Первый после меня

Глава 4 Замок великанов, дух дома и разлитое пиво.

Все наверняка слышали об Александрийской библиотеке, которая соседствовала с одноимённым маяком, одновременно являющимся в древние времена одним из семи чудес света?

Это очень символично идти на свет маяка в бушующем море и попадать потом в обширное книгохранилище, наполненное мировыми знаниями. Знания, как и золото во все времена – были всегда в цене, и всегда ценились дороже последнего.

Не знаю как древние, а я ощутил благоговейный трепет, попав в гигантский зал, наполненный многочисленными книгами. Книги здесь были повсюду – они занимали все полки и стеллажи – аккуратно расставленные и просто лежащие на полу – словно ждущие своей читательской очереди. Все они были очень разными на вид - были большие и маленькие, в переплёте из желтоватой, потёртой кожи и старой, тронутой временем тёмно- зелёной бархатной ткани. Фолианты одетые в деревянные, потёртые оклады и затянутые в яркие ткани. Эти книги были такими разными, но их объединяло одно – их размер и вес. Некоторые я мог бы с трудом поднять из-за их собственного веса, а к другим даже не стоило и подходить – они бы не сдвинулись с места, даже если бы я приложил к этому все свои силы.

Приглядевшись, я увидел, что книги иногда соседствовали с длинными свитками из пергамента, сложенными в ровные горки, а кое – где моему взгляду попадались глиняные таблички их тёмной глины, со странными клинописными значками. На самом верху стеллажей стояли искусно выполненные прямоугольные барельефы, выполненные из серого камня. На них, не известный мастер изобразил различные сюжеты - замершие животные, птицы летящие в облаках, великаны и маленькие люди, странные механизмы, в окружении многочисленных пружин и шестерёнок. Были барельефы с изображением острых пиков высоких гор, покрытых снегом. Барельеф с изображением рыб и таинственных подводных существ. На дальних полках видны были сюжеты с выпуклыми рельефами кристаллов и барельеф с подробной картой солнечной системы.

Посреди этого зала, обрамлённого в высокие белые колонны, в торжественном одиночестве, на пьедестале из тёмного дерева, стоял большой чёрный камень примерно в пол человеческого роста. Его отполированную чёрную поверхность покрывали мелкие значки многочисленных символов и геометрических фигур. Кружево этих пыльных надписей на поверхности было настолько плотным, что издалека казалось – буд-то весь камень покрывала невесомая белёсая паутина.

По углам библиотечного зала величественно располагались статуи из белого мрамора. Все они были разного возраста и изображали хорошо сложенных людей, при чём, я заметил - все они были мужского пола. Их фигуры были облачены в свободно спадающие одежды, напоминающие хитоны древних греков. Все статуи стояли и смотрели в центр зала, на странный камень, покрытый не понятными письменами. Лица у мужчин были торжественно - спокойны, будто они постигли какую-то великую истину, которая является мерой всех вещей.

В руках у каждого был какой-то предмет – глобус, астролябия, транспортир с линейкой и отвесом. У одного я заметил в руках непонятный куб с многочисленными закреплёнными на нём плоскими дисками, с нанесёнными на их поверхность шкалами разной толщины…

********

Количеству собранных здесь фолиантов, мог позавидовать любой библиофил. Да что библиофил! За любую стоящую здесь на полке книгу или рукопись, крупная библиотека или государственное хранилище, отдали бы не глядя целое состояние, а мировые аукционы дрались, за возможность выставить у себя такой бесценный лот. И таких древних книг - здесь было не один-два экземпляра, а великое множество.

Но всё же, большее любопытство у меня вызвала сама обстановка этого места.

Все полки для книг в зале шли от самого низа пола и уходили под сводчатый потолок, украшенный изображением многочисленных людей парящих под облаками. Мне пришлось задирать голову и стоять, раскрыв рот, внимательно всматриваясь в детали масштабного полотна.

Все изображённые там персонажи не были адептами многочисленных земных религий, как показалось в начале. На вогнутой поверхности купола были изображены гиганты и некоторые из них - находились в полёте. В этом им помогала специфическая, не привычная для нашего глаза техника и странные устройства – летающие платформы, аппараты, напоминающие пустое куриное яйцо и закреплённые на руках великанов различного вида приспособления, со скрученными, на манер пружин - антеннами.

Как не трудно догадаться, люди нормального роста там тоже присутствовали – кто-то из них помогали гигантам, что-то поправляли и прикручивали на изображённой технике. Иногда, люди держали какие-то приборы в своей руке и снимающим с них показания, а в другой руке у них был свиток, исписанный разными формулами и математическими значками – было видно, что этот человек сверял свои результаты со значениями из списка. У меня сложилось полное впечатление – команда профессиональных механиков суетится на пит-стопе, перед отправкой заправленного аппарата в полёт, дальше по своему маршруту.

Закончив всё это рассматривать – Бельмингир не торопил меня и дал время, что бы я пришёл в себя от увиденного. Закончив осмотр, я посмотрел ему в глаза и тихо произнёс:

- Почему же всё так получилось? Почему мы не смогли жить и работать вместе?

Великан лишь усмехнулся.

Я стоял на крепком дубовом столе, возле одной из стен с книгами, а напротив меня расположился в удобном кресле гигант. Такое моё положение, позволяло мне особо не задирать голову, а ему - нормально общаться, рассматривая собеседника.

Когда я, наконец, устал стоять, то сел на корешок одной из самых толстых книг, лежащих на столе великана. Тут же запоздало вспомнив, что тем самым я проявляю не учтивость в присутствии короля – и поспешно вскочил на ноги. После, получив милостивое разрешение от него – «можно садиться» – удобно расположился на кожаном переплёте.

Мои глаза между тем, внимательно изучали сидящего напротив гиганта. Его могучий торс, покрывала светлая невесомая накидка тонкой выделки, с прямоугольным орнаментом по краям. Выбранные для одежды орнаментальные меандры красиво облегали рельеф тела и подчёркивали его объём.