Страница 17 из 39
Глава 16
Вера
Анжелика, потирая ручонки, припахивает несчастного Лазарева к общественным работам. Но он, вроде как, не возражает.
С каким-то тихим удовольствием я смотрю, как он ей триммером заросли сорняков у забора убирает и малину подвязывает.
Вообще подруга у меня ещё та огородница, ничего кроме газона не высеивает, но, как говорит, малина – сорняк, ползёт сама, а от вкусной ягодки летом она отказываться не будет. Так что единственное, на что она себя с подвигла – купить шпалеры для кустов, а вот установить и подвязать - лень было.
А тут Тимур так удобно подвернулся.
Алиса с Дариком носятся по лужайке, а мы пьём чай на веранде.
- Как приятно отдыхать, когда другие работают, - подмигивает подруга. – Хороший мужик. Смотри, он и в бизнесе шарит, и руки работают. И ещё кое-что, - поддевает меня локтем. – Вон какую дочь тебе заделал.
- Анжелика… - смущённо смотрю на неё. – Хватит, иначе я буду злиться.
- А чего злиться. Тебе судьба второй шанс даёт.
- Я ещё от первого не оклемалась, - отвечаю, скривив губы.
Мало кто знает, чего мне вот это стоило. Собрать себя в кучу и жить дальше.
Когда работа сделана, Анжелика нас мягко всех выталкивает на прогулку к озеру.
- Идите, Дарику побегать надо. Выгуляйте мне парня. И себя тоже.
Так что вскоре мы с Тимуром и Алисой медленно идем по тропинке к озеру. Солнце пробивается сквозь листву, чем ближе озеро, тем быстрее становится шаг дочери. И вот уже Алиса бежит впереди, Дарик тявкает от восторга – выпустили на свободу. И прыгает, доставая Алисе до пояса.
Дочь смеётся, хлопает в ладоши и кричит:
- Быстрее, Дарик! Вот так!
Я улыбаюсь от этой картины, а Тимур идет молча, сунув руки в карманы, и я чувствую, как в воздухе собирается напряжение. Будто наше прошлое, как тень, следует за нами.
- Что такое? – спрашиваю с иронией. – Спинка болит?
- Ну… если заболит, я рассчитываю на качественный массаж, - не остаётся Лазарев в долгу.
- Рассчитывай, этого тебе никто не запрещает.
Краем глаза, улавливаю, что он идёт, повернув голову в мою сторону.
- На дорогу смотри. Под ноги, - указываю. – Тут вон какая тропинка. Корни деревьев торчат там и тут.
- Я смотрю, - говорит они тут же спотыкается, чертыхаясь.
А я усмехаюсь и пожимаю плечами. Упрямый…
Массаж ему подавай… может, ещё чего хочет?
Смотрю украдкой на его красивое лицо.
Может, и хочет…
Наконец, мы добираемся до озера. Алиса бежит к берегу, приседая у самой воды.
- Ого… тут лягушки! Видите?! - кричит она, тыкая на воду.
- Не видим, но слышим! – откликается Тимур.
Над водоемом разносится громкое кваканье, и Алиса хихикает, пытаясь подражать им.
Её «ква-ква» звучат очень забавно.
Дарик, тявкая, прыгает рядом.
- Фу, Дарик, сейчас всех распугаешь. Фу! – командует дочь, забирая пса на руки. – Смотри, сколько их тут под водой. Ого… нет, ну ты смотри, смотри! – восклицает Алиса. – Тебе нравятся лягушки? Мне да. Как лягушка говорит? Ква-ква… не гав-гав, а ква-ква, Дарик, - учительским тоном продолжает выговаривать.
Мы с Тимуром, посмеиваясь, садимся на старые деревянные мостки на лавочку.
Вероятно, с неё обычно рыбачат. Рядом привязана чья-то лодка.
- Позаимствуем? – предлагает Лазарев. – Я вас покатаю.
- Ага, - скептически хмыкаю. – Береги спину, Тимур. Массажа не будет. Отдыхай.
- Всё-таки не будет, - вздыхает тяжко и смотрит на мои губы.
А те уже начинает покалывать от воспоминаний о вчерашних поцелуях. Внизу живота образуется приятная тяжесть, и я ощущаю, как руки и ноги становятся ватными, а в голове поселяется гул.
Ужасно… мне хочется самой напрыгнуть на Лазарева и повторить вчерашнее.
Что это со мной? С ума посходила, что ли?
Брр… Трясу головой, пряча румяные щёки за волосами, упавшими на лицо.
Волны озера мягко плещутся под лёгким ветром, в озёрной глади отражается небо.
Природа спокойна.
А вот мы с Лазаревым будто в ожидании взрыва.
Тимур поворачивается ко мне, его взгляд серьезен.
- Вера, мы должны поговорить о прошлом. О том, что было между нами. Это важно, ты понимаешь?
А я по-прежнему смотрю на воду, стараясь не выдать своё состояние дрожью в голосе.
- Ну о чём ты хочешь поговорить? Так обязательно прошлое дёргать? Было и прошло. И осталось позади, и я не хочу ничего ворошить. Другое дело – будущее. О будущем — да, мы можем договориться. О том, как будешь общаться с Алисой. Я не собираюсь тебе ничего запрещать. Она к тебе привыкнет, потом скажем, что ты её отец. Без потрясений, пожалуйста. Хорошо?
Он кивает, но я вижу, как его плечи напрягаются.
- Спасибо, Вера.
- За что?
- За адекватность.
- А-а-а… - посмеиваюсь. – За это пожалуйста. Только ты больше не нарушай мои личные границы. Ладно? Вчерашнее было лишним.
Лазарев какое-то время молчит. Несколько секунд, кажущимися мне вечностью.
- Прости. Больше не повториться.
Больше не повториться?
Всё внутри меня вопит: Не-е-ет! Только не это!
И я думаю, какие же мы странные – женщины, говорим нет, когда хотим сказать да. Просим не повторять, когда буквально всё внутри нас умоляет сделать эту ошибку снова.
Я умная, разумная, логичная женщина, так? Я всё правильно делаю?
Тогда почему меня грусть охватила?
- Ты чего вздыхаешь? – спрашивает Лазарев.
И я с ужасом понимаю, что тоскливый вздох у меня вырвался по-настоящему.
- Я? Вздыхаю? Тебе послышалось, - начинаю отнекиваться.
А рука Лазарева внезапно ложится мне на талию. И я напрягаюсь.
- Что это? – я выпрямляюсь.
- Где? – округляет он глаза, в которых пляшут смешинки.
- Тимур Аркадьевич, вы, никак, переработали сегодня? Головка не соображает?
- Почему же… очень даже соображает, - возражает он, наклоняясь ниже.
А я смотрю на его приближающиеся ко мне губы и застываю. Сижу, будто каменное изваяние, дёрнуться не могу.
Не знаю, чем бы всё закончилось, если б не вскрик Алисы.
- Дарик, фу! Дарик! Выплюнь! Фу-фу! – а потом протяжное. - Ма-а-ам, он лягушку съел! М-а-ам? Он же не умрёт? Дарик!
- Ну что, пошли спасать Дарика? – отстраняется от меня с разочарованным вздохом Лазарев.
И не слышит, что я так же разочарованно вздыхаю, вставая и идя следом за ним к берегу.
Чёртов Дарик… то ли мой спаситель, то ли нет…
Одно точно – рядом с Тимуром я постоянно на волоске от ошибки.