Секс по подписке для императора

Глава 20. Ночь для двоих

Мы покинули бальный зал, оставив за спиной ошеломлённый двор, музыку и свет, и шагнули в царство густых, холодных теней ночного дворца. Его хватка на моём запястье была стальной, но не причиняла боли — это было прикосновение хищника, который вёл свою добычу в логово и отрезал любые пути к отступлению. Он тащил меня по пустым, гулким коридорам дворца, освещаемым лишь холодным, мертвенным светом луны, льющимся сквозь высокие готические окна. Воздух здесь был иным — он пах старым камнем, озоном и пылью веков.

Наши шаги эхом отдавались от мраморных стен. Я молчала, всё ещё оглушённая тем, что произошло в бальном зале. Моя голова шла кругом. Сердце колотилось в рёбрах, как пойманная в клетку птица. Куда он меня ведёт? Зачем?

Ответ я получила, когда мы остановились перед огромными, окованными золотом двустворчатыми дверьми.

Тронный зал.

Даже ночью, даже в абсолютной тишине, это место излучало ауру подавляющей, древней мощи. Гвардейцы, стоявшие на посту, при виде нас вытянулись в струну, а затем, по одному кивку Ричарда, распахнули перед нами тяжёлые створки.

Мы вошли внутрь. Двери за нашими спинами закрылись с гулким, финальным стуком, отсекая нас от всего остального мира.

Тронный зал ночью был совершенно иным. Не залитый светом сотен люстр, не наполненный шумом придворных. Он был пуст и холоден. Высокие, до самого потолка, витражные окна пропускали лишь бледные лунные лучи, которые ложились на полированный до зеркального блеска мраморный пол призрачными, вытянутыми прямоугольниками. Тени в углах зала казались густыми, живыми, полными невысказанных тайн и пролитой крови.

А в самом дальнем конце этого огромного пространства, на возвышении из семи ступеней, стоял императорский трон.

Вырезанный из цельного куска чёрного обсидиана, инкрустированный золотом и кроваво-красными рубинами, он не был просто предметом мебели. Он был символом, сердцем империи — воплощением абсолютной, неоспоримой власти. Он казался живым существом, спящим драконом, который в любую секунду мог проснуться и испепелить любого, кто посмеет его осквернить.

Я замерла, невольно задержав дыхание. На фоне этого колоссального великолепия я чувствовала себя пылинкой.

Ричард отпустил мою руку и медленно прошёл в центр зала. Его шаги гулко отдавались от сводчатого потолка.

— Я сидел здесь, — его голос, тихий в этой огромной пустоте, прозвучал неожиданно хрипло. — Прямо на нём, когда впервые почувствовал тебя.

Моё сердце сделало кульбит. Я молча смотрела, как он медленно поднимается по ступеням, словно совершая какой-то ритуал. Он остановился рядом с троном, положив руку на подлокотник, выполненный в виде оскаленной драконьей головы.

— Я принимал военный совет. Генералы двигали фигурки по карте, а в моей голове... в моей голове была девчонка, которая плескалась в пене.

Я нервно сглотнула.

— Иллюзии... — произнёс он, поворачиваясь ко мне. Его силуэт на фоне огромных окон казался нечеловечески большим. — Они сводили меня с ума. Я хотел уничтожить тебя за них. А теперь... теперь я понимаю, что скучаю по ним.

Я не знала, что ответить. Я просто стояла и смотрела на него, на своего императора, на своего любовника, на своё проклятие и спасение.

— Ты помнишь танец с метлой, Эльза? — его голос стал ниже, бархатнее. В нём зазвучали те самые тёмные, опасные нотки, от которых у меня по спине пробегали мурашки.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Ты танцевала в моей голове, в чёрном корсете. И это почти сломало меня... почти. Потому что это была подделка.

Он спустился на одну ступень.

— А теперь, — его голос упал до обжигающего шёпота, который, казалось, проник мне под кожу, — станцуй для меня по-настоящему.

Я замерла. Здесь? В тронном зале? Перед символом его власти? Это было не просто кощунство. Это было безумие.

— Ваше величество... — пролепетала я, — здесь стража за дверью...

— Им никто не отдавал приказа входить, — отрезал он. — И они скорее умрут, чем ослушаются. Здесь только мы — я и ты. И твоя последняя трансляция для меня одного.

Это была просьба в которой было столько голода, столько отчаянной, накопленной за эти недели нужды, что я не могла отказать. Я понимала, что это — не просто прихоть. Это был ритуал. Он хотел заменить ту фальшивую, мучительную иллюзию, которая свела его с ума, настоящим, живым воспоминанием. Он хотел изгнать демона.

Я медленно, очень медленно кивнула.

На моих губах расцвела та самая улыбка, которую я оттачивала годами для своих подписчиков. Улыбка леди Элейн — дерзкая, порочная, обещающая все грехи мира.

— Как пожелаете... мой повелитель, — промурлыкала я.

Я начала медленно двигаться к нему, к подножию трона. Мои бёдра покачивались в такт музыке, которая звучала в моей голове. Шёлк моего платья шуршал по мраморному полу.

Я начала с украшений. Медленно, глядя ему прямо в глаза, я сняла с шеи рубиновое ожерелье. Оно было тяжёлым и холодным. Я положила его на первую ступень, как подношение древнему божеству.

Затем я сняла с запястья защитный амулет, который он дал мне. Щёлкнул замок, и я положила его рядом с ожерельем.

Я поднималась по ступеням, сбрасывая с себя всё, что делало меня его «фавориткой», я становилась собой — той самой Эльзой, которая умела сводить мужчин с ума одним взглядом.

Я остановилась на третьей ступени, прямо перед ним.

— Метлы у меня нет, — прошептала я, и мой шёпот эхом разнёсся по залу. — Но, думаю, трон подойдёт.

Я повернулась к нему спиной, давая доступ к шнуровке.

Я почувствовала, как он замер. А затем его руки, горячие, чуть дрожащие, легли мне на спину. Его пальцы принялись расшнуровывать моё платье. Медленно, мучительно медленно. Каждый освобождённый крючок был маленькой пыткой.

Когда шнуровка ослабла, я позволила тяжёлому шёлку соскользнуть с моих плеч. Платье упало к моим ногам бесформенной тёмной лужей.

Я осталась стоять перед ним в одном корсете, чулках и туфельках на высоких каблуках.

Я обернулась. Ричард смотрел на меня так, словно я была единственной женщиной в этом мире. Его дыхание сбилось. Я чувствовала, как его самообладание трещит по швам.

Я улыбнулась и повернулась к трону и положила руки на холодные, гладкие подлокотники из обсидиана. Оскаленные пасти драконов холодили мою кожу. Я начала танцевать.