Страница 20 из 90
Глава 6
Город Самоцветов
– Мой отец – судья в Абу-Даби, – произнесла я по привычке, но теперь слова звучали фальшиво.
Знаете, когда ваш родитель оказывается королём джиннов, это уже слишком даже для самой безумной фантазии. Падар, словно сложный пазл, рассыпался на миллион мельчайших деталей, и я сомневаюсь, что когда-нибудь смогу собрать его воедино.
– Судья? Да брось, – сонно отозвался Идрис, устраиваясь на боку и зевая. – Я бы рассказал больше, но после спасения твоей жизни я просто валюсь с ног. Давай потом, а?
– Идрис, только попробуй уснуть… – Не успела я договорить, как услышала храп, звуки которого дополняли симфонию ветра. – Да ты издеваешься.
Я пнула его ногой, но он даже не шелохнулся. И правда вырубился. После таких откровений – и спать? Кто вообще так делает? Ну ничего, я ему это припомню, сниму-ка его пробуждение на камеру.
Я делала всё возможное: скакала по облаку, как на батуте, горланила песни во всё горло, но ничего не помогало. Минуло несколько часов, а Идрис продолжал безмятежно спать.
В конце концов, я просто легла на спину и стала всматриваться в ночную темноту. Над головой раскинулось небесное шоссе, а сияние звёзд было его разметкой, указывающей путь странникам. Время от времени мимо нас пролетали и другие облака с пассажирами. Зачарованная этим зрелищем, я приветственно махала им рукой, но все как будто были погружены в свои дела и не замечали меня. Чтобы хоть как-то отвлечься и занять себя, я взяла планшет и начала рисовать, но одна мысль не давала мне покоя: «Мой отец… король джиннов».
Вот это история. Уже не терпелось рассказать её Мадар и Биби. Когда я встречусь с другими королями джиннов и верну папу, у меня наконец-то будут доказательства, что все эти рассказы про волшебных существ не плод моего воображения и мир действительно наполнен магией.
«Разве что они сами давно об этом знают», – раздался в голове шёпот, похожий на жужжание.
Я подскочила, испугавшись. Снова этот голос!
– Кто ты такой и что тебе от меня надо?
Идрис спал, и спросить про этот голос было не у кого. А раз поблизости нет теневых джиннов, значит, голос не мог принадлежать им.
– Это ты? – спросила я, уставившись на кольцо.
Голубой камень чуть ярче заблестел, но по-прежнему хранил молчание.
– Мама не станет мне врать! Никогда! Ты же слышало: все думают, что все эти истории – выдумки. Просто
сказки
.
Кольцо продолжало лишь едва поблёскивать, но меня не покидало ощущение, что оно мне молча
улыбается
.
– Прекрати играть со мной. Это совсем не смешно.
Я крепче прижала к себе рюкзак и глубже нырнула в облако. Я живо представила лица Мадар и Биби, когда они услышат правду. Они точно обалдеют! Скорее бы вернуться и рассказать им всё об отце и джиннах, и тогда мы снова будем не разлей вода. Но зачем тянуть до возвращения? Я могу всё рассказать прямо сейчас. С этой мыслью я схватила телефон и принялась строчить сообщение Арзу.
ФАРАХ: Тебе повезло, что у тебя нет денег.
ФАРАХ: Потому что ты однозначно проиграла наше пари!
Я отправила ей селфи со спящим Идрисом и небесными просторами на фоне.
ФАРАХ: Теперь-то веришь?
Пока я смотрела на значок «отправляется», я почувствовала, как у меня начали слипаться глаза, и я постепенно провалилась в сон.
– Эй! Подъём! Проснись и пой, принцесса! Пора вставать!
Что-то острое кольнуло меня в бок, и я машинально отмахнулась.
– Мне ко второму уроку, – пробормотала я и ударила рукой по будильнику.
– За что? – Идрис потирал щёку и смотрел на меня такими глазами, будто я только что разрушила его жизнь.
– Ой, ошиблась, не будильник.
Я спросонья протёрла глаза и задрожала от холода.
– Что-то тут зябко. У этого облака случайно нет системы подогрева?
– Ты даже не извинишься?
– С какой стати?
Я торопливо расстегнула сумку и принялась искать свитер.
– С какой стати? А как же это? – Идрис тыкал пальцем в свою покрасневшую щёку.
– А, ну да. – Я выудила из сумки самый тёплый свитер и тут же натянула его на себя, чувствуя, как тепло приятной волной разливается по всему телу. – Но, знаешь, нечего было меня будить.
– Ага, и жизнь тебе спасать тоже не стоило, – проворчал он, глядя вдаль. – Хотя как будто у меня был выбор, – добавил он уже тихо себе под нос.
Солнце окрасило небо в розовые тона, и сквозь море зеленоватых кучевых облаков выплыл горный хребет, сотканный из ярчайших изумрудно-зелёных самоцветов, каких я никогда прежде не видела. На секунду у меня перехватило дыхание.
– Где мы?
– Дома, – с облегчением выдохнул Идрис и выпрямился. – Наконец-то я вернулся.
Казалось, он готов расплакаться. Наше облако замедлилось, и я заметила, что небесное шоссе здесь намного оживлённее. Но вместо того, чтобы, как остальные облака с пассажирами, проследовать через главные ворота в гору, Идрис вдруг полетел куда-то под неё. Но зачем?
– Идрис… может, нам надо было повернуть раньше?
Я обернулась, и в этот самый миг над нами пролетела чья-то огромная тень, подозрительно напоминающая…
– Это симург? – крикнула я, вскочив на ноги, чтобы лучше его разглядеть. – Настоящий феникс из персидских легенд…
– Тише ты! Это просто дракон. Не кричи. Симурги днём не летают. – Идрис закрыл руками мне рот, настороженно оглядываясь. – Можешь хоть минуту не привлекать к себе внимание?
Он вдруг стал необычайно серьёзным, каким я до этого его ещё не видела. Я тут же замолчала.
– В чём дело? – немного погодя спросила я, но он оставил мой вопрос без ответа, осторожно направляя облако под гору. Снизу она напоминала глыбу тёмного, необработанного изумруда, на вид очень твёрдого и прочного, и пахла как святая вода Замзам
[15]
[У мусульман святой считается вода из колодца Замзам в Мекке. Её обычно набирают паломники и привозят домой. Вода также может стать святой, если над ней прочитали молитвы из Корана.]
.
– А нельзя было, как все, через ворота?
– Так надо. – Идрис начал стучать по камням в горе, будто искал секретную кнопку. – В наших же интересах попасть в город через… этот проход. Просто на всякий случай.
Он снова постучал по камню, и на этот раз раздался щелчок. Идрис облегчённо выдохнул, когда прямо над нами появился узкий туннель, непроглядно тёмный и очень тесный.
– Я туда не полезу. Хоть я и не боюсь высоты, но я терпеть не могу находиться в замкнутом тёмном пространстве.