Это наш мир

Ты дома, Аррута!

Яромир смерил меня взглядом — так, будто прикидывал размер гроба, который мне потребуется в самом ближайшем времени — и недобро усмехнулся.

— Понятно, — сказал он невыразительным голосом человека, созревшего для хладнокровного убийства. — Вы и нас втянули в это дерьмо. Спасибо. Всегда мечтал попасть в сказку, повидать настоящих драконов да русалок.

Судя по тону и по выражению лица, воплощенная сказка пану капитану заранее не нравилась. И я, как проводник из нормального мира в бредовую действительность — тоже.

Я нервно хохотнул.

— То есть… ты решил, что это устроили мы? Серьёзно? Может, объяснишь, какого чёрта нам это понадобилось? И как нам это удалось? Ярек, пойми: Элис и я в гробу видали эту сраную Нарнию с блэкджеком и феями. Только нас никто не спрашивал, хотим мы туда или нет. Нас туда просто затянуло.

— Как? — бросил Яромир.

— Спроси что попроще! Я упал с сапборда на реке под Москвой, а Элис — мирно шла на каяке вдоль берега Таиланда… — Подробности «мирного» путешествия Элис я решил опустить, — … и вот мы здесь. Не в этой точке, но в этом мире. Почему? Не знаю. Мы стали искать «червоточину» в континууме, чтобы вернуться, чуть не подохли двадцать раз за один день, но зато выбрались в нормальный мир… То есть мы так подумали, когда увидели вашу яхту… А оказалось — наоборот…

— Да ладно. Я ж не имбецил, соображаю, что это не вы прогрызли прореху во Вселенной. Мы потому и встретили вас, что сами заплыли в эту задницу… хотел бы я знать, где мы не туда свернули…

— Угу…

Повисло мрачное молчание.

— Ну, и что будем делать теперь?

Я посмотрел на Регину, которая старалась держаться спокойно, но в глазах её стояли слёзы, на откровенно заплаканную Элис. На голову дракона.

— Жить.

* * *

Тремя часами ранее

Что такое чистое, беспримесное наслаждение жизнью? Спросите нас.

Вот смотрите. Несколько часов назад Элис и я могли погибнуть самой причудливой смертью. Мы могли быть растерзанными неизвестными науке тварями, сгореть при взрыве человека-молнии, провалиться в разлом, где океанская вода воюет с магмой, быть раздавленными летящей глыбой или утонуть. Мир, где светят три луны, предоставляет массу возможностей навсегда остаться молодыми и красивыми.

А сейчас мы стояли у планширя яхты «Królewna Wanda» и тихо балдели от сознания того, что всё это наконец закончилось. В головах приятно шумело от «гиннеса», и я предвкушал, как уже сегодня вечером в настоящем отеле после настоящего душа завалимся на настоящие простыни… и устроим такой секс-фестиваль, что заснём только под утро. А потом будем гулять по настоящим мощёным улицам, пить настоящее вино, кататься на скутерах и водных мотоциклах, валяться на пляже, снимать хоумпорно (зачёркнуто) делать совместные селфи на смартфоны…

Мысли о деньгах и документах, которых у нас не было, и прочих заморочках нового старого мира не то чтобы не приходили в голову, но скользили по периферии сознания.

Мы выжили, мы дома — и это главное…

…и в это время с неба на нас упал дракон.

Рукокрылый ящер, если говорить на языке систематики.

Эренсуг, если говорить на языке Троелуния — языке, который я надеялся забыть. Не то чтобы там было очень плохо — просто мы с Элис хотели вернуться из этого мезолита в родную цивилизацию.

Но Троелуние догнало нас.

Эренсуг — здоровая дура с крыльями в размахе едва ли не больше длины яхты, с башкой гигантской игуаны на длинной шее, с длинными когтистыми лапами. Тот, кто попал в них — не жилец.

В полёте тварь испускала оглушительный рёв, от которого хотелось присесть и зажать уши руками.

— Инь вайцарэ! Shoot him!*) — заорал я.

Всё-таки к хорошему быстро привыкаешь. За несколько месяцев в хищном мире под тремя лунами я привык, что на случай встречи с враждебными формами жизни под рукой всегда есть лук со стрелами, копьё, топор — да хотя бы нож. Что мои товарищи вооружены и не боятся самых кошмарных тварей, которые может выблевать здешние лес или море. И не беда, что эти парни — не совсем люди в нашем понимании. А моя рыжая прелесть поддержит из своей тяжёлой артиллерии…

Но у меня не было ничего, даже отдалённо напоминающего оружие, а исторический «наган» Элис канул без следа во время путешествий сквозь ткань континуума. Вместе с остальными вещами. А парочка польских мореходов, в отличие от обитателей Троелуния, не готова к таким сюрпризам…

Эренсуг пикировал точно на яхту, но ударился о какую-то снасть. Его развернуло, он вцепился в парус, распорол его когтями и забил крыльями, как ворона, которая запуталась лапой в леске.

— Co to do cholery jest?! Co się dzieje? — завопила Регина.

— Лятаёнцы смок! — ответил я. — Чи маете бронь? Его тшеба забичь!**)

«Лятаёнцы смок» тем временем распутался и спрыгнул на палубу. Я рывком задвинул Элис себе за спину и в отчаянии огляделся. Хорошим парням из action movies в таких случаях моментально попадает в руки какой-то убойный хозбыт — топор, арматурина, мачете, огнетушитель, струя из которого ослепляет и разгоняет супостатов, да хоть тостер, который можно замотать в рубашку и использовать как кистень-гасило. Но чёртовы ляхи совершенно не готовились к отражению атаки сказочных чудовищ… долбаные европейские снежинки, откуда у них «бронь»?!.

БАХ! БАХ-БАХ!

Я развернулся в направлении грохота. Яромир держал в руках револьвер с длинным стволом и с холодным интересом смотрел на раненое чудовище. Эренсуг, у которого обрывок паруса обвил тело, как орденская лента-”кавалерия» на старинных портретах, бился подстреленной птицей и издавал сиплые вопли. Крылья шлёпали по снастям и палубе, лапы судорожно дёргались в воздухе.

Яромир осторожно приблизился к чудовищу, за несколько шагов остановился, прицелился в голову, потом перевёл прицел (хочет череп сохранить для трофея: наш человек!) и всадил ещё одну пулю в тушу. Эренсуг дёрнулся последний раз и затих. Яромир выждал несколько секунд, подошёл на шаг и выстрелил пятый раз. Пуля ушла в грудь чудовища, как в землю.

Монстр был мёртв. Крылья свешивались по обеим сторонам яхты, когтистые лапы застыли в воздухе.