Цена любви и мести. Эспиатор-2

Глава 23. Персики

– Но позвольте, – герцог Ярнис лениво усмехнулся, – принцессе Лили нет и полугода, а мой дядя человек уже в совершенных летах.

Прекрасные глаза хранителя Севера откровенно смеялись. Граф Джинар вежливо улыбнулся:

– Политический союз равнодушен к разнице в возрасте. Когда Её Высочество Лилиана достигнет совершеннолетия, полковнику исполнится чуть больше пятидесяти. Он будет в состоянии зачать наследника.

Герцог расположился с гостями на просторном балконе с роскошным видом на заснеженные Барсовы горы, а не на промышленный смог Прелестного города. На стеклянном столике прозрачные чашки, наполненные золотистым напитком, смотрелись так, будто зависли в воздухе. Здесь было достаточно холодно, но никто и не требовал от гостей раздеться. Наоборот – им подали меховые полости, в которые южане укутали ноги.

– Всё так, мой славный друг, всё так… Вот только… Белокурды, помнится, обещали руку принцессы Ирис герцогу Ширану. А потом передумали. Я не осуждаю бедного короля Кальдера, вы не подумайте. Понимаю: союз с соседним королевством куда интереснее Мурсии, чем долги перед собственным герцогом, но… вся проблема в том, что я тоже – герцог.

И Ярнис меланхолично улыбнулся, прикрыл веки и пригубил горячий напиток, от которого поднимался пар. Джинар сдвинул брови, и тогда неожиданно вмешалась Исия.

– Ваша мудрость, герцог, не знает границ, – улыбнулась она обворожительно. – Вот только вы не учли один… нюанс.

– Вот как? И какой же?

– Нарушил слово Белокурд, а руку принцессы Лили вашему роду предлагает Картранис. А Картранисы умеют держать слово.

Ярнис всмотрелся в её золотисто-карие глаза.

– Разве не королева Ирис предлагает мне союз?

Джинар взглядом велел супруге молчать, но Исия лишь коснулась нижней губки пальчиком, чуть надавливая. В её глазах блестели шаловливые искорки.

– Король Ширан, Ваша Светлость.

– Не слышал, чтобы герцога Юга короновали.

Тихий смешок стал ответом на закономерное замечание.

– Так ведь и королеву Ирис никто пока не короновал.

– Она – Белокурд.

– А он – её супруг, не так ли? Хранитель Юга придерживается традиционных взглядов на брак: женщина снизу, мужчина – сверху.

Почему-то Джинару в этой фразе показался какой-то пошлый подтекст. Граф, конечно, понимал, что юная девушка не имела в виду ничего такого, вот только Ярнис многозначительно приподнял брови и улыбнулся как-то уж слишком гаденько. Вот что значит вверять дипломатию в руки непрофессионалам! Тем более – женщинам. С какой стати Ширан отяготил своего вассала таким обременением?

– Милая, тебе не холодно? – прозрачно намекнул он лжесупруге. – Женщинам мороз вреден. Может, оставишь мужчин покурить и поговорить на мужские темы?

– Конечно, дорогой.

Ииса улыбнулась так, что Джинара вдруг слово раскалённой лавой облило, и как-то сразу вспомнилось, что он вдовец вот уже шесть лет, и ничего, в принципе, не мешает ему связать себя повторно узами брака. Вот только… замужем или нет очаровательная спутница? Скорее всего – нет, ведь обычно королеве прислуживают незамужние девы или вдовы, но как бы так поаккуратнее узнать наверняка?

– Признаться, никогда не был сторонником традиций. Женщины прекрасны в любой позе. Особенно прекрасные женщины, – усмехнулся Ярнис, и Джинару неожиданно для себя захотелось тут же вызвать подлеца на поединок.

Как он смеет вот с таким наглым выражением смотреть на его жену? Да, пока Исия, строго говоря, таковой не является, но Ярнис-то считает оную таковой. Да и… это пока.

Красавица вышла, покачивая бёдрами, не фривольно, как какая-нибудь падшая женщина, а естественно, так… по-женски. Джинар провожал её взглядом, пока «графиня» не исчезла за шторами, закрывающими вход в зал. Оглянулся и с внезапным бешенством понял, что Ярнис смотрел туда же, куда и он.

Ну это уже совершенно ни в какие ворота не въезжает! Какая вопиющая наглость!

– Я обдумаю предложение хранителя Юга, – скучающим голосом произнёс Ярнис и поднялся. – А сейчас прошу простить, граф, заботы хранителя так утомительны… Надеюсь увидеть вас на завтрашнем маскараде.

– Непременно, – процедил Джинар.

Ярнис позвонил в колокольчик и велел появившемуся слуге проводить гостя в отведённые для него покои. Граф, с трудом сдерживая бешенство, вышел. Безусловно, он останется в рамках дипломатической этики, и только это спасало Прощелыгу от хорошенького удара саблей.

– Голубчик, – произнёс Джинар, входя в просторную, светлую комнату, с жарко полыхающим камином, – подскажите, а где разместили мою супругу?

– В другом крыле. Там, где расположены покои герцога и герцогини.

Графу остро захотелось двинуть кулаком в белой перчатке в рожу хаму. Но он снова сдержал свои эмоции.

– Полагаю, уместнее было бы разместить супругов в смежных комнатах, – заметил кротко.

– Вы правы, Ваше Сиятельство, – поклонился слуга, зажигавший свечи. – Но, боюсь, мы не были готовы к визиту послов с Юга, и в настоящее время свободных комнат рядов с вашими нет.

Он ещё раз поклонился и вышел.

Нет, ну каков подлец! Во всём дворце у них не нашлось свободных комнат! Чушь! Бред! Джинар задрожал от бешенства. В конце концов, это уже совершенно очевидное оскорбление! А он – посол герцога Ширана, между прочим. Не ему сносить дерзости юнца.

***

Когда на Прелестный город опустилась ночная тьма, герцог Ярнис, поцеловав руку своей дородной супруге, пожелал ей покойного сна и удалился к себе.

Бедная Марита происходила из рода, ведущего начало от кого-то из ирбисов. Чудесные способности кошек, увы, герцогиня не унаследовала. Лишь одну полноту. Притом не такую симпатично-округлую, как у несчастной принцессы Шаши – да помянут её Восемь. И не такую упругую, как у королевы Ксираты. Мужу Марита сильнее всего напоминала манное желе, бесформенно расползшееся и отчаянно слезливое. Первое время Ярнис ещё как-то пытался зачать с ней наследника, но – увы. Можно было барахтаться в этом желе бесконечно, вот только обычно послушный стойкий «гвардеец» герцога кончать в этой манной каше не желал. И, наконец, Ярнис отказался от бесплодных попыток. Он был неизменно вежлив и почтителен с супругой и старательно делал вид, что не замечает её заплаканных по утрам глаз.

В мире, где столько прекрасных женщин, стоило ли тратить драгоценное время своей жизни на одну супругу?

– Яр, – шепнула ему на ухо Бессития, обнимая брата, – у Джинара вид, как у индюка. А жена у него красотка.