Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 38 из 85

Не существует здесь и сейчас никого, кроме нас с Дружком, кто сможет получить за сутки полноценные личные знания в объеме местного университета! Сами мирмиты за пять лет получают доступ к родовой памяти своей цивилизации -- и это самая высокая известная скорость обретения знаний в галактике! Ньюанс в том, что это -- не личные знания! Обычный мирмит похож на примитивный проигрыватель, который может лишь механически выбирать и воспроизводить уже известное его народу, излекая требуемый фрагмент из общего хранилища, а вот новое в их цивилизации появляется очень нечасто, и это на 99% не открытия самих мирмитов, а заимствования открытий других рас! Поэтому мирмиты так терпимы к другим видам разумных -- они через другие виды развиваются сами: кажется, что мирмиты опекают тех же людей, но в реальности от людей к мирмитам идут потоки заимствования человеческих находок, которые сами мирмиты делать не в состоянии. Кажется, что мирмиты из великой милости создали для людей технологию ментограмм и средства её поддержки, но в реальности мирмиты таким способом активируют узконаправленные человеческие "стартапы" в интересных мирмитам областях, одновременно исключая системой "тормозов" широкое "фронтальное" развитие собственной человеческой цивилизации, и присваивая все "сливки" с чисто человеческой способности видеть и открывать новое!

Рабство даже в такой "высокотехнологичной" форме всё равно остается рабством. Люди -- рабы мирмитов, на которых мирмиты строят своё благополучное настоящее и прекрасное будущее. Где нет, и не может быть никакой "звёздной империи" людей.

Наш с Дружком неожиданный симбиоз уникальных способностей человека и вуии для мирмитов -- страшная, смертельная угроза всей их паразитическо-симбиотической цивилизации: как только они узнают о наших возможностях -- нас немедленно уничтожат! В самом деле: если таких пар, людей и вуии, станет много, и будет создано целое общество на основе такого симбиоза, новые симбиоты смогут с невероятной для мирмитов скоростью развиваться самостоятельно, быстро создавать новые технологии, осваивать новые источники энергии и -- неизбежно! -- новые (непобедимые!) формы средств защиты и оружия! Господству мирмитов в галактике придет конец!

Под такие невеселые мысли я не ел, а ковырял еду. Дружок, похоже, разделял моё настроение и большим аппетитом тоже не страдал.

А думать об этом так свободно я мог, потому что Дружок успел поставить мне ментальную защиту, и теперь мои мысли, мои скакуны (с) не могли прорваться через запущенную ментатом внешнюю циклическую иллюзию "изоленты" с её набором типовых ментальных образов: я смотрю на Машу -- и думаю о её стоячей груди, упругой заднице и мягком животике с нежной "складочкой удовольствия" внизу, я смотрю на Дружка -- и думаю о его щенячьих недостатках, вроде обжорства, и ненужных здесь навыках охотника-вуии, я смотрю вокруг -- и восхищаюсь разумным устройством убежища и его мудрым руководством! Я счастлив всем этим ещё и потому, что время от времени к моим гениальным способностям обращаются киберы убежища, а я снисхожу к их нуждам, поучаю неразумные автоматы и командую ими "генеральским" голосом, впадая от этого в начальственный экстаз! Я значителен! Я незаменим! Я, я, я... Ну и прочий нарциссический бред...

Подслушиваете, о чём я думаю? А думаю я вот это! Слушайте! Кушайте, не обляпайтесь! (с)

Осознав, что происходит нечто странное, Маша тоже щебетала только по инерции, чтобы не возникло вдруг неудобное молчание, -- глаза её сделались тёмными и тревожными, она быстро, механически загрузила в себя еду, -- и мы отправились обратно. Маша говорила за всех нас, но было опасение, что вот-вот она не выдержит и начнет прямо здесь задавать очень неудобные сейчас вопросы.

Поэтому, когда, распрощавшись с Дружком у нашей двери, мы оказались внутри квартиры и дверь за нами закрылась, я немедленно накрыл Машин открывающийся в первом вопросе рот своим поцелуем, легко поднял её на руки и понёс в бассейн -- замечательное изобретение этого мира, эйфорическое лекарство от всех преждевременных вопросов, не предназначенных для чужих ушей. И, тем более, правдивых на эти вопросы ответов.