Страница 72 из 78
Так, под весёлый стёб и хиханьки, мы дошли до дельты. Я всё высматривал (глазами Дружка) знакомый песчаный пляжик, с которого мы убежали от урагана. Но пляжика не находилось: дельта вообще была зверски перепахана гигантским селем и напоминала огромное грязевое болото. Приставать туда совсем не хотелось. Посоветовавшись, мы решили пройти ещё дальше, на восток, обойти дельту и поискать причал за нею.
Поиски оказались недолгими: восточный берег дельты реки ограничивали высокие гранитные скалы -- похоже, продолжение "нашего" скального приречного массива, в котором и была пещера. Скальная стена отсекла сель, не дала ему уничтожить побережье восточнее реки. И далее пошли, одна за другой, уютные бухточки с белыми песчаными пляжами, красоты необычайной -- как из глянцевого буклета турфирмы. Увидев в третьей бухточке падающий со скалы ручей, я решительно к ней свернул -- не стоило искать от добра добра, это место выглядело для нас вполне подходящим: если вода будет чистой, заправим цистерны.
Я боялся, что скальные породы здешнего каменистого побережья имеют подводные "продолжения" -- в виде каменных рифов (верхушек скал, скрытых водой). Пропороть на острой скале днище нашего пароходика было бы крайне досадно, мягко говоря. Поэтому я, подойдя к облюбованной на берегу бухточке, стал в неё "красться", а именно: вырубил ход, дождался полной остановки парохода, а потом стал очень короткими импульсами давать "малый вперёд", тут же переводя колёса на "стоп". Пароходик, подёргиваясь от моих команд, очень тихо и медленно скользил понемногу в бухту, фактически, понуждаемый не непрерывным усилием машин, а слабой инерцией их коротких импульсов. Мой расчёт был на то, что если пароход и напорется корпусом на подземное препятствие, слабый инерционный импульс даст больше шансов, что скала либо "отобьёт" от себя корпус парохода в сторону, либо остановит его движение, не пробив. При полном ходе машин парохода такое столкновение практически гарантирует в результате распоротое дно "Богатыря".
К концу процесса, когда "Богатырь", наконец, очутился в круглой красивой бухточке, замкнутой с трёх сторон заросшими деревьями и кустами, сильно выветренными скалами, где с центральной скалы падал вниз небольшим водопадиком ручей, моя одежда была мокрой от пота, а ноги дрожали -- "выжат" я был до отказа. Я не стал приставать к берегу в незнакомом месте, оставив между ближайшим пляжем на берегу бухточки и "Богатырём" полтора десятка метров воды: из "пещерных" наблюдений знаю, что ящеры воду не любят и сами в неё никогда не лезут -- даже убегая от близкой смерти, ящер бежит вдоль берега, по суше, не пытаясь пересечь водный поток.
-- На месте, -- прохрипел я Дружку пересохшим горлом.
И тут случилось чудо: у меня "забегали мурашки" в голове, а потом разом куда-то ушла усталость. Догадавшись, чьи это проделки, я мысленно послал Дружку импульс благодарности, убедился, что параметры топок упали ниже режима движения, и неспешно пошёл к выходу из трюма -- к бирюзовой воде, белому чистому песочку, зелени на красивых скалах и чистому-чистому воздуху, без дымного "парфюмерного" привкуса сгоревшей "пробки" и перегретого пара.