Избранная для Легионера

— Ты же действительно меня любишь? — спросил он тихо, и это был уже не допрос, а просьба о подтверждении самого важного в его рушащемся мире.

Она ничего не ответила. Просто встала на цыпочки и поцеловала его. Коротко, но искренне. Потом прильнула к нему и что-то прошептала. Я не расслышала, но увидела, как напряжение окончательно спадает с его плеч. Он обнял её, прижал к себе, спрятав лицо в её волосах.

«Да», — с облегчением подумала я. Рифту, вероятно, сейчас очень тяжело, он чувствует себя преданный всеми. И я уверена, что Лора сможет его поддержать — так же, как я, пусть и ненамеренно, повлияла на Корвела, она сможет повлиять и на решение Рифта. Всё у них будет хорошо.

Вот только один вопрос не давал покоя: если они теперь всё знают друг о друге, почему в том времени, из которого мы пришли, они вели себя так, будто ничего не помнят?

— Корвел, — сказал Рифт, высвобождаясь из объятий, но не отпуская руку Лоры. Он повернулся к нам. — Мне кажется, я уже знаю ответ. Но сейчас я его просто не могу озвучить. Я свяжусь чуть позже.

— Хорошо, Рифт, — кивнул Корвел. — Тем более, мне нужно будет уточнить некоторые моменты. И они важны.

Рифт больше ничего не сказал. Он лишь коротко кивнул, крепче сжал руку Лоры и вывел её из мастерской.

— Ну, наконец-то это всё закончилось! — громко вздохнула Элирия, разваливаясь на своём ящике. — А то мне стало так отвратно от всей этой слюнявой драмы, что я уже подумывала начать избивать спящего недотёпу, чтобы развеяться. Она лениво пнула ногой в бок бесчувственного Бона.

— А как по мне, то этот момент прекрасен, — сказала Зири. До этого она молчала так тихо, что я почти забыла о её присутствии. Она вытирала слёзы крошечным платочком, и её фиолетовые глаза сияли умилением. Не ожидала от неё такой чувствительности.

— Корвел, — позвала я, подходя к нему.

Он посмотрел на меня, и на его лице расплылась самая искренняя, лёгкая улыбка, на какую он только был способен. Он тоже был невероятно рад, что всё обошлось. Я знала, что у него был и другой, менее приятный план на случай, если Рифт воспротивился бы окончательно. Тот план включал давление и угрозы расправой над Лорой. Но всё закончилось хорошо. Это было настоящее чудо.

— Корвел, ответь, что ты ему передал? — спросила я, вспомнив про ту загадочную капсулу.

— Одна из моих разработок, о которой Рифт тоже знает, — вместо Корвела ответила Зири, пряча платочек. — С помощью этой маленькой «таблетки» можно стереть из памяти последние несколько дней. Что нам, собственно, и нужно.

— Не поняла, — сказала я, чувствуя, как в голове складывается пазл, но не хватает последних деталей.

— Рифт убедился, что Лора его не предаст и любит по-настоящему, — пояснил Корвел. — Но в то же время, для хода истории, она не должна помнить этот разговор. Поэтому капсула изначально предназначалась для неё. А если бы всё пошло по плохому сценарию… — он сделал многозначительную паузу, — …то для Рифта.

— Поняла. Значит, она забудет об этом всём. — сказала я.

— Да. И потому, как должна раскрываться история, она ничего не должна помнить, — подтвердил Корвел. — Иначе она никогда не приведёт тебя к тому зданию, где шли переговоры.

— Но Рифт-то помнит! — воскликнула я. — Он же может просто отказаться идти, если она начнёт его уговаривать.

— Поэтому я дал ему передатчик, — улыбнулся Корвел. — И не только для того, чтобы услышать окончательный ответ. Но и чтобы рассказать, что ему нужно будет сделать.

— Что сделать? — не унималась я.

— Первое — чтобы он не сопротивлялся Лоре, когда она будет уговаривать его вести тебя к месту переговоров. А второе… — он широко улыбнулся.

— Что второе? — уже совсем в нетерпении выдохнула я.

— Тебя никогда не удивляло, — медленно начал он, — что человек, который про метки знает меньше нас, так усердно помогал нам «правильными» советами? Именно тогда, когда нам стало плохо, из-за чего, собственно, и произошёл наш первый раз? Откуда он мог знать, что именно нужно делать?

Тут до меня наконец дошло. А ведь действительно! Откуда Рифту было знать, как справиться с болью от метки, которую он сам не испытывал? И почему его советы были такими точными?

— Выходит… это мы же ему сами и рассказали, — прошептала я, поражённая простотой и изяществом этой временной петли.

— Именно, — кивнул Корвел. — А теперь нам нужно найти способ вернуться назад. Зири, ты же знаешь как?

— Не знаю, — простодушно ответила она, разводя руками.

Под её простым ответом мы с Корвелом синхронно опешили. Увидеть его в полном, неподдельном шоке — это было действительно редкое и почти смешное зрелище.

— Но, зная своего брата, могу сказать — можно не переживать, — быстро добавила Зири, видя наши лица. — Когда всё станет на свои места, он сам это сделает. Он же всегда присутствует, просто никогда не показывает себя. Так что, возможно, он вмешается только после того, как ты окончательно переговоришь с Рифтом.

Она помолчала, а затем её взгляд стал тёплым и серьёзным.

— И ещё, Корвел… Я рада. Рада, что эта шкатулка досталась именно тебе. И бесконечно рада, что такая девушка, как Катя, так вовремя появилась в твоей жизни, чтобы ты не совершил непоправимых ошибок. Спасибо вам обоим.

Корвел посмотрел на неё, потом на меня. Его улыбка смягчилась, став спокойной и глубокой.

— Не за что.