Страница 14 из 88
Глава 6. Военный совет
Если бы Ирис не была верхом, у неё бы подкосились ноги. Судорожным движением королева набросила на лицо вуаль: никто не должен видеть её панику.
«Я не готова, – осознала Ирис в отчаянии. – Не готова сейчас с тобой сразиться. Ты снова подломишь меня…».
Высокие ворота открылись, поднялась кованая решётка.
Это был грубый, едва ли не времён первых Белокурдов, старый замок. Его окна не были застеклены. От ночной прохлады спасались плотными шторами, от дневного зноя и пыли укрывали деревянные жалюзи. В замке не было электричества. Из современного на территорию глухой древности вторглись только канализация, водопровод и телеграф. Очевидно, всё остальное Ширану казалось нежной роскошью. Даже электричество было проведено лишь в кабинет. Зато стены крепости были полностью переоборудованы – вместо ласточкиных гнёзд, непригодных для современной войны, в широких забетонированных стенах были проделаны дзоты. А кованые ворота затянула колючая проволока.
В этом чувствовался весь Ширан – ничего лишнего. Только необходимое, но из необходимого – самое лучшее.
И сейчас Ирис, въезжающей в замок, ставший почти привычным, вдруг показалось, что она возвращается в тюрьму, ту самую, откуда её вывезли на эшафот. Девушка оглянулась и даже натянула узду, придерживая коня. Граф Джинар, сопровождавший её, посмотрел вопросительно.
«Я оттуда не выйду», – в тоске подумала Ирис, чувствуя холодную дрожь.
– Ваше Величество?
За ней наблюдали. Пристально и почти враждебно. Страх, неуверенность – любая слабость – уничтожит право королевы на власть. Ирис кивнула и пришпорила скакуна. Вскинула подбородок, выпрямила плечи.
Она поборется. Она ещё сразится.
На высоких ступенях, ведущих в замок, её ждал Баэрд, он сбежал вниз – тяжело и неуклюже, взял лошадь Ирис под уздцы и подал руку
– Ваше Величество, позвольте мне приветствовать вас.
У него был всё тот же простуженный голос, Ирис вдруг стало смешно от того, что теперь у них с Псом Ширана голоса похожи. Видимо, когда-то Баэрд точно так же сорвал его, как и она.
– Его Светлость в замке? – холодно и тихо уточнила она, воспользовавшись предложенной рукой, чтобы сойти.
– Его Светлость в море. Он прислал меня в качестве своего представителя.
У Ирис задрожала рука, и девушка поспешно выпустила ладонь Баэрда.
– А флаг…
Заглянула в его серые глаза, замолчала, подобрала юбку и пошла вверх. Ну конечно: вице-адмирал сейчас представляет Ширана, и флаг был поднят поэтому. Глупый вопрос. В душе облегчение и радость боролись с гневом. То есть, Баэрд для Ширана – правая рука, а жена, королева – игрушка?
«Вот и… своего Баэрда», – злобно огрызнулась Ирис, однако правила приличий, вбитые в её голову матерью, не дали ей даже мыслено произнести фразу полностью.
Пёс герцога пошёл рядом, бубня:
– Ваше Величество, необходимо собрать военный совет, – и, спохватившись, добавил: – Вы позволите?
– Совет намечен на завтра.
– У нас нет времени, – прогундосил Баэрд.
«О, конечно! Делай, что посчитаете нужным, кто я такая, чтобы оспаривать мнение вице-адмирала своего супруга?» – чуть не вырвалось из уст королевы. Но Ирис прикусила язык. Она не девочка. Не та ехидная принцесса, которая не понимала ценности королевских слов.
– Хорошо. Отдайте необходимые распоряжения. Я жду всех через час.
И прошла в свои покои. Служанки бросились раздевать её. Лили, покормленная кормилицей, спала, видимо, не дождавшись матери. Ирис в одной сорочке села перед трюмо, облокотилась и уставилась в него.
Ширан не явился.
– Это хорошо, – заметила она.
Но отчего-то чувствовала себя едва ли не разочарованной. И презирала себя за это чувство.
– Оставьте меня, – велела слабым голосом. – Будьте неподалёку, я позову.
И, когда они вышли, закрыла лицо руками.
– Эйв, – прошептала с отчаянием, – Эйв… Ты мне так нужен! Ты всегда понимал меня лучше, чем я сама, и никогда не презирал…
Через полчаса служанки помогли королеве одеться, заплели тяжёлые волосы, украсив их жемчугом. А красные следы слёз скрыла пудра.
Ирис прошла в зал совета – тяжёлый, с гулкими сводами, с громадным камином, в котором, по слухам, один из герцогов Картранисов сжёг неверную жену, с длинным каменным столом и со стенами цвета бычьей крови. Баэрд уже был на месте. Шестнадцать офицеров высшего эшелона – тоже. Присутствовали и представители герцогов Хэлтора и Радорма. А вот от кентаврийцев, как ни странно, никого не было.
Баэрд молча отодвинул кресло королевы. Сам он занимал место по её правую руку. Кресло герцога слева от Ирис красноречиво пустовало. Ирис величественно опустилась на место, пальчиками приподняв юбку. Разгладила её.
– Господа, мы планировали встречу завтра, но прибытие доверенного лица моего супруга изменило наши планы. Полагаю, вице-адмирал Баэрд не нуждается в представлении?
Ей хотелось уточнить, почему нет людей из герцогства, которым владела она, но всех собирал Баэрд, а демонстрировать собравшимся несогласованность действий Ширана со своими Ирис было бы неразумно, это могло ослабить её позицию.
– Лорда Атхена нет с нами, – заметил вместо неё граф Джинар. – Будем ли мы его ждать?
– Нет, – отрезал Баэрд.
Значит, она права, и отсутствие кентаврийцев было им запланировано.
– Мы подозреваем людей Её Величества в измене? – холодно уточнил граф, и шрамы, изрезавшие его лицо, начали краснеть, выдавая сдерживаемый гнев.
– Я бы сказал в отсутствии полной верности, – пояснил Баэрд, не садясь. – Господа, я ознакомлен с планом ваших действий, и, так как Его Светлость уполномочил меня представлять его интересы, то, с позволения Её Величества…
Ирис кивнула.
– … я его отвергаю. Мы не будем тратить время на соединения с частями герцога Радорма.
– И почему же?
– Что за чушь!
– Ярнис ударит в спину, если мы пойдём на Персик…
– Войска ирбисов перейдут Барсовы горы с северо-запада…
Королева молча слушала раздражённые голоса своих советников. Она не понимала план Ширана, но поймала себя на том, что безгранично верит в военный талант супруга. «Странно, что они спорят… странно, что они сейчас как бы оспаривают план своего герцога… Мне кажется, будь здесь сам Ширан, никто бы не посмел возражать. Они не верят Баэрду? Или… или это Хесс так расслабил узду, которой Ширан их всех стянул?».
И что ей делать? Перебивать? Велеть замолчать? Попросить тишины?