Страница 66 из 74
— А вот какие! — барон лихо подкрутил ус. — Привязывали супостата за задние лапы к сосновой ветке, брюшком кверху, и стегали по надкрыльям жгучей крапивой! И знаете, развязывало жвалы будь здоров! Даже самые упёртые клещи соловьём заливались, выдавая всё исподнее!
Я поперхнулся водой и закашлялся, переходя на смех.
— Барон, у нас здесь не военно-полевой лагерь, и Матильда нам не враг, — осадил я кровожадного гусара. — Она часть нашей команды. И пытать её крапивой мы точно не будем.
Сверчанский разочарованно скрипнул надкрыльями.
— Ну, как знаете… Экие вы тут все гуманисты. Тогда остаётся один проверенный метод.
Гусар мечтательно закатил глаза.
— Только через крепкую росу, командир. Только через неё, родимую. — барон мечтательно подкрутил усы. — Забродивший нектар вскрывает секреты не хуже полковой дыбы! Вы бы налили мадемуазель чарочку, а я бы присоединился. Исключительно ради оперативной работы! Побыл бы внимательным слушателем… под тосты да закуску. Можно ещё цыган пригласить, с медведями.
— Ну ты и алкаш, барон, — я рассмеялся, щёлкнув его пальцем. — Хватит уже об алкоголе. Сопьёшься, кто мне переводить будет? Узнаем её раздражитель более безопасным путём. Без кнутов и выпивки.
Оставив недовольно ворчащего сверчка на столе, я направился обратно на плац.
Команда уже была на заднем дворе. И я перешёл к физической части подготовки. Нельзя было забывать о выносливости, которая в Бронзовой лиге нам очень пригодится.
— Полная боевая выкладка! — скомандовал я, застёгивая куртку. — Композитная броня, щиты, шлемы. Всё на себя. Питомцы в полной боевой готовности.
Когда Проводники, недовольно пыхтя и позвякивая застёжками, накинули экипировку, я указал на размеченный конусами маршрут. Белов с Василием выставили их с утра, готовя дистанцию для тандемов.
— Тридцать кругов по периметру, — продолжил я. — Пятьдесят метров ускорения, пятьдесят лёгкой трусцой. Вперёд!
Тандемы сорвались с места. Тяжёлый топот ботинок и цокот когтистых лап нарушил тишину пасмурного дня. Я встал в центре, внимательно наблюдая за тем, как распределяют дыхание бойцы, как реагируют на такую нагрузку их питомцы.
Дэнни ожидаемо начал сдавать первым, старался не отставать от Неона. Костя с Желешкой никуда не спешили. Лера подгоняла Бублика, который не хотел ускоряться. А вот Анна с Матильдой держали идеальный темп, словно бежали так не первый раз. Впрочем, не удивлюсь, если в ранних тренировках Савельевой такое включалось в обязательную программу.
Спустя минут десять я заметил странность.
Белов, который должен был сейчас следить за тандемами, подбадривая их и отмечая технику дыхания, напрочь игнорировал тренировочный процесс. Артём Сергеич торчал у приоткрытых железных ворот базы, стараясь слиться в экстазе с углом бытовки. Он нервно переминался с ноги на ногу, вытягивал шею и постоянно поглядывал на часы. Словно ждал курьера с заветным клеем для своих поделок. Или ещё что.
Я нахмурился. Неужели я недоходчиво ему объяснил?
Оставив Живчика следить за бегающей по кругу командой, я погладил Искорку, которая замерла на плече. И двинулся к воротам, заходя со слепой зоны.
Мой помощник был настолько увлечён наблюдением за тем, что происходит на улице, что ничего не замечал.
Я подошёл вплотную, уронил на его плечо руку. Белов от неожиданности аж подпрыгнул на месте, вскрикнул.
— Что мы тут высматриваем, Артём Сергеич? — с ленцой в голосе поинтересовался я. — Курьера?
Белов растянул улыбку, издал сдавленный хрип. Густо покраснел.
— Тьфу ты, Горай! Напугал до смерти! — забормотал Белов, судорожно доставая свой неизменный серый платок и вытирая вспотевший лоб, затем шею. — Нельзя же так подкрадываться.
— Нельзя спать на посту, — парировал я, скрестив руки на груди. — Так что вы тут делаете, вместо того чтобы выполнять свои обязанности?
Белов засуетился, пряча глаза.
— Да так… просто воздухом дышу. И это… наблюдаю за улицей! Контролирую периметр базы, так сказать! — помощник скривил рот в подобии улыбки. Получилось у него так себе. — Безопасность превыше всего!
Я прищурился, всматриваясь в Белова. Лжец из него был никудышный.
— Контролируете периметр, значит? Похвально. А где, позвольте спросить, ваш непосредственный подчинённый? Тот самый Василий.
Артём Сергеевич окончательно стушевался. Он попытался неловко улыбнуться, но вышло жалко.
— Василий? Да он это… я его отправил за инвентарём. Сейчас придёт, — произнёс Белов, пряча взгляд.
— За инвентарём, значит, — я многозначительно кивнул. — И давно ушёл?
— Кто?
— Василий.
— А! Да минут пятнадцать назад. Скоро будет.
Я тяжело вздохнул.
— Артём Сергеич, без моего ведома никого не выпускать. Мы же договаривались.
— Артур, ну что ты как жандарм, в самом деле? — попытался он перевести всё в шутку. — Парень просто пошёл… по делам.
Хотел я выдать предположение, по каким таким делам отправился Темников, как услышал со стороны плаца резкие голоса.
Не могут они и дня прожить без выяснения отношений.
— Ветров, ты задолбал уже своими страданиями! — рычала Лера, сдёргивая с головы шлем. — Ты не бежишь, а еле волочишься! И ещё ноешь! Хотя бы тогда уступал дорогу, раз не можешь бежать!
Дэнни, красный как рак, упёрся руками в колени, пытаясь отдышаться.
— Отвали, Соколова! — прохрипел мажор. — Моя броня весит как чугунный мост! На плечи знаешь как давит⁈
— Ой, бедняжечка! Маникюр не повредил⁈ — не унималась Лера. — Бублик вон на себе сто кило брони тащит и не плачет!
— Так это Бублик, Лера, — попытался вмешаться Костя.
— Помолчи уже, мальчик, — бросила в его сторону Соколова.
Я уже развернулся к ним, чтобы пресечь этот детский сад, и в этот момент краем глаза уловил движение у ворот.
В приоткрытую створку шмыгнул Василий.
Всё как я и предполагал.
Вместо инвентаря, о котором говорил Белов, в руках Темникова большой букет розовых пионов. Пиджака на нём не было, но рубашка выглядела подозрительно чистой для человека, который полдня разгребал металлолом. Он уже и приодеться успел.
И цветы эти явно не для бабы Зины или Раисы. Надеется этим растопить Воронцову? Видно прошлого раза было мало.
Василий, пряча букет за спину, попытался незаметно проскользнуть вдоль кирпичной стены. Но затем увидел меня, чертыхнулся под нос.
— Стоять, — я подошёл к нему.
Блондин вздрогнул и замер.