки.

Арташ… Арташ, кажется, едва сдерживался, чтобы не загоготать во весь голос.

В кабинете повисла нехорошая тишина.