Страница 43 из 92
Глава 16
Утром Алихан разбудил меня в шесть. Рывком стянул одеяло, шлёпнул по ягодице:
— Вставай. Одевайся. Тепло.
Я простонала, закрыла лицо подушкой:
— Который час?
— Шесть. Пошли.
— Куда?
— Научу тебя убивать.
Я замерла. Убрала подушку, посмотрела на него. Он стоял у кровати — в чёрной
футболке, джинсах, с пистолетом в кобуре. Лицо серьёзное. Не шутил.
— Что?
— Слышала. — Он бросил мне спортивные штаны, толстовку. — Одевайся. Пять минут.
Я оделась. Руки дрожали — не от холода, от предчувствия. Алихан вёл меня вниз,
через кухню, к чёрному ходу. Магомед ждал у двери с двумя кейсами.
— Варвар, всё готово, — кивнул он.
Мы вышли на улицу. Рассвет только начинался — небо серое, воздух ледяной. Я
поёжилась. Алихан накинул мне на плечи свою куртку — тяжёлую, пахнущую им. Повёл
через сад, в дальний угол территории, где стояла старая хозяйственная постройка.
Внутри — тир. Импровизированный, но настоящий. Мишени на дальней стене, стол с
оружием, наушники, защитные очки. Магомед открыл кейсы. Внутри — пистолеты.
Разные. Много.
— Зачем? — спросила я хрипло.
Алихан повернулся ко мне. Посмотрел в глаза — долго, тяжело.
— Потому что я не всегда буду рядом, — сказал он тихо. — И если Касумов доберётся
до тебя, ты должна уметь защищаться. Хотя бы попытаться.
— У меня есть нож...
— Нож — говно. — Он взял со стола пистолет — небольшой, чёрный. — Это — власть.
Это — жизнь. Одна пуля может спасти тебя. Или убить врага. Ты должна уметь.
Сердце забилось где-то в горле. Мурашки пробежали по рукам. Я смотрела на пистолет
в его руке. Холодный металл. Смерть в девятьсот граммов.
Он хочет научить меня убивать. Превратить из жертвы в охотника. Из
пленницы в солдата. Потому что война не закончится. Касумов не остановится.
И единственный способ выжить — научиться убивать первой.
— Я не смогу, — прошептала я. — Убить человека... я не смогу.
Алихан подошёл ближе. Положил пистолет мне в руку. Тяжёлый. Реальный. Пальцы сами
сжались на рукоятке.
— Сможешь, — сказал он. — Когда будет выбор — ты или он. Когда увидишь, как он
целится в тебя. Когда поймёшь, что секунда — и всё. Сможешь. Потому что хочешь
жить.
Я смотрела на пистолет. В голове пульсировало одно слово: "Нет, нет, нет". Но
пальцы не разжимались. Держали. Крепко.
— Это Glock 19, — начал Алихан. Голос стал деловым, инструкторским. — Девять
миллиметров. Пятнадцать патронов в магазине. Полуавтомат. Надёжный. Простой.
Идеален для новичка.
Он встал за мной. Обнял, прижался всем телом. Руки легли поверх моих. Поправили
хват.
— Большой палец вдоль ствола. Указательный на спусковом крючке — не давить, просто
лежит. Остальные обхватывают рукоять. Крепко, но не судорожно. — Его дыхание
обжигало ухо. — Чувствуешь?
— Да.
— Стойка. Ноги на ширине плеч. Правая чуть назад. Колени слегка согнуты. Центр
тяжести низко. — Он коленом подтолкнул мою ногу, заставил встать правильно. —
Так. Хорошо.
Его руки скользнули выше, подняли мои, вытянули вперёд. Пистолет смотрел на
мишень.
— Руки прямые, но не заблокированы. Локти чуть согнуты. Прицел — целик и мушка в
одну линию. Видишь?
— Вижу.
— Дыхание. Вдох. Выдох. На выдохе — стреляешь. Плавно. Не дёргай. Нажимай, пока не
выстрел. — Его палец лёг поверх моего на спусковом крючке. — Попробуй. Без
патрона. Просто почувствуй.
Я нажала. Щелчок. Сухой, пустой. Но тело вздрогнуло. Как будто выстрелила
по-настоящему.
— Ещё раз, — приказал Алихан.
Я повторила. Снова. И снова. Десять раз. Двадцать. Пока руки не привыкли. Пока
движение не стало автоматическим.
— Хорошо. — Алихан вставил магазин. Я услышала щелчок. — Теперь по-настоящему.
Пятнадцать патронов. Мишень в десяти метрах. Цель — попасть хоть куда-нибудь.
Готова?
— Нет.
— Всё равно стреляй.
Он отступил на шаг. Я осталась одна. Пистолет в руках — тяжёлый, живой.
Заряженный. Одно нажатие — и пуля полетит. Убьёт. Даже мишень из картона.
Это порог. Перейду — уже не вернусь. Стану не той, кем была. Девушка,
которая стреляет из пистолета — это не студентка медицинского. Это солдат.
Убийца. Как он.
— Стреляй, Оля, — повторил Алихан. — Сейчас.
Я вдохнула. Выдохнула. Нажала.
Грохот оглушил. Отдача дёрнула руки вверх. Я вскрикнула, чуть не выронила
пистолет. Уши заложило. Сердце билось как бешеное.
— Мимо, — сказал Алихан спокойно. — Ты дёрнула в момент выстрела. Ещё раз.
Спокойнее.
Второй выстрел. Третий. Пятый. Десятый. Я стреляла, пока магазин не опустел. Руки
болели. Уши звенели. На мишени — три дырки. Из пятнадцати. Остальные — в стену,
в потолок, чёрт знает куда.
Алихан подошёл. Забрал пистолет. Вставил новый магазин.
— Плохо, — сказал он жёстко. — Но для первого раза нормально. Ещё.
— Алихан, я устала...
— Плевать. — Он сунул пистолет обратно в мои руки. — Касумову плевать, устала ты
или нет. Он будет стрелять. Ты должна стрелять быстрее. Ещё.
Я стреляла. Снова. Снова. Магазин за магазином. Руки тряслись от усталости. Плечи
ныли. На ладонях появились мозоли. Но попаданий становилось больше. Пять из
пятнадцати. Семь. Десять.
— Лучше, — кивнул Алихан. — Но недостаточно. Ты думаешь. А надо чувствовать.
Пистолет — продолжение руки. Мишень — враг. Не картонка. Враг. Который убьёт
тебя, если не убьёшь ты.
Он встал за мной снова. Обхватил. Руки легли поверх моих. Губы у уха.
— Закрой глаза, — прошептал он.
— Что?
— Закрой. Доверься мне.
Я закрыла. Мир погрузился в темноту. Остались только ощущения — его тело за
спиной, его руки на моих, пистолет в ладонях.
— Чувствуешь меня? — Голос низкий, гипнотический.
— Да.
— Чувствуешь пистолет?
— Да.
— Чувствуешь, как мы дышим синхронно?
Я прислушалась. Правда. Наши груди поднимались и опускались в такт. Вдох. Выдох.
Вдох. Выдох.
— Да.
— Вот так же ты должна чувствовать выстрел. — Его пальцы накрыли мои на спуске. —
Не думать. Не целиться. Чувствовать. Тело знает. Инстинкт знает. Отпусти
контроль. Отдайся мне.
Мы подняли пистолет вместе. Я не видела мишень. Не видела ничего. Только