Страница 19 из 68
Мечник хотел ответить, но Гронт, который всё это время стоял у двери своего кабинета, отозвался быстрее и таким тоном, который не предполагал даже мыслей о возражениях:
— С печатью отдела!
Он подошёл, взял бланк, пробежал глазами.
— Разумно.
— Правда? — спросил Лекс.
— Не привыкать, но да.
Гронт поставил тяжёлую круглую печать внизу листа.
— Предварительное соглашение принято. Исполнение — под контроль отдела. Герои, не скрипеть зубами, у вас репутация! Заявители, не радоваться слишком громко, компенсация ещё не выдана! Козу искать!
Пашка впервые улыбнулся.
— Я тоже пойду!
— Пойдёшь, — подтвердил староста. — И если эта паршивка опять заберётся на крышу кузни, я лично…
— Это не по теме дела, — отрезал Сергей.
Староста удивлённо замолчал, а потом уважительно хмыкнул. Когда заявители и герои ушли, в отделе стало немного тише. Не спокойно — до спокойствия этому месту было как Сергею до магического резерва, — но хотя бы меньше похоже на предреволюционную деревню. Лекс смотрел на него с открытым восхищением.
— Ты заставил “Ясный клинок” согласиться искать козу!
— Не заставил. Подвёл к логическому выводу.
— Это заклинание?
— Хуже — администрация.
Гронт поставил перед Сергеем кружку.
— Пей.
— Что это?
— Настой.
Сергей понюхал. Пахло травой, дымом и чем-то, что могло когда-то мечтать стать кофе.
— Он бодрит?
— Сначала да.
— А потом?
— Зависит от организма.
Сергей решил не рисковать и подвинул кружку на край стола. Гронт сел напротив, что для начальника отдела выглядело почти торжественно.
— Твоя первая претензия закрыта предварительным соглашением. Для первого дня — редкость.
— Она не закрыта, — возразил Сергей. — Там ещё розыск козы, оценка сарая, спорная крыша и компенсация за овёс.
Гронт посмотрел на Лекса.
— Слышал?
— Да.
— Он опасен.
— Почему?
— Потому что понимает, что закрытое дело — это не то же самое, что подписанный лист.
Сергей хотел снова возразить, но не стал. Вместо этого он открыл папку, чтобы вложить подписанное соглашение, и заметил ещё один лист. Тонкий, желтоватый. Затесался между основными документами, будто его добавили позже или забыли вынуть.
На листе была схема места происшествия. Сарай, колодец, ворота, забор, курятник. На полях стояли пометки разными чернилами. И внизу, возле подписи приёмщика, виднелась маленькая печать. Круг, башня, три расходящиеся линии. Сергей замер — та же. Не похожая — та же. Он медленно вытащил лист из папки. Гронт кивнул на листок.
— Что?
— Эта печать.
Начальник отдела наклонился.
— Старая.
— Вы говорили, такие формы иногда попадаются.
— Да.
— Почему она стоит на схеме свежего дела?
Гронт задумчиво смотрел на лист. Лекс тоже подался ближе.
— Не должна, — наконец, ответил он.
— Кто принимал первичный отчёт? — спросил Сергей.
Лекс взял папку и проверил обложку.
— Дежурный регистратор из выездного окна. Подпись… неразборчивая.
— Очень удобно.
Гронт нахмурился.
— Может, использовали старый бланк.
— Бланк новый, — сказал Сергей.
Он провёл пальцем по бумаге.
— Чернила свежие, печать тоже. И она не гильдейская.
— Вы разбираетесь в наших печатях?
— Нет. Но я разбираюсь, когда в деле появляется лишний статус.
Гронт снова замолчал на некоторое время. Потом взял лист, посмотрел на свет, хмыкнул и вернул Сергею.
— Не трогайте это пока.
— Почему?
— Потому что если начнёте спрашивать, все начнут отвечать. А когда все отвечают, становится ещё непонятнее.
— Это плохая причина.
— Это опыт.
Сергей положил лист перед собой. С бумаги на него глазела печать. Маленькая, почти незаметная, как штамп на накладной, который никто не читает, пока заказ не пропадает.
— В моём протоколе была похожая, — сказал он.
Гронт поднял глаза.
— В Бюро?
— Да.
— И на старой форме, которую вы показывали.
— Да.
— И теперь здесь.
— Да.
Лекс нервно улыбнулся.
— Может, совпадение?
Сергей выразительно посмотрел на него и Лекс вздохнул.
— Да, я сам не поверил.
За дальним столом кто-то громко объявил, что его прокляли некачественно и он требует переделать. Русалка в тазу снова начала спорить с бардом, а в коридоре хлопнула дверь. Жизнь отдела продолжалась.
Сергей сидел над схемой сгоревшего сарая и смотрел на печать неизвестной складской службы. Мантикора была убита, сарай почти оформлен, козу предстояло найти. А вот печать явно никуда не собиралась уходить.
— Ладно, — сказал Сергей.
Гронт прищурился.
— Что “ладно”?
— Пока не трогаем.
— Разумно!
— Просто заведём отдельный список.
— Какой список?
Сергей взял чистый лист и написал сверху:
СТРАННЫЕ ПЕЧАТИ
Гронт взглянул на лист, потом на Сергея.
— Я же сказал не трогать.
— Я не трогаю. Я учитываю.
Лекс тихо заметил:
— Это, кажется, хуже.
Сергей аккуратно вписал первый пункт:
1. Протокол моего появления. Бюро.
2. Старая форма отдела последствий.
3. Дело о мантикоре, схема места происшествия.
Он поставил перо в чернильницу.
— Всё. Пока всё.
В этот момент входная дверь отдела распахнулась. На пороге стояла женщина в чёрном платье, с бледным лицом, тёмными кругами под глазами и выражением человека, который очень устал от живых. За её спиной по коридору выглядывали два скелета. Один держал под мышкой молоток, второй — ведро с гвоздями. Женщина подняла тонкую руку.
— Я по жалобе соседей!
Гронт прикрыл глаза.
— Опять?
— Они утверждают, что мои рабочие нарушают ночную тишину!
Скелет с молотком обиженно клацнул зубами. Сергей подтянул к себе чистый бланк.
— Проходите, — сказал он. — Документы есть?
Женщина посмотрела на него с лёгким удивлением.
— На скелетов?
— Для начала — на жалобу.
Она помолчала секунду, затем кивнула.
— Разумный подход.
Лекс шепнул:
— Это госпожа Вейра. Некромантка с нижнего холма.
Сергей посмотрел на скелетов, на Вейру, на чистый бланк. Потом на свой список странных печатей. День, кажется, только начинался.