Страница 81 из 368
— Милая супруга, — отвечал муж, — очень я по тебе соскучился и давно уж хотел вернуться, да все боялся родительского гнева. Поэтому сегодня, едва дождавшись ночи, я украдкой явился к тебе и уйду с первыми петухами. Держи мой приход в тайне.
Жена промолчала. Они укрылись под одним пологом и отдались страсти. Когда прокричал первый петух, муж встал и вышел из опочивальни.
На следующую ночь он явился к ней снова.
— Я ведь знаю, что вы учитесь более чем в двух днях пути от дома, — сказала ему жена, чрезвычайно изумившись, — как же вы успеваете возвращаться обратно?
— Откроюсь тебе во всем, — отвечал ей муж, — ради тебя я сменил место ученья и проживаю теперь лишь в десяти замах от нашего дома. Однако, чтобы видеться с тобой без помех, я утаил это от родителей.
Жена очень любила его и более ни о чем не расспрашивала. Так миновало еще полгода. О тайных встречах никто не догадывался, но красота жены с каждым днем увядала, словно ее подтачивал скрытый недуг.
Родители мужа, видя, что невестка их чахнет от тоски, посоветовались и сказали так:
— Молодые супруги, живущие в разлуке, вызывают сострадание. С тех пор как сын наш уехал, прошел ровным счетом год. Что и говорить, невестка почтительна и прилежна, однако у нее болезненный вид и в глазах — печаль. Поэтому мы отправляем сыну письмо, в котором разрешаем ему приехать. Пусть погостит с месяц дома, порадует родителей, — и мы ведь давно глаза проглядели, стоя в воротах у прохожей дороги, — а там и жену утешит, одинокую на супружеском ложе.
Итак, отец отправил сыну письмо. Сын испросил разрешения у своего наставника и без промедления пустился в путь. На другой день, в полдень, он добрался до дома и тотчас прошел в родительские покои. Отец стал первым делом расспрашивать его об успехах в ученье. Сын отвечал толково и без запинки, чем несказанно обрадовал старика. Отец позвал невестку и, со смехом показывая на сына, сказал:
— Ну-ка, невестка, гляди на своего мужа и его слугу! Видишь, как поистрепалось их платье и взлохмачены волосы. Что же ты не спешишь подать супругу чистую одежду и не согреешь воду — умыться с дороги?
Невестка с поклоном повиновалась.
Вечером вся семья сошлась за веселою трапезой, и было там немало выпито и столько же съедено. Лишь поздней ночью сын, с позволенья родителей, удалился в свою опочивальню.
— По-прежнему ли батюшка твой и матушка в добром здравии? — спросил он, присев рядом с женой.
Но она промолчала. Тогда он сказал шутливо:
— «Не сравнить новобрачных с супругами, что встретились после долгой разлуки». Знаешь, по какому случаю это сказано?
Но жена и на этот раз ничего не ответила.
— В «Книге песен» сказано
{223}
:
Этот вечер — не знаю, что это за вечер сегодня?
Я тебя увидала — собою прекрасен мой милый
[1]
[«Шицзин», Перевод А. А. Штукина, изд-во АН СССР, М. 1957, стр. 144.]
.
Разве наши с тобою чувства не созвучны древним стихам?
Жена и на этот раз промолчала. Помедлив, муж легонько погладил ее по спине:
— С того самого часа, как оставил я родной кров, я, говоря словами поэта, «у петушиного окна в ночи безмолвной свитки книг разворачивал»
{224}
, и знания мои умножались день ото дня. Уподобился я бедному мудрецу
{225}
, который, не имея светильника, читал книги в сиянии белого снега, просветляя свой дух, и добродетели мои с каждым днем укреплялись. Постиг я, что старое изречение: «Отец и мать, возлюбя свое чадо, пекутся о будущем его на долгие годы вперед», — по справедливости относится и ко мне. Пребывая вдали от дома, я был твердо уверен: ты всегда воздашь родителям должное, и был покоен. Однако едва вспоминал я нашу опочивальню, сердце мое загоралось страстью, и в мечтах я уносился к тебе. Послушай, какую я сложил песню:
По ком на чужбине тоскую и ночью и днем?
Любовь неизбывная в сердце моем,
вовеки моя неизбывна тоска!
Кого я зову? Кто мне видится издалека?
Печаль, словно горный хребет, высока,
любовь — словно туча, плывущая вдаль.
Неужто тебе, о любимая, вовсе не жаль
Страдальца, в чьем сердце гнездится печаль?
Скажи, вспоминаешь ли ты обо мне?
О ком день и ночь я печалюсь в чужой стороне?
Не в силах забыться я даже во сне,
все яства безвкусны, все яства пресны.
Тревожны осенние ночи и полдни весны.
Вдали от тебя, от родной стороны
мгновение — как нескончаемый год.
О небо! Зачем ты послало нам столько невзгод?
Неделя одна за другою идет;
мне рыба и гусь не приносят письма
{226}
.
Второй уже год я тоскую, подумай сама!
В жилище моем одиночество, тьма,
возлюбленной нет; и, тоскою сражен,
Томлюсь, как томились влюбленные давних времен.
Но жена по-прежнему не отвечала.
— В песне «Боевая колесница»
{227}
, — сказал разгневанный муж, — супруга, оставшись одна, от тревоги не спит по ночам. В песне «Возвращение из похода»
{228}
жена, разлученная с супругом, предается тоске и горестно вздыхает. Любящие сердца страдают в разлуке, — так бывает со всеми, и этому тьма примеров. Отчего же, скажи, я по тебе истомился, а ты так холодна со мной? Трижды я обращался к тебе, и трижды не ответила ты на мои слова. Что это значит? Взгляни на горлицу, как она кричит в дождь, призывая солнце, ибо только при солнечном свете может встретиться со своим любимым. Если уж птица, малая тварь, показывает такую силу чувства, то человек тем более должен оставаться верен своей любви. Или сердце твое переменчиво, подобно листку, который поворачивается, куда ветер дует, и ты как говорят: «Одного провожаешь к воротам, а другой к двери в паланкине спешит»? Есть еще и старинное присловие:
Проводит супруга — и тут же замену найдет:
к чему тосковать ей всю ночь напролет?
И ночи одной в одиночестве не проведет.
Оно ведь словно про тебя придумано.
Широко раскрыв глаза от изумленья и гнева, жена воскликнула: