Страница 106 из 149
Бежать пришлось не долго – вся обозримая местность - была покрыта, как я уже говорил маленькими и большими воронками округлой формы. Кривой след тянулся змеёй по мокрой траве и круто сворачивал в одну из таких ям.
Достигнув её края, я осторожно заглянул в неё.
Яма была примерно десяти метров в диаметре, а в самом её низу, была довольно приличная лужа воды, абсолютно белого цвета. Словно молоко налили.
Как я и предполагал - на склоне этой ямы сидел ко мне спиной Лой и деловито распутывал затянутый верёвочный узел на горловине мешка.
Ногти, на толстых пальцах горбуна - были короткие и ему ни как не удавалось ослабить тугой узел.
Узел упорно сопротивлялся, а Лой – торопился. От этой борьбы и спешки он ещё больше злился и тихо плевался.
- Я смотрю тебе тоже не спится? – негромко произнёс я, наслаждаясь моментом – Утро-то какое доброе сегодня…
- А? – резко повернулся ко мне Лой, тут же бросив распутывать непослушный узел и пряча котомку за спину – Ты же спал… Как ты меня нашёл?
- А чего там искать? На траве след - прям сюда меня и привёл – ответил я и тут же задал свой вопрос - Воды хочешь?
- Хочу… – враз погрустнел горбун.
- Так нет её – я горько усмехнулся – тебе вчера последнюю половину отдал, а остальное - сам выпил.
- Врёшь! У тебя в сумке что-то булькает! – глаза у горбуна стали злыми и колючими.
Упрямый - как и его мать.
- Это пробы. – видя что он не понимает, я постарался найти доступное для него объяснение и показал на лужу перед нами – Видишь какая тут вода? Почему она такого цвета? Вот я и налил её немного себе – вернёмся, тогда и узнаем что с ней.
Я подошёл ближе и схватил свою сумку:
- Пошли обратно, надо выдвигаться пока не так жарко.
Но он меня уже не слушал:
- Ага - пошли! Сам пить будешь, а я - нет? – и он с силой схватил за край моей торбы – Дай хоть глоток сделаю!
Я тоже уже завёлся, не зная, как его убедить.
- Да пей прям из неё – хоть всю! - я мотнул головой на спокойную белую воду в огромной луже.
Возможно, он уже понял свою ошибку и почти признал мою правоту. Но эти знания, дались ему тяжело. По этому, чувствуя, что он сделал глупость – разозлился ещё больше.
- Издеваешься?! – Лой с силой дёрнул к себе мешок, а другой рукой сильно толкнул меня в грудь. Уже падая, я разжал пальцы, в которых сжимал перевязанную верёвкой горловину сумки. От такого рывка и сам Лой потерял равновесие – возможно этому послужил немного и уклон котлована, на котором мы стояли. Как бы там ни было - упали мы оба. Но при этом горбун, падая, со всей силы приложил мою сумку о землю.
Послышался хруст и громкий треск.
После таких странных звуков вдруг наступила пронзительная тишина.
Я сразу понял, что у меня в котомке, могло издавать такие странные звуки.
Сомнений быть не могло - юрк-шкатулка.
Мы оба медленно поднимались с земли.
Я – злой, с ненавидящим взглядом и Лой – уже растерянный и немного озадаченный случившимся происшествием.
- Лучше б было, что бы это твоя голова треснула – бросил я ему, отбирая свой сидр и быстро развязывая затянутый узел на горловине.
Рука моя судорожно искала внутри сумки бесценную шкатулку, отданную нам Бельмингиром, а в голове крутились зацикленные как мантра слова – «хоть бы не она, хоть бы не она…».
Наконец, мои пальцы нашарили то, что осталось от ценного артефакта. Я осторожно извлёк обломки, рассматривая их при свете нового дня и силясь понять - можно ли их починить здесь, нашими силами. Надежда таяла, словно дым. Нет…
Как говорится - «умерла, так умерла»…
Внутренности этого предмета были презанятными - какие-то шестерёнки, диски, пружинки. Рядом с ними соседствовали изогнутые металлические планки, половинки сфер, штоки и валики из разного металла и вычурных форм. Попадались огранённые, большие и маленькие хрустальные призмы и зеркала. Всё это было очень миниатюрным, почти кукольным.
Я протянул Лою металлическую половинку сферы:
- На, держи!
Он с недоумением её взял.
Я тут же нашёл в открытом мешке маленькую металлическую фляжку и вылил её содержимое в импровизированный стаканчик. Теперь половинка сферы была до краёв заполнена водой белого цвета.
- Будешь пить? – с сарказмом спросил я и со злости запустил остатками юрк - шкатулки на середину молочной лужи.
Лой продолжая держать ёмкость, с жидкостью одного цвета с лужей, которая находилась от нас в двух шагах. Потом молча отвёл глаза.
А я кинул прощальный взгляд на брошенную мной шкатулку. Та - почти достигла поверхности мутной воды, уже коснулась целым металлическим боком молочной поверхности, как вдруг – буд-то ударилась о лёд - отскочила, не высоко подпрыгнув в верх, прокрутилась пару раз в воздухе и с громким «плюх», уже навсегда погрузилась в мутную, белую воду…