Страница 44 из 92
чувствовала — его тепло, его дыхание, его силу.
— Стреляй, — прошептал он.
Я нажала. Грохот. Отдача. Но на этот раз не вздрогнула. Приняла. Тело Алихана
погасило толчок.
— Открой глаза.
Я открыла. Посмотрела на мишень. Дырка — точно в центр. Десятка.
— Как... — прошептала я.
— Потому что ты не думала. — Алихан развернул меня к себе. — Потому что
доверилась. Вот что спасёт тебя. Не техника. Не тренировка. Инстинкт. Когда враг
придёт, твоя голова отключится от страха. Останется только тело. И оно должно
знать, что делать.
Он поцеловал меня. Жадно, жёстко. Я ответила — с той же яростью. Руки сами
обхватили его шею. Пистолет упал на пол. Мы целовались, как будто это последний
раз. Как будто завтра не будет.
Вот она, его одержимость. Он учит меня убивать не потому что считает
меня способной. А потому что боится. Боится потерять. Боится, что враги
заберут, а он не успеет. И единственное, что может сделать — дать
инструмент. Оружие. Шанс.
Любовь убийцы — это не цветы и стихи. Это обучение стрельбе. Это "Умей
защищаться, потому что я не смогу быть рядом всегда". Это "Убей, если надо,
только выживи".
Алихан оторвался, прижался лбом к моему лбу. Дышал тяжело.
— Каждое утро, — сказал он хрипло. — Пока не будешь попадать пятнадцать из
пятнадцати. Пока не станешь опасной.
— Хорошо.
— И ещё. — Он полез в карман, достал маленький пистолет. Ещё меньше, чем Glock.
Почти игрушечный. — Это Walther PPK. Семь патронов. Носишь с собой. Всегда. В
сумке. В кармане. Куда угодно. Спишь с ним под подушкой.
Я взяла. Лёгкий. Помещался в ладони.
— Это... законно?
Алихан рассмеялся. Горько.
— Детка, я убиваю людей. Ты думаешь, я волнуюсь о законах?
Справедливо. Я спрятала пистолет в карман толстовки. Тяжесть странная,
непривычная. Но... успокаивающая. Как будто кусочек его защиты всегда со мной.
Магомед вошёл в тир. Лицо мрачное. Телефон в руке.
— Варвар. Руслан звонил. Срочно.
Алихан напрягся весь. Взял телефон, набрал номер. Отошёл к углу. Я слышала только
его голос — сначала спокойный, потом всё жёстче, злее.
— Когда? ... Где нашли? ... Живой? ... Ясно. Еду.
Он отключился. Развернулся ко мне. Лицо белое. Глаза чёрные. Варвар.
— Что случилось? — спросила я тихо.
— Касумов. — Голос как лёд. — Похитил Тимура. Моего курьера. Вчера вечером. Только
что нашли его. Точнее, то, что от него осталось.
Меня передёрнуло. В горле пересохло.
— Он мёртв?
— Хуже. — Алихан стиснул челюсть. — Жив. Пытали. Отрезали пальцы. Выкололи глаз.
Сломали рёбра. Оставили на пороге нашего склада с запиской: "Твой ход, Варвар".
Я зажала рот рукой. Желудок скрутился. Тошнота подступила к горлу.
— Господи...
— Бога здесь нет. — Алихан надел куртку, проверил пистолет. — Есть только война.
Касумов объявил, что играет по-крупному. Хочет меня вытащить на эмоциях. Думает,
я брошусь мстить не подумав.
— И ты?
Он посмотрел на меня долго. В глазах ярость. Холодная, расчётливая, смертельная.
— Я подумаю. Спланирую. А потом уничтожу его. Медленно. Так, что Тимур покажется
счастливчиком.
Он подошёл. Поцеловал меня — жёстко, требовательно. Как будто запоминал вкус.
— Сиди дома, — приказал он. — Магомед остаётся с тобой. Никуда не выходишь.
Пистолет при себе. Всегда.
— Когда вернёшься?
— Не знаю. — Честно. Страшно. — Может сегодня. Может через неделю. Зависит от
того, найду ли я этого ублюдка.
— Алихан...
— Я вернусь. — Он взял моё лицо в ладони. — Обещаю. Вернусь. Потому что ты здесь.
Потому что без тебя война не имеет смысла.
Он ушёл. Быстро, не оборачиваясь. Дверь хлопнула. Я осталась стоять в тире.
Пистолет в кармане. Запах пороха в воздухе. Тишина.
Вот и всё. Теперь я вооружена. Опасна. Могу убить. Алихан превратил
меня в солдата. Не спросив разрешения. Просто поставил перед фактом: "Учись
или умри".
Любовь в криминальном мире — это не защита от опасности. Это
подготовка к ней. Это "Вот пистолет. Научись стрелять. Убей, если надо.
Только выживи".
Я вернулась в дом. Спрятала Walther под подушку. Рядом с ножом от Марьям. Два
оружия. Два последних аргумента.
Телефон завибрировал:
"Не бойся. Я рядом. Всегда."
Ложь. Он не рядом. Уехал на войну. Но я ответила:
"Знаю. Жду."
И начала ждать. Снова. С пистолетом под подушкой и страхом в сердце.