Страница 18 из 39
Глава 17
Тимур
- Когда обратно вас везти? – спрашиваю Веру вечером.
- Сам лично повезёшь? – приподнимает бровь.
А я смотрю только на её губы и вспоминаю, какими сладкими они были и манящими. Как я не удержался и поцеловал её. И что я точно снова не удержусь, и сделаю это.
- Повезу. Думаю, комфортный автомобиль предпочтительнее электрички.
- Я не настолько избалована, - кидает Вера.
- Алисе так удобнее будет, - даю весомый аргумент. И Вера, готовая ехать даже на ослах, только бы не со мной, сдаваясь, кивает.
– Тогда завтра ближе к вечеру выдвигаемся.
Она меня избегает, - мелькает в голове. – Она боится.
Только чего?
Я рад, что недоразумение с их задержанием на вокзале подзабылось. Мне бы не хотелось, чтобы это стояло между нами. Ну только если в качестве смешного воспоминания, которое мы будем рассказывать нашим внукам.
Внукам?
Боже… Лазарев, что за мысли? Как это вообще произошло?
Я гасил воспоминания о Вере, о чуть ли не единственном светлом человеке в моей жизни, годами, а теперь мы встретились, и я… дорос до неё, что ли?
Дорос до того, чтобы быть отцом, чтобы стать реальным мужем.
Мне до недавнего времени казалось, что мне никто не нужен, особенно наивные девушки, смотрящие мне в рот, в глазах которых светится любовь, на которую я не смогу ответить.
Такой Вера была несколько лет назад.
Но я своим поступком, тем, что оттолкнул её, видимо, сделал ей прививку от подобных чувств, и теперь… жутко… жутко хочу, чтобы всё вернулось.
Но не вернётся.
По крайне мере, не в том виде, что было тогда.
Я устал от фальши, устал от товарно-денежных отношений, устал…
С утра пораньше меня бомбардируют вопросами по работе, я кратко отвечаю, а потом прошу беспокоить только по крайне важному поводу.
Но это мои офисные. А вот Юлия, которая помогала организовывать презентацию, написывает, что нам надо срочно созвониться. Уж очень ей нужен отзыв о том, как всё прошло.
Начальство требует, - строчит в мессенджере. – Всё ли понравилось? Всё ли устроило? Была ли комфортной организация? – а дальше: следует предложение. – Может, встретимся и обсудим всё за ужином?
Я хочу написать «Да, всё было на высшем уровне», но успеваю лишь набрать «да», когда мой телефон разрывается от звонка. Это зам, извиняясь, требует моего внимания.
Я выхожу на веранду поговорить, переключая голову на работу, а тон – на деловой.
- Что? Не дают отдохнуть, Тимур Аркадьевич?
Вера, которая, оказывается, сидела рядом, но я её не заметил, хмыкает, когда я завершаю разговор.
- Да, не дают.
- Как всегда – раб своего бизнеса.
- А ты вольный художник? Такой жизни ты хотела?
Вера задумывается. Потом пожимает плечами чуть растерянно.
- Какая разница, чего я хотела. Теперь уже всё равно ничего не исправить. Сложилось так, как сложилось.
Я бы мог ей сказать, что исправить можно, а если не исправить, то – начать сначала. Только Вера уходит. А я думаю, что мне будет очень тяжело сломать эту стену.
Алиса, играющая с Дариком у цветочной клумбы, замечая меня, машет мне рукой.
И во мне возникает уверенность, что дочь может стать тем мостиком, который нас с Верой соединит.
Только ли честно использовать Алису в этих целях?
Вероятно, не совсем.
Ближе к вечеру мы все грузимся в мою машину.
Анжелика, кутаясь в кофту, с хитрой улыбочкой нас провожает приятным для меня напутствием.
- Ну, жду вас ВСЕХ в гости и поскорее, - уголок её губ иронично приподнимается.
- Прям таки всех? – переспрашиваю.
- Из вас, господин Лазарев, вышел бы прекрасный таксист тарифа бизнес-класс. Вы уж будьте добры, доставьте девочек ко мне в следующий раз, тогда и для вас гостевая спальня найдётся.
Или не гостевая, - думаю я, оглядываясь на Веру.
Но та взглядом посылает гром и молнию на голову подруге.
- Тётя Лика, спасибо за пирог! – подпрыгивает Алиса и повисает на шее хозяйки.
Та хлопает её по спине и целует в макушку.
- Крестница моя, любимая. Всегда пожалуйста.
Дарик, тявкая, прыгает у их ног.
Алиса тискает его и нехотя выпускает.
- Мам… - смотрит она на Веру с мольбой. – Может, заберём Дарика к нам пожить.
- Нет, - отрезает Вера.
А Анжелика, успокаивая, гладит Алису по голове.
- Солнце моё, Дарик любит греться на солнышке, ему тут комфортнее, чем в квартире. Правда.
- Эх… - вздыхает дочь и залезает в машину.
- Сто пятидесятая попытка, - вздыхает Вера, бросая на меня усталый взгляд.
Мы отъезжаем от дома, какое-то время прыгаем по ухабам грунтовой поселковой дороги, потом выруливаем на шоссе.
Алиса засыпает довольно быстро, а Вера предпочитает сделать вид, что спит. Так ведь можно со мной не общаться.
Но… милая… не выйдет.
Не сегодня, так завтра.
Не завтра, так послезавтра.
Тебе ещё мой офис декорировать, - думаю я с каким-то злорадным удовольствием.
Но Веру не беспокою.
А где-то на середине пути, когда солнце уже скрывается за макушками высоких деревьев, мы встаём в традиционную пробку во имя ремонта дороги. И ползём так медленно, что время прибытия в город оттягивается минимум на час полтора.
Мой телефон снова начинает вибрировать. Уже, кажется, четвёртый раз за последние полчаса. И я, не желающий на него отвечать, всё-таки смотрю, кто же это там такой настырный.
И да… мне всё-таки приходится ответить на звонок.
- Тимур Аркадьевич, - с паникой в голосе обращается ко мне медсестра. – Вячеслав Борисович вас к себе зовёт. Как-то нехорошо ему.
Вячеслав Борисович – это мой дед. В том числе и из-за него мне пришлось семь лет назад заключить сделку с Верой. Он ушёл от дел, оставив управление компанией мне, а сам тихо указывал что делать из тихого загородного дома, напоминая о том, что скоро отправится на тот свет, и даже быстрее, если я что-нибудь поломаю.
Семь лет назад мне было двадцать пять. Я уже был серьёзным, собранным, конкретным, но деду было этого мало. Он всё думал, у меня ветер в голове. Но ветра там отродясь не бывало.
Только он и сейчас считает, что я приму неверное решение и всё разрушу в один чудесный момент. Хотя состояние семьи увеличилось многократно. Он всё ещё любит просматривать отчёты и требует, чтобы я с ним советовался. Что я и делаю периодически, но не по таким уж значительным поводам.
- Вас к себе просит. Можете приехать.
- Завтра только если.
- Немедленно! – доносится требовательный голос откуда-то издалека.