Страница 25 из 68
Входная дверь открылась, но вошедшего человека скрывала стена коридора. Послышались шаги, затем женский голос произнёс моё имя.
Слова были знакомыми, интонация тоже, однако лицо говорившей не появилось. Она остановилась за пределами видимости, словно изображение не могло создать то, чего я боялась увидеть сильнее всего.
Я шагнула ближе.
— Кто там?
— Человек, который ищет тебя, — ответил Мерод. — В твоём мире заметили исчезновение. Там прошло меньше времени, чем здесь, но достаточно, чтобы твоя прежняя жизнь начала разрушаться.
Сайлас рванул руки. Один золотой обруч треснул.
— Закрой это.
— Нет, — сказала я.
Он повернул голову.
— Агата.
— Не смей решать за меня.
Сайлас замер.
Боль появилась в его взгляде раньше, чем он успел скрыть её.
— Я пытаюсь помешать ему использовать тебя.
— Для этого ты приказываешь мне отвернуться от единственного доказательства, что мой мир ещё существует?
— Это не доказательство.
— Для тебя.
— Для любого, кто понимает природу иллюзий.
— Ты не понимаешь мой мир.
— Зато понимаю Мерода.
Я подошла к световому окну. Ладонь прошла через сияние, не встретив стекла. В пальцах появилось ощущение прохладного воздуха, пахнущего дождём и мокрым асфальтом.
Сердце болезненно сжалось.
Запах был настоящим.
Или достаточно точным, чтобы разрушить все доводы.
— Что ты хочешь взамен? — спросила я.
Мерод опустил руку. Изображение моей комнаты осталось на стене.
— Всего одно действие, которое ты уже совершала.
— Казнить Сайласа.
— Завершить приговор правильно.
Сайлас разорвал первый обруч. Золотые осколки рассыпались и растаяли, не достигнув пола.
Мерод повернул кольцо, и второй обруч затянулся.
— Иллюзия больше не сработает, — продолжил он. — Общий знак изменил цепи. На следующем рассвете клинок будет направлен не на крепление, а на источник силы дракона. Если ты позволишь удару завершиться, петля получит достаточно энергии, чтобы открыть путь между мирами.
— А город?
— Останется существовать.
— Внутри повторяющегося дня?
— Петля больше не понадобится в прежнем виде.
— Ты уклоняешься.
— Я предлагаю тебе дом. Судьба Аурема не должна волновать женщину, которая оказалась здесь по чужой воле.
Я посмотрела на Сайласа.
Он стоял неподвижно, удерживая красное свечение под кожей. Если попытается разорвать второй обруч, Мерод затянет его сильнее.
— Ты знал, что его смерть может открыть дорогу? — спросила я.
— Знал, что Мерод попытается заставить тебя в это поверить.
— Я спросила другое.
Сайлас ответил не сразу.
— Сила дракона способна прорвать границу между мирами.
— Значит, это возможно.
— Цена будет выше, чем он говорит.
Мерод рассмеялся.
— Ты слышишь? Даже сейчас он не отрицает, что дорога существует. Он лишь требует, чтобы ты отказалась от неё ради его жизни.
— Хватит, — сказал Сайлас.
— Нет, — отрезала я. — Я хочу услышать всё.
— От него ты не услышишь правду.
— А от тебя? Ты рассказал о том, что твоя сила открывает границы, только когда Мерод произнёс это вслух.
— Потому что возможность разорвать границу не означает возможность безопасно вернуть тебя домой.
— Ты снова решаешь, какой риск я имею право принять.
— Я пытаюсь не позволить тебе шагнуть в ловушку.
— Разве ты не просил меня не решать за всех? Рута собиралась пожертвовать собой, а ты остановил её именно этими словами. Теперь сам поступаешь так же.
Сайлас отвернулся, словно я ударила точнее, чем намеревалась.
Мерод наблюдал за нами с удовлетворением.
Я увидела это и почувствовала злость уже на себя. Он хотел, чтобы мы спорили. Каждая фраза была выстроена для этого. Но понимание не отменяло вопроса.
Дорога могла существовать.
Я не имела права отказаться от неё лишь потому, что Мерод оказался человеком, предложившим выход.
— Как я узнаю, что после казни действительно вернусь? — спросила я.
— Никак, — ответил Сайлас.
— Я спрашивала не тебя.
Мерод коснулся светового окна.
Изображение изменилось.
Я увидела себя.
Не Руту Фальк с белым шрамом у виска, а Агату Зорину. Своё лицо, привычное до мелочей и уже успевшее стать чужим. Отражение стояло в моей комнате у окна, держало в руках ключи и смотрело прямо на меня.
Я забыла вдохнуть.
Женщина подняла руку. На её запястье не было золотых знаков.
— Я могу вернуть душу в прежнее тело, — сказал Мерод. — Оно ещё ждёт тебя на другой стороне.
— Откуда там моё тело?
— Переход не уничтожил его. Между мирами прошли мгновения.
— Ты говорил, там меня ищут.
— Люди ищут человека, который не проснулся.
Сайлас дёрнул обруч с такой силой, что золотые линии на стенах вспыхнули.
— Не слушай.
Я резко повернулась к нему.
— Почему?
— Потому что он меняет историю в каждом ответе.
— Или объясняет то, о чём я спрашиваю.
— Сначала твой мир продолжает жить после исчезновения, потом твоё тело лежит там и ждёт. Он показывает пустую комнату, хотя утверждает, что возле тебя находятся люди.
— Хватит! — повторила я. — Я сама способна заметить противоречия.
— Тогда замечай.
— Не приказывай мне!
Слова разошлись по комнате громче, чем я собиралась.
Сайлас замолчал.
Мерод опустил руку. Световое окно стало уже, но не исчезло. Моё прежнее лицо продолжало смотреть из дождливого мира.
— Я не требую ответа сейчас, — сказал правитель. — До нового рассвета у тебя есть время. Петля вернёт нас на площадь, каким бы ни оказался конец этого дня. Там ты выберешь.
— А если я откажусь?
— Продолжишь умирать вместе с городом, пока не забудешь, что когда-то была Агатой.
Он посмотрел на Сайласа.
— Или пока твой союзник не убедит тебя, что чужая жизнь лучше собственной.
Сайлас напрягся, но не ответил.
— Освободи его, — сказала я.
— Чтобы он снова повёл тебя по своим тайным проходам?
— Ты получил то, за чем пришёл. Предложение сделано.
Мерод провёл пальцем по кольцу. Золотой обруч на руках Сайласа раскрылся.
Он сразу шагнул ко мне, однако остановился, когда я подняла ладонь.
— Не надо.
Сайлас застыл.
Мерод заметил это и улыбнулся шире.