Страница 3 из 85
2
Тюрьма в убежище располагалась, естественно, на нижних ярусах большого подземного города, выстроенного мирмитами для каких-то своих целей. Триподва довёл нас с Дружком до лифта прямо в ангаре, но прямого лифта из ангара на уровень, где располагалась тюрьма, не было. Пришлось опуститься на три яруса под землю, на центральный ярус убежища, и выйти из лифта.
По центральному ярусу ходил местный электрический транспорт (что-то вроде той же "газели", но с электротягой, как сказал Триподва), который минут за десять довёз нас по-горизонтали яруса до дальнего, углового лифта, на глубокие ярусы, где располагались арсенал, склад продуктов длительного хранения, резервный запас воды, ремонтный центр, прачечная и тюрьма. На мой вопрос, почему так, Триподва сослался на типовой проект убежищ, которые именно такими мирмиты строили по галактике последние несколько сот лет. Строили не сами: завозили комплект строительных роботов, запускали для них источник энергии (Триподва сказал какой, но для меня это прозвучало непонятно -- физика у мирмитов была куда более продвинутой, чем на Земле: что-то вроде энергия от сопряжения пространств).
По дороге я успел оценить масштабы подземного города -- они впечатляли. Но детали устройства жилищ в прямоугольных домах-монолитах по краям дороги видны, естественно, не были. Ничего, потом посмотрим, как будет время.
А вот Дружку зрелище города очень понравилось. Из его ментальных восклицаний я понял, что что-то похожее на увиденное сейчас его предок наблюдал только однажды в жизни -- в экваториальном городе, где побывал с миссией ментатов, у населявших город людей. Тогда ещё планетой владели мирмиты. Очевидно, они и поделились строительными возможностями с подопечной человеческой колонией. Мирмиты вообще жлобством не страдали.
Ещё (со слов Триподва) мирмиты были чужды какого-либо расизма, находили общий язык со всеми разумными (и даже не очень разумными) в галактике, воевали только в крайнем случае (но поражений в серьезных войнах не знали, хотя могли без боя уступить что-то для себя не слишком ценное, вроде этого мира), и, практически всегда, население их планет было очень разнородным по видовому составу. А планет "под мирмитами" были тысячи. Среди развивающихся миров попасть под протекторат мирмитов считалось большой удачей: всё равно, что выиграть крупную сумму в лотерею. Правда, "под себя" мирмиты брали далеко не всех желающих, кое-кому отказывали, никогда не объясняя, почему.
Когда-то давно, мирмиты "жестко разошлись в интересах" с эльфами, стараниями которых мир ящеров и потеряли.
Эльфы не воевали сами, они каким-то образом стравили между собой соседние человеческие "звёздные" государства. В процессе боевых действий один из флотов воюющих сторон неожиданно стал угрожать нейтральной колонии мирмитов (вот этому самому "миру ящеров"), не принимавшей никакого участия в войне, кроме приёма беженцев от всех сторон конфликта, орбитальной бомбардировкой, если мирмиты не покинут планету. Мирмиты ушли.
Тут же на Северном материке возникли несколько небольших эльфийских поселений, а откуда-то взявшиеся, неизвестные здесь до этого куры, необъяснимым образом, в обход периметров безопасности, оказались на верхнем ярусе в покинутом мирмитами убежище. На планете немедленно началась "развесёлая" жизнь.
Всё это кратко поведал мне (в ответ на мои вопросы) Триподва, пока мы ездили на электроавтобусе по центральному уровню, спускались на глубокие уровни в лифте и шагали ещё минут десять по нижнему ярусу к тюрьме.
В тюрьме всё было "по-взрослому": системы контроля, наблюдения, протоколы безопасности, жесткий режим страховки и подстраховки от инцидентов. Мы проходили все барьеры и фильтры, имея максимальные допуски, к камере Марии Васильевны минут десять! Наконец, за нами захлопнулась и оказалась заперта снаружи последняя отсекающая коридор решетка и мы остановились перед массивной дверью, справа от которой на стене висел большой экран устройства внешнего наблюдения за узником в камере. На двери камеры были значки с номером. Как пояснил Триподва, номер камеры был 34. Так что в камере не было никакой Марии Васильевны, там находился "заключенный номер 34".
Триподва включил придверный экран и мы увидели полтора десятка маленьких экранчиков: мультиэкран показывал виды на все помещения камеры с разных ракурсов. А помещений там было немало: спальня, кабинет, тренажерный зал, кухня, туалет, душевая. Именно в душевой Мария Васильевна сейчас и находилась.
Триподва хотел открыть камеру и войти, но я попросил его немного подождать, пока женщина домоется, оботрется и оденется: начинать знакомство с неудобной для неё ситуации мне совершенно не хотелось. На голую женщину я особо не пялился, но заметил, что лет ей внешне было чуть за тридцать, с фигурой всё было хорошо (выпуклости и впуклости наличествовали в правильных местах и должных объёмах), фигура была в меру сильная, "подкачанная", волосы блондинка стригла коротко, "по мужски", а лицом была вполне симпатична, если даже не красива -- женщина была умная и волевая, её лицо имело соответствующее выражение, так что тупой слабой куклой она точно не выглядела, но мужчинам почему-то не часто нравится такой тип женщин.
Наконец, когда женщина причесалась у зеркала, будучи одетой в пижамного вида арестантскую робу "в ломаную полосочку" диких расцветок, я попросил Триподва открыть дверь. Женщина мгновенно развернулась к нам и приняла некую боевую стойку, но потом, увидев меня и Дружка, как-то разом обмякла.
-- Мария Васильевна Троянова? -- спросил я женщину на русском языке.
-- Да! -- глаза её распахнулись на половину лица. -- Откуда вы русский знаете?! Кто вы?!
-- Давайте присядем за стол, -- предложил я, кивая на круглый столик возле стойки явно кухонного вида. -- Поговорим спокойно. Я бы выпил чего-нибудь, если предложите -- чая, кофе, или местный аналог. Если есть, конечно.
Триподва говорил мне, что узницу снабжают продуктами без нормативов: на человеческую еду не было претендентов в пустом убежище, а запасов её было на многие-многие тысячи человек, на долгие годы. Массу продуктов с истекшим сроком годности регулярно уничтожали, отправляя на вторичное использование. Но подземные фермы непрерывно восполняли запасы в биоциклах воспроизводства. Убежище было замкнутого типа: жить в нём можно было очень долго, вообще не выходя во внешний мир, в полной изоляции. Точно такие же убежища мирмиты строили на планетах без атмосферы и воды.