Непокорный Меч

ГЛАВА 25

Дредворм нес Альфа на север. Лес под ним был бескрайним морем зеленого и белого, ветви деревьев склонялись под тяжестью выпавшего снега. Холодный воздух был тяжел для дыхания, и при каждом вдохе его пронзала острая боль. Альф поплотнее закутался и напряг руки, чтобы разогнать кровь. Заимствованные поводья стали ледяными - не то чтобы они были нужны ему для управления дредвормом. Меч запечатлел в мозгу чудовища знание о его предназначении, и Альфу оставалось только держаться за него и время от времени отвлекать внимание червя от добычи.

Впереди, на далеком горизонте, словно зубы, вздымались горы. Их безлесые склоны темнели на фоне синего неба, а вершины были покрыты снегом. Внизу проносился лес. Просветы между деревьями позволяли ему мельком увидеть местность. Вспышка света, отражающаяся от воды ручья. Стадо бегущих оленей, их гибкие тела темнеют на фоне заснеженной поляны. Разрушенные стены, словно линии на земле, обозначающие остатки какого-то давно исчезнувшего строения. Он окинул взглядом лес внизу в поисках признаков Диких и не нашел их. Возможно, он был последним живым человеком на всем белом свете.

Вдруг дредворм согнулся от внезапного удара, зашипев от боли. Альф ощутил удар позвоночником, и ледяная кровь хлынула на его левый сапог. Он потянулся вниз и нащупал древко стрелы, торчащее из бока чудовища. Стрела вошла глубоко - мастерский выстрел и смертельная рана. Чудовище забилось в судорогах, биение его крыльев замедлилось, и оно начало падать вниз.

Альф боролся с поводьями, пинал ногами по основаниям крыльев, пока червь не расправил их, и не заскользил вниз, к соснам, скуля при падении. Альф приготовился к удару, и ветви деревьев смягчили его падение, когда он рухнул на землю. Некоторое время он лежал на снегу, его борода была усыпана сосновыми иголками, конечности целы, но в синяках и царапинах.

Состояние дредворма было плачевным. Существо умирало, его шкура превращалась в грязную жижу. Альф, спотыкаясь, пробирался через подлесок к останкам червя, ругаясь. Он улетел даже за пределы самых северных фортов Новых Провинций, и у него было мало провизии и припасов, чтобы выжить в безлюдном лесу. "Надеюсь, эта штука на тебя подействует, - пробормотал он. Из бока червя он вытащил стрелу, а затем облил рану целебным снадобьем, которое захватил с собой. Червь затрепыхался, но поток талой воды и слизи замедлился, а затем и вовсе остановился. Отвратительная безглазая голова повернулась и коснулась его ноги.

Альф с отвращением сделал шаг назад. Он всегда считал дредвормов одноразовыми, не более чем порождениями злой магии. Не более живыми, чем големы. Ему не понравилось, что существо проявило благодарность.

"Останься в живых, - приказал он, - ты доставишь меня домой".

Он посмотрел на стрелу в своей руке. Это была стрела Диких - никаких чар, никаких необычных металлов, просто дерево, железо и перья, выпущенные человеческими мышцами и сухожилиями. Альф знал мало людей, способных попасть в высоко летящего дредворма, несущегося на огромной скорости.

Турн.

*

В сумерках над горами зажглись яркие звезды, и в ответ на них на вершине холма в лесу вспыхнул небольшой костер. Альф направился к нему через лес. Он не видел никаких следов, кроме звериных. Если в лесу и были Дикие, то это был не тот огромный отряд, которого опасался Дуна.

Раз или два он заметил движение призраков, едва различимые лица, прячущиеся в листве. Это были не голодные, измученные призраки Некрада. Эти духи были еще более хрупкими, еще более мимолетными, и лица их были печальны.

Курган тоже был странным. В подлеске росли растения, которых Альф никогда раньше не видел. Половина деревьев была мертва или умирала, в то время как на других распускались почки и листья буйной весны, хотя было только начало зимы. Альф чувствовал здесь силу земли, как гром, уходящий в землю, а обычно он был совершенно невосприимчив к сдвигам и потокам магии. Несколько раз он ощущал ее в компании Лата, но только в местах силы. Должно быть, этот курган кипел невидимыми энергиями.

Поднявшись выше по склону, он обнаружил еще больше рейфов, причем более свежих. И тела - дюжина эльфов-колдунов пала здесь в бою. Их одежда была похожа на одежду Диких, хотя у них были другие знаки домов. Земля вокруг была пропитана кровью: они яростно сражались со многими врагами, но других тел на склоне холма не виднелось. Альф нашел достаточно следов оружия Диких, чтобы убедиться: многие дикие сражались здесь и, скорее всего, погибли. Он не увидел ни могил, ни костров, и это место находилось слишком далеко от некромиазма Некрада, чтобы все трупы так быстро превратились в нежить. Кто-то убрал мертвых Диких.

Все мертвые эльфы умерли поднимаясь на курган; были и стрелы Диких, подобные той, что сразила его дредворма, все они были застрелены на склоне. Дикие защищали вершину этого холма от нападения, и сражались до тех пор, пока битва не была закончена. Это было непохоже на них - вступать в смертельный бой, особенно когда можно отступить и скрыться в зарослях вокруг кургана.

Он взобрался на вершину холма. Она была голой и черной от пепла. День или два назад здесь горел огромный костер; в воздухе еще витал слабый отблеск жара. Земля была истоптана следами множества людей, но сейчас почти пустынна. В стороне все еще горел небольшой костер, а по другую сторону костра сидел огромный мужчина.

На широких плечах у него был плащ из медвежьего меха, а на запястьях - кожаные наручи, но Альф хорошо помнил татуировки в виде синих змей и спиралей на предплечьях этого человека. Рядом с ним лежал могучий длинный лук, а в нескольких шагах позади, воткнутое в мерзлую землю, торчало копье с широким наконечником схожего размера.

Дикий смотрел в огонь, склонив голову.

"Ты подстрелил моего дредворма, Турн, - нарушил тишину Альф.

"Не твоего". Его голос был таким тихим и невыразительным, что, казалось, доносился из глубины холма.

Варвар наклонился и подбросил в огонь еще один кусок дерева. Не полено или упавшую ветку, а резной сувенир. Детскую игрушку, пламя быстро опалило яркую краску.

"Что ж, мне повезло, что я нашел тебя. Многое еще предстоит сделать, и во многом мне нужна твоя помощь. Ты не видел Лата? Он здесь?" Альф подошел к костру. Турн поднял голову, и Альфа поразили не следы возраста на лице Турна, а его изможденность.

"Никакого оружия, - указал Турн, - у моего костра".