Страница 104 из 149
Мне вдруг стало настолько неприятно здесь находится, что я почувствовал, как непроизвольно судорожно сокращаются мышцы живота. Отвернувшись, я не смог удержаться и упав на колени – тут же опорожнил желудок. Мои спазмы продолжались не долго. Почувствовав себя легче и вытерев рот от горькой желчи, я виновато посмотрел на своего попутчика. Лой сочувственно смотрел на меня.
- Как ты думаешь – произнёс вдруг он тихо – я ещё увижу ма?
Кто о чём…
Помотав головой – приходилось отгонять плохие мысли и приходить в норму после странной минутной слабости, я твёрдо произнёс:
- Я верю в это. Мы ещё с тобой объедимся за столом, который она приготовит для нас, когда вернёмся. Пошли, нам надо выбираться от сюда…
*******
Нед Дий как-то рассказал, что место, которое не могут облететь его дроны - больше похожее на какой-то полигон, чем на природное образование или бывшие строительные карьеры. Уж больно правильные эти ямы, с ровными краями на концах, и маленькими круглыми лужами на самом дне. Учёным было странно находить там излучения почти всех редкоземельных изотопов.
По просьбе Дия, был устроен «мозговой штурм» со специалистами Института, на котором один из кураторов Галлании, мира в котором я сейчас находился, выдвинули интересную идею – так как показывала практика миров, всё передовое в науке, всё новое, первоначально рассматривается с точки зрения скорейшего применения в войне. Так что, Гераклит был прав, утверждая - что «война - отец всего». И Галлания была - тому не исключение…
На основе этих общих предпосылок, была рассмотрена некая гипотеза, что изначально – энергии по созданию «миров» требовалась не много. По этому, так называемые «энергетические пузыри» (из которых потом научились «выдувать» тот или иной мир) получались малыми по своему объёму и занимали весьма ограниченное пространство.
Вдобавок, «пузыри» получались ещё и не совсем стабильными в управлении – они летели не туда или «лопались» до того, как подлетали к нужной цели.
Получается, в ходе многочисленных экспериментов, гигантам удалось решить эту трудную для себя задачу и научиться создавать вполне управляемые энергетические коконы, сферической формы. «Коконы» можно было создавать любых размеров и перемещать в любое место.
Этот «кокон» или «энергетический сфероид» - были вполне проницаемы. То есть при «захвате» чего-либо, какого ни будь выбранного объекта - из живой или не живой материи, этот объект попадал в «энергетический пузырь» и находился в нём. После фиксации «кокона» его точки геолокации и подачи дополнительной энергии, которая в нём закольцовывалась, поле «сфероида» полностью поглощало исследуемый объект, выводя его из физического взаимодействия с окружающим миром. Попросту говоря – то, что попало в поле «кокона» - мгновенно исчезало из мира наблюдающих за этим экспериментом гигантов.
По этому, земля по которой мы шли с Лоем – была именно полигоном, на котором проводились различные испытания всевозможного оружия. После - с помощью технологии гигантов – полигон был очищен. Заражённую землю, эти коконы «срезали», выводя её из нашего мира. На месте – оставались аккуратные круглые воронки, с ровными краями, поросшие травой. Гиганты «убивали двух зайцев» сразу - очищали землю и одновременно учились управлять «энергетическими коконами».
Проводили они очистку тщательно, но всё равно следы «присутствия» от их экспериментов – так или иначе - оставались. Видимо местность так напиталась всевозможными ядами и излучениями, что расти тут могут - только определённые сорта трав и редкие деревья, да вот ещё эти цветы-огнецветы.
Кости?
В получении данных, о новом и совершенном оружии – ни какой гуманизм никогда не устоит. Тем более, если все эксперименты проводить над теми, которые к высокородным гигантам никакого отношения вообще не имеют. Кто посмеет спорить, а тем более спрашивать с могущественных богов?
Действительно страшное место...
*******
Этот день, наконец, наступил.
Не скрою, увидев на кухне самого Бельменгира, я тут же подумал что где-то в далёкой-далёкой тайге, один большой и сильный медведь залез на могучий кедр и… его тут же скрутила жуткая диарея. Настолько долгожданной и одновременно неожиданной была наша встреча с гигантом.
Застал он нас за весьма необычным занятием.
Надо сказать, что моё доброе дело – пол кружки холодного, тёмного пива - не осталось без ответа.
Этот ответ выражался в том, что сосед с нижнего этажа клетки – Лой, наловчился вялить мясо из обрезков, что оставались после готовки у Лаффи. Соль она ему давала в избытке, а вот специи - немного жадничала. Но и так выходило совсем не плохо. Вяленное на солнце, солёное мясо, нарезанное тонюсенькими полосками, слегка приправленное чёрным или красным перцем, очень хорошо шло к нашему обеденному пиву. Говорю - со всей ответственностью.
Правда, клетку по этому случаю, пришлось перенести (по просьбе Лоя) поближе к окну – где солнца было больше.
Нам обоим стало конечно жарче – всё таки мы переместились из тени на солнцепёк, но мои страдания с лихвой окупались в обед, когда на двух верёвках я опускал пол кружки пива вниз, а ко мне с первого этажа, тут же поднимались просоленные и слабо проперчённые роскошные ломтики мяса, цвета тёмного краплака.
Вот так и выходило у нас - совсем по-соседски – «ты – мне, я – тебе».
Бельмингир, увидев нашу верёвочную «почту» - тут же забыл, зачем пришёл и, удивлённо вскинув брови вверх, почти радостно воскликнул громовым голосом:
- О! Да вы уже подружились! – и захохотал, когда увидел, с какой поспешностью мы сначала замерли, а потом стали тащить каждый свой груз - к себе на этаж.
Замешкавшись всего на минуту и собравшись с мыслями (видимо перед этим, он репетировал свою речь для нас), Бельменгир начал торжественно и важно:
- Я долго думал и наконец, решил для себя эту трудную задачу. Ты - он взглянул на меня – хочешь достать «Сердце мира»? – я кивнул.
- А ты – палец гиганта был направлен на Лоя - хочешь увидеть свою мать?
- Да! – горбун вцепился руками в прутья клетки – Отпусти её!
- Погоди, сначала внимательно выслушай меня – усмехнувшись, гигант назидательно погрозил Лою указательным пальцем…
*******
Вот так мы и попали вместе с Лоем в эти земли. Он - что бы выручить свою мать-королеву - Бельменгир пообещал простить и отпустить обоих на все четыре стороны, а я – что бы получить, наконец, так мне не обходимое – «Сердце мира».