Страница 76 из 92
Если книга и в самом деле была настолько опасна, они могли бы использовать её для переговоров, просто заявив, что сняли печать.
— Но кража книги была всего лишь спектаклем, устроенным, чтобы подставить нас. Сомневаюсь, что настоящий экземпляр вообще доставляли в Японию. Если они привезли подделку, а оригинал до сих пор лежит в библиотеке Ватикана, значит, всё кончено.
— — Точно!!
Камидзё и Индекс одновременно произнесли одно и то же.
У них ведь прямо здесь находился оригинальный экземпляр «Книги Закона».
— Даже Индекс не смогла расшифровать эту книгу, верно? Значит, она изучала её, пытаясь разгадать. Тогда вполне естественно предположить, что у тебя до сих пор в памяти хранится весь текст, верно?
— Ага. Хотя зашифрованный текст так и пылится в дальнем уголке памяти.
На этот раз лицо Стайла омрачилось. — Нельзя! Если ты это сделаешь, она запишет содержимое «Книги Закона». А если такое случится, за ней начнёт охотиться гораздо больше колдунов!
— ??? Ты обо мне беспокоишься?
Индекс, для которой он был «совершенно незнакомым человеком», недоумённо склонила голову набок. Стайл же, который «когда-то хорошо её знал», покраснел, словно его застали врасплох, но тут же скрыл это, цокнув языком. Индекс считала, что преследование колдунами — обычное дело, а Стайл прекрасно понимал, что ничто из сказанного им её не остановит. К тому же он не мог придумать ничего лучше.
Стайл скривился, а затем неожиданно крикнул: — Тома Камидзё!!
— Ч-что такое?!
— Стань сильнее! Если она погибнет из-за того, что здесь произойдёт, я сожгу твоё тело и душу дотла, так что не останется даже пепла!! — прошипел он, поклявшись в этом себе под нос, и отвернулся. Индекс всё ещё недоумённо смотрела на него, явно не понимая, с чего он вдруг так разозлился. Татэмия переводил взгляд с Камидзё на Стайла и обратно, и выражение его лица было весьма непростым. Камидзё очень хотелось, чтобы тот перестал на него так смотреть.
Индекс, всё ещё озадаченно склонив голову набок, спросила: — Так как же устроен метод расшифровки «Книги Закона»?
— Ах да. Сейчас я всё объясню.
Услышав вопрос, Орсола спокойно и уверенно продолжила разговор с того места, на котором они остановились.
На лбу Камидзё выступила капля пота.
До сих пор он считал это несбыточной мечтой, но теперь, когда всё происходило прямо у него на глазах, он почувствовал, как одна за другой всплывают опасности, о которых раньше почти не задумывался.
Как ни парадоксально, только Камидзё по-настоящему понимал на собственном опыте, насколько опасны эти ангельские техники, которые для колдунов были не более чем слухами и предположениями. «Очищение», которое один из архангелов — Сила Бога — пытался обрушить на мир, испепелило бы половину планеты миллиардами световых пуль.
Если бы они смогли применить здесь такую силу, ситуация полностью изменилась бы.
Но…
Действительно ли было правильно позволить кому угодно обладать такой колоссальной мощью?
Орсола прочитала выражение лица Камидзё. — Мы не собираемся использовать силу «Книги Закона». Нам нужно лишь продемонстрировать, что мы намерены и способны её расшифровать и использовать. Я бы куда больше предпочла никогда не прибегать к такой силе, — серьёзно объяснила она.
Верно… Изначально она изучала книгу, чтобы снять печать с заключённых в ней знаний. Орсола совсем не хотела, чтобы всё обернулось подобным образом. И даже если им удастся ненадолго выбраться отсюда, колдуны по всему миру, жаждущие завладеть знаниями книги, могут начать охоту на неё.
Она приняла это решение, всё обдумав и взвесив.
Она собиралась сделать то, чего сама не желала. Она осознавала все связанные с этим опасности и всё же заявила, что поможет Камидзё и остальным.
Метод расшифровки «Книги Закона» — загадка, которую за всю историю никому не удавалось разгадать.
И вот они собирались открыть запретный фолиант, который не могла прочитать даже Индекс, хранившая в себе знания ста трёх тысяч гримуаров…
— В основе лежит темура, то есть метод замены символов. Однако его правила необычны: они тесно связаны с номером строки. Сначала нужно расположить двадцать две буквы еврейского алфавита в две строки, а затем указать над каждой номер строки…
Камидзё совершенно не понимал, о чём она говорит, но для Индекс, вероятно, всё это имело огромное значение. Её лицо стало серьёзнее, чем когда-либо прежде.
Прямо сейчас узлы гримуара, который никто не мог прочесть, один за другим развязывались в голове Индекс и превращались в чертёж абсолютного оружия. Думая о том, насколько всё это загадочно, Камидзё ощутил озноб. Неужели они совершили нечто такое, чего уже никогда не смогут отменить?
— …Иными словами, схема преобразования символов меняется в зависимости от номера строки на странице, где они записаны. Поэтому, хотя всё может показаться довольно сложным, ты понимаешь, что правила для предложений с одинаковым номером строки не меняются даже при переходе на другую страницу, верно? Кроме того…
— Нужно взять фразы, — неожиданно перебила её Индекс, — преобразованные с помощью схемы замены символов по номеру строки, затем сопоставить их с номерами страниц и изменить порядок. И в конце получится одно предложение. Название будет «Конец двух эпох», а содержание опишет физические ангельские техники на енохианском языке. — Она словно заранее знала, что Орсола собирается объяснить, и та удивлённо моргнула. — Всё, дальше можешь не продолжать. Теперь я поняла.
Орсола, чьё объяснение прервали на полуслове, замолчала в недоумении: ведь только она должна была знать об этом методе. — Простите, но что именно вы поняли?
— Так-так, — хмыкнула Индекс.
— Это неправильный метод. Ложный ответ, специально подготовленный, чтобы заманивать людей в ловушку.
— Ч-что… — выдохнула Орсола, на мгновение застыв всем телом.
Индекс посмотрела ей прямо в лицо с поистине мучительным выражением. — Прости. Я и сама зашла так далеко. На самом деле там полно и других ложных методов. Вот что страшно в «Книге Закона». — Она выдохнула. — Существует больше сотни способов её расшифровать. И каждый из них даёт разные предложения. Все они ложные. Дело не в том, что никто не способен прочесть этот гримуар. Наоборот: его может прочитать каждый, но всех заманивают на путь неправильной расшифровки.
— Н…
Но… — пискнула Орсола.
— Всё устроено так, что даже неправильные методы расшифровки дают осмысленные предложения. Поэтому, даже если придумаешь неверный способ, всё равно решишь, что он правильный. Звучит отвратительно, но, возможно, ты и не могла этого понять. На обложке книги по-английски написано одно предложение. Ты помнишь его? — По лицу Индекс было видно, как тяжело ей говорить эту жестокую правду. — «Нет закона превыше “Твори свою волю”.» Иными словами, «законы» расшифровки, которые люди считают правильными, приводят к бесконечному множеству ошибочно верных ответов. Это ужасный гримуар.
Лицо Орсолы Аквинас лишилось всякой надежды.
И это было вполне естественно. Она рисковала жизнью, взявшись за эту задачу, потому что верила: полученные знания сделают всех счастливыми. Она дала себе слово, что однажды они смогут уничтожить оригиналы гримуаров — источник всех бед.