Первый после меня

Над кроватью незнакомца было небрежно закреплено несколько титульных страниц, грубо вырванных из книг. От мощного выдоха спящего, они слабо трепыхались, словно листья клёна на ветру. Казалось, они делали робкие попытки покинуть такую негостеприимную грязную стену, но все их старания - были тщетными.

На этих листках, раньше бывшими белоснежно-белыми, что-то было – какие-то изображения. Я наклонился над спящим, что бы получше всё рассмотреть.

Картинки оказались весьма примитивными и по уровню исполнения – выглядели как работы, выполненные детской рукой. Они напомнили мне, любые мои рисунки, сделанные очень давно – ещё в детском саду.

Но художнику, создавшему эти шедевры - было виднее. Они наверняка для него что-то значили. И видимо, он считал их вполне удавшимися. По этому, он гордо прикрепил эти произведения своего искусства над кроватью.

На одном из рисунков была изображена женщина – судя по треугольному платью, заштрихованному толстыми кривыми линиями. На круглой голове у неё старательно изображена была корона с аккуратными зубчиками по верхнему краю. Глаза - две чёрных точки, ещё чёрточка - нос и наконец - небольшая дуга внизу - улыбающийся рот. Наверху рисунка коряво было что-то написано.

Поскольку я совсем не давно научился читать книги гигантов, мне понадобилось не малых трудов в этих каракулях разобрать слово, учитывая, что одна из букв была написана почему-то зеркально. Слово это было – «мама».

Другой рисунок повторял сюжет из первого рисунка, с одной лишь разницей – женщина с короной на голове была не одна. Рядом с ней был нарисован человечек. Он был выше её по росту и они крепко держались за руки. На лицах у обоих были нарисованы счастливые улыбки.

Окончив осмотр помещения, я подошёл к ближайшей из двух дверей и попытался её открыть. Дверь с трудом, но всё же поддалась моим усилиям.

За моей спиной размеренно звучали рулады храпа и нагоняли волны запаха, а я, медленно затворив дверь затхлой каморки, отправился в неизвестность по длинному, тёмному коридору.

******

На этот раз ступенек не было. Был длинный путь, по почти ровному и прямому коридору, который привёл меня к ещё одной странной двери с вертикальной ручкой-рычагом. После нескольких неудачных попыток - я понял – дверь не открывается внутрь или наружу – она, по проложенным пазам отъезжает в сторону.

Сдвинув её совсем немного - на ширину своей ладони – я прислушался. Звуков храпа позади – я уже не слышал, а из-за двери напротив - вообще ничего не доносилось. По этому - смело оттолкнул её от себя, я высунулся по пояс из образовавшегося проёма.

Очутившись в незнакомом помещении – уже скорее по привычке - тут же втянул носом воздух.

Запах, который я почувствовал - был хорошо мне знаком. Я огляделся. Да, так и есть - это был погреб, в котором стояли пивные бочонки и в котором я уже бывал на пару с Бельмингиром.

«Так вот как мышка, ворует чужие зёрнышки!»- отчего-то подумал я и задвинул за собой дверь. Она, слабо скрипя роликами в плохо смазанных пазах – в конце своего пути негромко чмокнула, плотно встав на своё место.

С внешней стороны дверь - была обшита деревянными панелями, плотно подогнанными друг к другу. Панели были с красивым резным орнаментом, как и всё в этом помещении. Таинственная дверь ни как не выделялась и по этому, её было очень трудно как-то отличить, среди прочих таких же стен. Неизвестные мастера очень хорошо постарались – я несколько раз тут проходил с королём, но мне и в голову не могло прийти, что за этой фальшивой стенкой, скрывается вход в тайный лабиринт переходов.

После того как я обнаружил туннель и странного храпящего человека в комнате, мне захотелось осмотреться в погребе повнимательней. Вдруг я увижу то, что раньше мне просто не бросалось в глаза?

Первое правило – «хочешь что-то найти - думай как тот, кто прячет» – вполне здесь работало.

Уже уяснив, куда примерно нужно смотреть и чем руководствоваться в своих поисках – я, как гончая, начал рыскать по большому безлюдному погребу.

Мне повезло - мои попытки увенчались успехом.

За большой и высокой дубовой бочкой, лежащей на боку, куда мог пролезть только я, стояла в нише, спрятанная от чужих глаз, пузатая глиняная кружка. Видимо она служила дегустационным «стаканчиком» и наш воришка - сначала наполнял её, пробуя пиво на вкус, а потом уже отливал понравившийся напиток, в свою более ёмкую посуду.

Усмехнувшись своей находке - «Вот она-то и послужит мне достаточным аргументом в моём будущем разговоре с королём!» - обрадованно подумал я. Мне очень не хотелось появляться перед Бельмингиром с пустыми руками.

Кружка была тяжёлой, из светло-коричневой, обожжённой глины. По её бокам, сплошным узорным поясом шли вензеля и вытертые от времени гербы. По самому низу этого предмета, проходила металлическая медная полоска, с какой-то затёртой от времени надписью. Вес этой ёмкости - приятно оттягивал мою руку и наводил на интересные мысли. Сбоку кружки торчала такая же массивная ручка с колечком посередине. Покрутив кружку в своих руках и рассматривая её и так и сяк – я наконец догадался - когда то у неё была крышка, которая крепилась к этому кольцу. Но возможно от времени, а может быть и от нерадивости хозяина – такой интересный атрибут посуды - был утерян.

Пустая кружка в моей руке, посередине пивного погреба, заставляла работать голову только в одном направлении. Видимо, я так вжился в роль этого «пивного воришки», что мне захотелось на высокой ноте, закончить свой следственный эксперимент и тем самым поставить точку в своих умозаключениях. Почти не противясь своему стремлению – я пошёл наливать в свою улику пенного и пробовать его на вкус.

*******

После долгого хождения по рядам между одинаковых огромных деревянных бочек и мучительного выбора, я наконец, нашёл в крайнем ряду ровно стоящих пузатых сестёр ту, которая, как мне показалось - особо отличалась понравившимся мне насыщенным вкусом напитка.

Выбрав кран, я с немалым трудом отвернул его и, наконец, наполнил свою найденную тару. Потом, нетерпеливо припал к пенному краю кружки и начал осушать её, делая большие, жадные глотки.

Сам факт, что это происходит в отсутствии хозяина погреба, и я сам наполняю кружку из любой понравившейся мне бочки – придавали холодному пиву прямо-таки божественный вкус. «Яблоки из чужого огорода – всегда слаще» - вспомнил я опять бабушку и её присказку, позволяя пиву между тем, широким потоком литься мне в глотку…