Это наш мир

— Кто-то удачно поохотился. И ему повезло больше, чем нам. Надо уносить ноги, пока нас тоже не втянуло.

Уносить ноги, когда у тебя на плечах центнер мёртвого веса, некомфортно, но я об этом не думал. Я только смотрел вокруг — не покажется ли где-то ещё буро-зелёное щупальце, не затаилось ли что-то за ближайшим кустом, не прилип ли к ветке гваразул, не шуршит ли по траве хищный ящер, не крадётся ли вигудр, не торопится ли на петушиных ногах острукка.

Многоликий лесной ужас готов напасть в любой момент. И та должен быть постоянно начеку — если хочешь дожить до вечера.

* * *

Карло и его убийца лежали на земле, над ними безмолвным кругом стояли колонисты.

Не то чтобы смерть человека, с которым весело болтал за завтраком ещё утром, была для них в новинку. Этот мир встретил их зубами и когтями. Каждый из них не раз попрощался с жизнью — а потом научился драться за неё. Кто плохо научился и кому просто не повезло — мертвы.

Только гибель Карло была первой смертью с тех дней, когда умерли последние раненные в битве с чудовищами. За месяц относительного спокойствия, тяжёлой и подчас опасной работы мы отвыкли терять своих.

— Как это было? — спросила Клементина. У неё лицо опухло от слёз, но сейчас она держалась неестественно спокойно.

Я вспомнил, что вчера видел её с Карло — они о чём-то болтали и смеялись…

Я рассказал.

— Ты, кажется, лучше всех знаешь, как не сдохнуть в здешнем лесу. Да, Влад? — из толпы вышел Игорь. — Да? Хороший способ — закрылся парнем, который тебе доверял, и не сдох! И ценный патрон сэкономил. Почему не стреляли в быка, он, что, подкрался из-за куста? Патроны дороже, чем какой-то итальяшка…

— Что ты несёшь, ублюдок? — зарыдала Клементина. — Влад не виноват!

— Защищаешь вождя? Ну, ты ему ещё отсоси, — хохотнул Игорь. — У нашего фюрера Влада Терновского есть две шлюхи, потеснятся ради такого дела.

— Грохнуть его? — негромко — но так, что слышали вокруг — спросил Олег.

Я улыбнулся.

— Успеем!

А про себя решил, что, кгм, высвобождение Искры Чистой Силы из этого биополимера — вопрос ближайшего времени.

— Игорь! — окликнул я оратора. Тот обернулся ко мне, держа на лице наглую усмешечку. — У тебя накопились претензии ко мне. Ну-ка огласи.

— Командуй своими шлюхами, сопляк, — с удовольствием сказал Игорь. — А вам всем, — он повернулся к окружающим нас парням и девушкам, — я напомню, что это из-за него на нас напали монстры. Это их банда убила морского бога, и монстры стали мстить всем людям. Было такое? И он опять закрылся вами! Там, в море! Ему и его рыжей суке — ничего, живы-здоровы, а те, кого они везли типа спасать — все червей кормят. И вся его банда — жива! А многие ли ваши друзья живы?

— Эй, придурок! — Я обернулся — рядом со мной стояла Элис. — Если бы не наша банда — тебя бы уже в живых не было!

— Я не с тобой разговариваю, шлюха! — бросил Игорь.

Элис улыбнулась. Я знал цену этой улыбке. Так улыбается Смерть.

— Игорь! — сказал я. — Игорь, повернись, пожалуйста,

Игорь повернулся.

— Ну, что? Что скажешь в своё оправдание? Говори! Разрешаю! Из-за тебя люди гибнут, урод! Полтора месяца надрываемся в грязи, как каторжники, строим тебе игрушечную крепость! А ты ещё хочешь строить какие-то дикарские лодки и поплыть через океан. Тебе скучно топиться одному? Сколько народу хочешь забрать с собой? Всех или половину?

— Только не тебя, — сказал я. — Я вижу, тебе с нами плохо. Даю полчаса сроку, чтобы взять, что тебе нужно, и свалить отсюда. Если увижу тебя тут завтра — ты труп.

Игорь расхохотался: громко и ненатурально.

— Нет, Влад. Ты не понял. Это тебе надо валить отсюда. Ты давно тут не командуешь, если ты не заметил… — Я увидел, что возле протестанта собралась группа поддержки в пятнадцать человек — в основном парни, но были и несколько девушек. За локоть Игоря крепко схватила младшая сестра, рядом с ней стоял с видом «Боже, куда я попал!» Стёпа Ковешко С другой стороны стоял Роланд, охранник из корабельной хунты, обещавший не мстить за убитого Кнута. Какие-то не то немцы, не то итальянцы… Курт? Твою мать, бро, какого хера ты с этими?

— Ты всем надоел, — вещал Игорь. — Даже своей банде. Видишь, все молчат, никто за тебя не впрягается. Хватай рыжуху под мышку и пошёл вон, лузер.

Он что-то ещё говорил, жестикулировал и только что не зачитывал рэп. А мне вдруг стало — впервые после случая с Карло — хорошо и спокойно.

Потому что я знал, что надо сделать.