Страница 12 из 39
Глава 11
Вера
Впервые мне хочется побить человека. Я обычно не драчливая, но сегодня готова произвести все возможные манипуляции над бездыханным телом Лазарева. Придушить, четвертовать, вздёрнуть и так далее.
Потому что его самоуверенность, вседозволенность и ощущение безнаказанности переходят всякие границы.
Нас с Алисой прямо без всяких преувеличений скрутили, как преступниц и притащили прямо в офис к Тимуру. А сам Тимур, вот это совпадение, до вечера развлекал гостей на презентации.
То, что отобрали телефон, стало последней каплей.
То, что не дали позвонить главному виновнику событий – добило окончательно.
Алиса, конечно, немного скрасила атмосферу.
Сначала слезу пустила, потом командовать начала. Ей быстро принесли всё, что она хотела. И шоколадку, и бумагу с карандашами и даже мультики на старом компьютере запустили.
Я же требовала Лазарева и на контакт не шла.
О чём мне с ними разговаривать? С солдафонами из охраны? Нет, люди разные бывают, но у этих реально одна извилина на всех и то прямая.
- М-м-м… а десерт? – смотрит Алиса на Лазарева, который привёз нас в какой-то дорогущий ресторан на ужин.
- Выбирай, - взмахом руки позволяет он. – Ты что хочешь?
- Может, хватит сладкого на сегодня, а? – подключаюсь к диалогу.
Я внимательным взглядом смотрю на дочь, а она лишь глазами хлопает. Хитрая иногда такая, просто вся в отца.
- А это назавтра, - отвечает Алиса. – Я ж не знаю, что у тёти Ангелины дома есть. Вдруг ничего?
Я слегка закатываю глаза. Маленькие дети – маленькие хитрости и шалости, но по мере роста и взросления, их фантазия становится всё более буйной и цветистой.
Помню, когда-то Алиса просто закрывала ладошками глаза и считала, что раз она меня не видит, значит, и её не видно. Куда делась та наивная девочка?
- Ну что? Едим десерт? – обращается ко мне Лазарев, привлекая внимание. По выражению его лица видно, что он готов половину ресторана скупить, только бы градус моей злости на него снизился. – Или я могу с собой что-то захватить. На завтра? – это уже Алисе.
Он даже ей подмигивает, и дочка хихикает.
- И на сегодня, и на завтра, - выдаёт обнаглевшая Алиса.
- Дочь… - убитым голосом взываю к ней.
Но наша рыжуля лишь глазами хлопает.
В итоге в неё залетает пирожное и два шарика мороженого.
А я отказываюсь.
Нет уж, Лазарев, меня сладеньким не подкупишь.
- Ну, говори, куда ехать? – спрашивает, когда мы, наконец, садимся в машину.
Алиса устраивается сзади на невесть откуда взявшемся детском кресле. Лазарев уже подсуетился и тут.
Я говорю адрес подруги. Ангелина уже предупреждена, кто нас везёт. И шлёт мне восторженные смайлики, хотя лично я никакого восторга не испытываю. В машине по мне нечем дышать. Тут слишком много Тимура. Его запаха и его ауры властности. Наши локти несколько раз соприкасаются. И мне хочется вжаться в дверцу, стать маленькой и незаметной.
А ехать два часа.
А я выдержу?
Нет уж… заварил, пусть разгребает.
Мы едем молча по шоссе. И это молчание давит, как густой сизый дым, который мешает дышать. Руки Лазарева вальяжно лежат на руле. Я смотрю в окно, на то, как мимо проносятся деревья, огни фар разрезают темноту, но ничего не отвлекает от мыслей, которые кружатся в голове, как вихрь.
Что дальше? Что дальше-то?
А дальше… я уже могу предположить – долгие годы общения с Лазаревым. Потому что абсолютно точно он не позволит нам с Алисой исчезнуть. Даже переехать в другой город не даст.
Он то и дело бросает на меня короткие взгляды, но ничего не говорит. Может, боится сказать что-то не то, или просто не знает, как разбить молчание?
Ой… не знает, это точно не про Лазарева. Он знает всё и наперёд. И да, лучше всех.
Очень самоуверенный. Всегда таким был!
В машине пахнет дождём, который начал накрапывать так внезапно и его парфюмом — терпким, будоражащим, притягательным.
Я пытаюсь сосредоточиться на дороге, на монотонном гуле шин, трущихся об асфальт, но каждая минута наедине с Лазаревым рискует превратиться в вечность.
- Заснула, - внезапно говорит Тимур.
- Хм?
- Алиса заснула.
- Ой, это та ещё соня, - с натянутой улыбкой отвечаю. – Её хлебом не корми, дай вздремнуть. Потом она обычно просыпается и бегает, как перпетуум-мобиле, без остановки. И снова спит без задних ног.
- Она… интересная, - аккуратно замечает Тимур и тоже отвечает мне мягкой улыбкой.
- Да, есть такое.
И всё… разговор исчерпывает себя.
Мы снова погружаемся в неуютную тишину.
Но видимо, Тимур ищет темы для разговоров, потому что в следующий раз он спрашивает про брата.
- Как Георгий?
В принципе, логичный вопрос, от человека, который непосредственно поучаствовал в судьбе моего брата.
- Всё хорошо. Учится в столице. Жив, здоров, сердце работает, как часы.
- А мама.
- А мама… увы… ушла от нас… - отвечаю и раздражаюсь.
Мне не хочется быть вежливой с Лазаревым и поддерживать эту глупую ненужную беседу. Тем более, она поднимает со дна души совсем неприятные ощущение.
- Слушай, ты зачем меня об этом расспрашиваешь? Досье собрать не успел? Что я ем на завтрак? Лучший друг Алисы из садика неизвестен? Хм?..
Тимур усмехается.
- А ты рекомендуешь обратиться к профессионалам, а не узнать информацию из первых уст? Из твоих?
- Действуй так, как тебе привычнее, - отмахиваюсь, и Лазарев внезапно ловит мою взметнувшуюся вверх ладонь.