Страница 3 из 40
— Не сочтите за неуважение. Просто солнце сейчас в зените, а вы — гостья, непривыкшая к нашему знойному солнцу. Ваша кожа слишком светлая, она быстро сгорит.
Солнце? Он говорит о солнце, а не о моём шраме? Я вгляделась в его лицо, пытаясь найти признаки насмешки или притворства, но ничего такого не было, даже тени брезгливости.
— А… Понятно. Да, у меня есть накидка, — ответила я, чувствуя, как напряжение в груди слегка ослабевает.
Один из людей отца, стоявший позади, молча подал мне накидку из грубой тёмной ткани. Я набросила её на плечи, натянула капюшон низко на лицо так, чтобы тень скрыла правую сторону.
— Пройдёмте, — коротко бросил наг и, развернувшись, зашагал к трапу.
Я спустилась на чужую землю. Ноги дрожали — то ли от качки, к которой я так и не привыкла, то ли от ужаса, сжимавшего внутренности в тугой узел. Но я заставляла себя идти ровно, с высоко поднятой головой. Пусть видят — я не сломлена. Даже если внутри всё кричало от страха.