Страница 62 из 75
А я вглядывался в лицо Николая — усталое и прозрачное, не такое, как свойственно призракам, а чистое до хрустальности, больше похожее на…
…на лик?
Почему-то это даже в мыслях прозвучало страшно.
Коля держал за ручку призрачного малыша на вид лет трёх.
— Я боюсь, что он вовсе не доехал бы! — всхлипнула Хотару. — Но он нашёл дух этого ребёнка и держится за него! И спит уже несколько часов!
— Я не понимаю, — пробормотал профессор Мюллер, — может быть, это энергетическое истощение?
Если так, то проблема решится в два щелчка! Я зачерпнул сирени — благо, в лесу её было до сих пор полно — и влил в Николая. И ещё, хуже не будет.
Тишина вокруг установилась просто звенящая.
Коля всхрапнул и потряс головой, потянулся плечами, заметил, что придерживает ребёнка, отпустил его ручку, с улыбкой взъерошил призрачные волосёнки, и тут увидел меня:
— О! Ваш-сият-ство! А что — приехали уже?
— Ятта!!!* — индейский вопль Хотару, верно, достиг всех окраин маленького леса.
*Получилось! (яп.)
— Николай, — сурово спросил Мюллер, — вы можете пояснить нам, что это было? Призраки не спят! Мне ли не знать⁈
Коля растерянно потёр затылок:
— Натурально ить — не спят!.. Шут его знает… После тех изысканий некромантических усталость вдруг такая навалилась, ажно ноги не несли…
— Мы останавливались на кладбищах… — взволнованно зачастила Хотару, — и в других всяких местах, где сирени было побольше. Я научила Колю собирать, а то он так почти не впитывал…
— Надо полагать, на тех кладбищах вы и подобрали всю свою… свиту? — с усмешкой переспросил Мюллер.
Тут только я обратил внимание на остальных призраков, которые наблюдали за разыгрывающейся картиной круглыми глазами. И набито их на заднем сиденье было — натурально как сельдей в бочке.
— Кто такие? Рассказывайте!
Призраки синхронно открыли рты для объяснений, но Хотару отчаянно замахала руками:
— Ой, нет-нет! Этих вот не спрашивайте, у меня от их препирательств до сих пор в голове гудит. Тот такие слова говорит, что зубы ломить начинает. А те, бедняги, это же просто ужас…
— Хорошо, отложим пока, — согласился я. — Постепенно разберёмся. Коля, ты как?
Наш сапёр сидел с таким лицом, словно изо всех сил прислушивался к чему-то внутри себя:
— Да как бы… Вроде, нормально. Удивительно, ваш-сият-ство, но… отлично! — он подхватил малыша на руки и дал кругаля вокруг машины. — И никаких слабостев! Ваш-сият-ство, а чего это было-то?
Я посмотрел на Мюллера, но тот только пожал плечами:
— Возможно, Бенедикт в курсе?
— На крайний случай, у нас есть книги, до которых у меня всё руки не доходили, — кивнул я. — Поехали на мельницу, пока за нами посыльных не отправили. Коля — за руль! Хотару — со мной и предварительный доклад.
История получалась, конечно, феерическая. Наверное, склонность к приключениям заразна — иначе ничем я объяснить произошедшее с Хотару не могу. Колино недомогание, кочегар, ругающиеся германец с поляком, ребёнок… Последних трёх призраков она подобрала на дороге буквально в двадцати пяти километрах отсюда, объезжая памятные мне озёра с длинным названием «Вода над Новыми Млынами», недалеко от Страхотина. Судя по сбивчивым объяснениям Хотару, она буквально намотала их на прочую призрачную компанию, просто проехав насквозь.
Души трёх мужиков, которые думали, что они вырвались из горящей сельской церквушки, и метались по дороге, надеясь найти кого-то в помощь и спасти остальных…
— На самом деле?.. — начал я.
— Они, конечно же, не вырвались, — кивнула Хотару. — И для них всё продолжается вечер восемнадцатого января, когда они все на праздничную крещенскую службу в храме собрались. Там их полосатые и подпёрли, всю деревню разом. Не утрудились даже народ в кучу сгонять.
— С-с-с-суки, — зло процедил я.
— Что делать будем, Аригатаси?
Я помолчал:
— Ну не выгонять же их, чтоб бродили неприкаянными. Думать будем. Советоваться.
ДЕЛА ТОНКИЕ
Те же, там же
Судя по лицам священников, въезжающая во двор мельницы машина, за рулём которой сидел призрак, на всех произвела изрядное впечатление. Пусть оно и было несколько смягчено тем, что вчера они были представлены настоящему хозяину мельницы, который, некоторым образом, оказался не совсем жив.
Понятно, что все были в курсе местных живых легенд, но одно дело — знать и о чём-то понаслышке, и совсем другое — нос к носу столкнуться с хмурым герром Мюллером, да ещё и вежливо раскланяться.
Красная глянцевая автобукашка вползла в ворота и нерешительно замерла.
— Коля! Машину вон туда поставь! — крикнул я. — И с ребёночком пока побудь!.. — меня аккуратно подёргали за рукав:
— Дядя Аркадий…
Я опустил глаза:
— Чего тебе, Марфуша?
— А можно я с малышом поиграю?
Скучно ей, поди, среди взрослых.
— Ну иди играй, дядя Коля за вами приглядит.
Люди во дворе переглядывались, ничего не понимая. Утопицу они видели, Николая тоже, а вот то, что там есть что-то (или кто-то) ещё — понимали, но разглядеть не могли. А это, я ж понимаю, всегда по нервам неприятно бьёт. Поэтому лучше бы с нашими невидимыми гостями поживее разобраться.
— Олег Викторович! — громогласно призвал я.
— Тут я, — откликнулся он из-за спины.
— Ага. Господин есаул, организуйте срочное собрание техников. Тут у нас докладчик есть со срочным и важным сообщением. Нужно его детально опросить и составить технический отчёт, который будет передан в соответствующее ведомство. Переводчиком для этой группы назначаю Хотару.
— Простите, Аркадий Ильич, — слегка нахмурился Дмитриев, — каким переводчиком?
— С призрачного. Этот господин не умеет доносить свои слова до обычных людей, не имеющих специальных умений.
— Ещё один призрак?
— Их вообще тут семеро новых, но остальные не являются носителями технически важных данных.
Между тем все уставились на Марфушу, которая пошла к запруде, весело что-то рассказывая. Судя по положению её левой руки, вела она за собой кого-то маленького, да и смотрела на него тоже. Следом плыл Коля и улыбался.
— Такие вот дела, господин есаул, — развёл руками я, — а теперь я вынужден просить господ служителей церкви пройти со мной на отдельное совещание.