Страница 49 из 149
Сергей Михайлович ездил по России, а потом и по всей Европе – и везде находил интересные сюжеты для своих фоторабот.
Сохранилось множество видов запечатлённых на его светочувствительных пластинках - Туркистана, Крыма, Кавказа и Украины. Пейзажи и люди увековеченные на них - завораживали пойманным слепком того прошедшего времени, которое отдало Прокудину-Горскому все свои краски.
Среди множества прекрасных работ фотографа, внимание Валентина тогда привлёк вроде бы заурядный снимок – пейзаж высокого горного ущелья с видом на расстилающийся безбрежный океан тайги, насыщенного малахитового цвета. Волны его пышных зелёных крон – казалось, тянулись до самого края земли. А ближе к концу снимка, почти в самом его углу, величественно возвышалось над всем этим огромное древо -почти в три – четыре раза превосходящее по размеру любое из окружавших его деревьев.
«Секвойи у нас за Уралом естественно не росли, по этому понять, что это было за дерево – не представляется теперь возможным, а по прошествии более ста лет - остаётся только строить, исходя из таких фотографий, свои самые смелые догадки»…
*******
Так вот, этих величественных деревьев, тут и там возвышавшихся над своими более молодыми собратьями, Валентин наблюдал здесь гораздо больше. Но от этого количества, сам вид их не становился менее грандиозным.
Невольно залюбовавшись открывшейся ему с такой высоты панорамой, он вдруг подумал о прошедших веках, нужных для того, что бы такое прекрасное дерево поднялось над землёй во всей своей красе. И тут же вспомнил об одном разговоре, в каком-то историческом блоге, где утверждалось, что все наши леса, по сути – ещё совсем молодые - им всем нет ещё и двухсот лет. К тому же – высажены они по абсолютно ровным расчерченным кем-то - квадратным сеткам…
Все эти воспоминания из «прошлой жизни» - немного отвлекли его от неудобств, которые он испытывал при подъёме.
Между тем, он с Ниссой понемногу приближались к краю площадки скального выступа, на котором стояла видавшая виды кран-балка. Крепко держась за узлы натянутых верёвок, Валентин бросил машинально взгляд вниз и… обомлел.
Наверное, именно так чувствовал себя Пол Косок – первооткрыватель странных рисунков из линий в пустыне Наска – ошарашенно, удивлённо и одновременно непонимающе, как это всё увиденное, можно здесь интерпретировать.
То, что он увидел, находясь в верёвочной сетке, не укладывалось в картину этого мира. Мира, который и так без устали подкидывал им одну загадку за другой.
На этот раз, странная головоломка состояла из решения и ответа, а вот требовала от зрителя - совсем малого – нужно было найти условие задачи и её вопрос…
Внизу на плато, на котором они ещё совсем не давно стояли и пялились, словно приезжие туристы, на далёкие горные вершины, кто-то расчистил от камней довольно большой участок прямоугольной формы, выложив одинаковые валуны средних размеров по всему периметру поля. В центре прямоугольника, немного криво был выложен круг, а уже в нём, аккуратно, соблюдая все возможные пропорции и углы была помещена свастика из камней.
До последних мгновений, пока Валентин с Ниссой не были опущены в сетке на скальный балкон, парень не сводил глаз с открывшегося ему хищного символа III Рейха…
********
Когда Валентин наконец выпутался из поднявшей его сетки и ступил на скальное основание выступа, немного изменившееся выражение лица парня, заметила даже Лаффи. Она немного нагнулась и, чуть наклонив голову посмотрела ему в глаза. Видимо, его говорящий вид был в точности таким, как у Паоло Вилладжо в последних кадрах фильма «Сеньор Робинзон»…
Но гигантесса отнесла эту произошедшую с ним странную перемену к перенесённым им эмоциям от подъёма:
- Плохо себя чувствуешь? Ни когда не был на такой высоте? – участливо поинтересовалась она.
Не ускользнул от него и внимательный взгляд Ниссы, которая так же проявила заинтересованность в его состоянии. Отнеся всё это к недавнему разговору, она подошла к Валентину, и осторожно взяв его руку, медленно, словно нерешительного ребёнка, отвела от края скальной площадки. Он, ни слова не говоря ей - подчинился. Шёл не спеша, в раскачку, словно ноги его были сделаны из ваты.
Видимо, девушка то же решила, что его состояние относится к эмоциональному потрясению от пережитого подъёма. Это было вполне объяснимо – встречаются в жизни такие герои, которым нет равных на поле боя, но которые ни за что не поднимутся на крышу обычной пятиэтажки…
**********
Валентин оглядывал дальний горизонт с горного балкона, и, вспоминая им увиденный не давно каменный пазл, невольно понимал, что этот мир имеет общую историю с его прежним миром, таким далёким теперь, но одновременно и находящимся от них, в очень опасной близости. Буквально - в паре шагов…
Буд-то очнувшись, Валентин встряхнул головой, словно прогонял своё наваждение.
Как бы там ни было - он здесь с особой целью, по этому, ему надо держать себя в руках – не раскисать и не сходить с ума, а собирать данные, и по возможности - насколько позволял его уровень знаний – их как-то объяснять.
Увидев, что с ним всё в порядке, и он уже пришёл в норму – девушки начали заниматься своими делами – Нисса села перекусить, а Лаффимдаль занялась укладкой сетки. Предоставленный самому себе, Валентин начал внимательно изучать место, куда он попал.
Вид с высокого горного уступа открывался просто ошеломительный, но его интересовал совсем не он. Словно любуясь горной грядой и лесом на горизонте, парень прохаживался по высокогорной площадке, а сам старался получше рассмотреть подъёмный механизм, прочно стоящий на платформе кран-балки.
Как было заметно - он была оснащен не большим бензиновым мотором, соединяющим через ременную передачу систему шкивов, вращающих шестерни подъёмной лебёдки. Рядом находился простейший пульт управления, состоящий из нескольких рубильников. Всё это за давностью лет - было покрыто толстым слоем пыли и грязи, которая в свою очередь лежала на пятнах ржавчины.
Время и в этом мире так же - никого не щадит – многочисленные хомуты лопнули и проржавели, а все резиновые патрубки и ремни, приводившие когда- то этот простой механизм в движение – давно уже рассохлись.
По этому, кто-то умный и весьма практичный – не пропадать же «добру зря» - намертво приварил к одной из шестерёнок ручку, с крутящейся втулкой, наподобие «кривого стартёра» автомобиля.
Вот именно таким способом – с помощью ручки-крутилки Лаффи и подняла их всех на эту высоту.