Страница 31 из 40
Сняв плащ, я огляделась. За те дни, что Аурэля не было, здесь всё осталось нетронутым. Я провела ладонью по столу, по скамье, разложила на столе свёртки с одеждой и принесённые фрукты. Потом разожгла очаг — не без труда, потому что раньше за меня это делал Аурэль, — и поставила на угли небольшой котелок, чтобы приготовить простой ужин.
А после, сама не зная зачем, принялась наводить уют. Подмела пол, налила свежей воды в кувшин. Мне хотелось, чтобы, когда он вернётся, его встретил не пустой дом, а живой, тёплый и обжитой.
За окном тем временем начал накрапывать дождь. Сначала тихий, едва слышный, он вскоре превратился в мерный, убаюкивающий шум, заставивший меня вспомнить нашу первую ночь — ту самую, когда мы лежали в обнимку под завывания шторма. Я улыбнулась своим мыслям.
Из-за дождя в хижине становилось прохладно, и я подбросила в очаг ещё пару поленьев. Огонь разгорелся ярче, и по стенам заплясали тёплые золотистые тени.
Мне хотелось, чтобы сейчас он оказался рядом — так же, как в ту ночь, обнял меня, и, несмотря на холод его кожи, я почувствовала бы то тепло, которого мне так не хватало.
В хижине стало уютно и тихо. Я села на скамью, прислонилась спиной к стене и накрыла ладонью чешуйку на груди. Где-то там, в сгущающихся сумерках, он шёл ко мне. Я знала это. И скоро я снова увижу его лицо. Представила, как он возвращается — уставший, но живой, — и как я встречаю его на пороге.
С этими мыслями я не заметила, как задремала. Дождь всё шептал что-то за стенами, огонь тихо потрескивал в очаге, и в этом тихом, уютном полумраке я впервые за долгое время почувствовала себя дома.