Страница 13 из 15
— Может быть, потому что тут лучшее место на земле? — ответил он, и в темноте я видела только блеск его глаз и сверкнувшую улыбку.
— Не хочу ни о чем думать, — прошептала я, и он закружил меня в танце снова, быстрее, отчаяннее, а я смеялась, запрокинув голову, и звезды плыли над нами, как разноцветные магические огни. Нико очаровал меня белозубой улыбкой, уверенностью, верой в то, что я рано или поздно сдамся. И у меня, правда, мелькнула мысль: да, мы почти не знакомы. Да, это может быть не на всю жизнь. Но вдруг я сумею быть счастливой?
Я универсальная ведьма. Я умею работать с артефактами. Да, после университета я попала в крупную корпорацию и стала заниматься расчетами для массовых, поставленных на поток моделей. Но ведь могу же я делать что-то маленькое и милое? Амулеты на удачу, обереги для дома, подвески от сглаза. Да много чего. Даже отпугивалки комаров, между прочим, очень популярные в сезон. Зато я буду делать это в райском месте, под шум прибоя, без вечно пиликающей шкатулки и без мегресса Аронуса, который стоит над душой.
Спать мы легли под утро. Я забралась в свой гамак, а Нико — в соседний, и мы долго еще переговаривались шепотом через темноту, пока я не провалилась в глубокий, спокойный сон без сновидений. Я была практически готова пересмотреть свою жизнь. Лишь старый, въедливый страх перемен, не давал принять окончательное решение. Я думала, с утра решимость отпустит, а когда проснулась, то поняла, что нет. Я не передумала.
Солнце стояло уже высоко, пробиваясь сквозь пальмовые листья золотыми копьями. Где-то вдалеке кричали птицы, воздух был напоен сладким запахом цветов и нагретой листвы. Я лежала в гамаке, глядя на голубое небо в просветах зелени, и чувствовала, как внутри вызревает новое, упрямое, почти дерзкое решение.
У меня осталось восемь дней отпуска. И если найду возможность зарабатывать здесь, например, узнаю, что сдают в аренду маленькую лавочку, где я смогу делать и продавать артефакты, то останусь. И Нико тут ни при чем. Пусть даже он стал катализатором, но решение мое.
Просто ночь на этом острове заставила пересмотреть свою жизнь. Я столько существовала между встречами, совещаниями, отчетами, всегда с переговорной шкатулкой наготове, что забыла, каково это, жить для себя. Точнее, я и не знала. Никогда не пробовала. Я выросла в гонке: сначала за оценками, потом за карьерой, потом за деньгами и статусом. А здесь, на этом клочке земли, окруженном бирюзовым морем, вдруг оказалось, что можно просто дышать. И быть счастливой без всяких достижений.
Да, тут я не заработаю столько денег. Но фишка в том, что здесь они и не нужны. Не надо платить за вид из окна — он и так есть. Не надо покупать дорогой парфюм — воздух пахнет жасмином и солью. В этом месте очень просто быть счастливой.
Я сладко потянулась, выбралась из гамака и ступила босыми ногами на мягкую, прогретую землю. Нико не было. Возможно, он пошел на берег, чтобы не пропустить проплывающую мимо яхту или рыбацкую лодку. А я решила прогуляться вглубь острова. Я видела вчера большие и аппетитно пахнущие фрукты, свисающие с веток прямо на уровне глаз. Вчера кормил нас он. Сегодня завтрак раздобуду я. И пусть это будут не круассаны с кофе, но фрукты тоже ничего.
Остров был небольшой, и я достаточно быстро прошла его практически насквозь, петляя между стволами, переступая через корни, похожие на уснувших змей, и раздвигая руками огромные листья. Солнце пробивалось сквозь густую крону редкими золотыми лучами, и в этом призрачном свете лес казался заколдованным, первобытным. Наконец, я нашла нужное дерево, с низко свисающими гроздьями фруктов, пахнущих медом и ванилью.
Я уже протянула руку, чтобы сорвать самый крупный плод, как вдруг справа от него, из расщелины между камнями, донесся тихий звук — то ли стон, то ли плач, то ли жалобное всхлипывание. Я испуганно подпрыгнула, сердце ухнуло вниз, но потом любопытство взяло свое. Оно всегда было моей слабостью.
— Эй! — позвала я, осторожно заглянув в темноту. В ответ на мой голос плач повторился — тише, протяжнее, словно кто-то завывал на одной ноте. Наверное, стоило не соваться туда одной, а пойти позвать Нико, но слабоумие и отвага уже вели меня вперед.
Я осторожно заглянула в пещеру, и оказалось, что здесь гораздо светлее, чем я думала сначала. Где-то в глубине мерцал мягкий, маслянистый свет, разгоняя тени по углам. Прямо на плоском, гладко отполированном веками камне стояла старинная масляная лампа из потемневшей от времени бронзы с затейливым узором и длинным, изогнутым носиком. И она… тихонечко всхлипывала. Я замерла, не веря своим ушам.
Едва я приблизилась, из носика лампы вырвалась тонкая струйка золотистого дыма, с искрами, как от бенгальского огня. Дымок тут же сгустился в воздухе и трансформировался в полупрозрачную мужскую голову с хитрыми, чуть раскосыми глазами, острыми скулами и черными волосами, собранными на затылке в куцую косичку. Голова парила прямо над лампой, слегка покачиваясь, словно на невидимом стебле.
— О да! Да! Потри меня! — радостно простонала голова, и вышло это с такими неприлично-похабными интонациями, что я мгновенно покраснела до корней волос. — Ну же! Не стесняйся!
— А зачем мне тереть? — опомнилась я, делая шаг назад. — И что это даст?
— Ну как что? Я же джин! — Голова обиженно надула щеки, но тут же снова расплылась в масленой улыбке. — Я исполню любые твои желания. Хочешь богатство? Хочешь жениха красивого? Жизнь вечную? Все могу, все умею. Ну потри лампу! Выпусти меня уже…
Я посмотрела на джина, потом на лампу, потом снова на джина. Богатство… Я не очень представляла, что с ним делать. Ну, купить квартиру побольше, повозку, как та, на которой меня подвозил Нико, приятно, но не жизненно необходимо. Жениха точно не надо: жених не жених, но пока Нико меня вполне устраивал, и накладывать на него обязательства с помощью магии было бы как-то… нечестно, что ли. А жизнь вечная вообще коварная штука. Не хотелось бы смотреть, как все вокруг стареют и умирают, а ты все живешь и живешь. Нет, спасибо, не надо.
— Чего ты ждешь? — нетерпеливо пропела голова, и ее глаза сверкнули алым.
— Я не очень хочу тебя тереть, — призналась я и отступила еще на шаг. Лампа возмущенно подпрыгнула на камне.
— А чего ты хочешь?
— С острова выбраться, наверное… — неуверенно протянула я.
Джин оживился мгновенно. Его лицо расплылось в хитрой улыбке, косичка радостно дернулась.
— И это могу! Давай же, потри бочок, и я перенесу тебя, куда скажешь!