Страница 21 из 90
– Как хочешь. – Идрис подпрыгнул, встал на торчащую из камня маленькую ступеньку и начал карабкаться вверх. – Но знай: когда я поднимусь, я верну облако, на котором ты стоишь, обратно в ручку.
– Ты не посмеешь.
– Ну, посмотрим! – Его голос становился всё глуше по мере того, как он лез вверх.
Я крепко сжала кулаки, набрала полную грудь воздуха и заставила себя взглянуть на этот тёмный проход.
«Ладно, Фарра. Представь, что это лестница. Вот и ступеньки. Да, это просто…»
И тут я почувствовала, что нога проваливается: облако, на котором я стояла, начало расползаться и таять.
– Ты просто невыносим! – раздражённо фыркнула я. Затем натянула на плечи рюкзак, подпрыгнула и успела ухватиться за последнюю ступеньку, торчащую из камня, а облако в этот момент совсем исчезло. – Я могла сорваться и разбиться!
Я пулей начала взбираться наверх, но не успела затормозить и врезалась головой в ботинки Идриса.
– Не разбилась же, – отозвался он сверху.
Идрис копошился, что-то раздвигая, и вдруг весь проход окутал свет. Сверху донёсся какой-то шум.
– Просто тебе нужен был небольшой пинок, чтобы перестать бояться.
Он выбрался из туннеля и подал мне руку.
– А если бы я упала?
– Поймал бы тебя облаком, чего непонятного-то, – произнёс он, закатывая глаза. – Всё ведь очевидно.
Я смотрела на него в недоумении, не веря, что позволила какому-то мальчишке так легко обвести себя вокруг пальца.
– В таких ситуациях вообще-то принято говорить «спасибо».
Идрис молчал, а потом вздохнул. Он замаскировал вход в туннель куском дёрна и притоптал его ногой. Вокруг нас я заметила что-то вроде маленького скверика: стеклянные скамейки и тропинка, ведущая на большую улицу.
– Ты вообще не знаешь, что такое вежливость? Ни «извини», ни «пожалуйста», ни «спасибо»! Тебе точно надо поработать над своими манерами. Особенно если собираешься просить о чём-то у королей джиннов.
Точно. Мы же прибыли сюда ради встречи с королями джиннов. Внутри меня всё сжалось, когда я вспомнила события прошлой ночи и наш с Идрисом разговор.
Он подошёл и тяжело плюхнулся на стеклянную скамейку; видно, что он чем-то очень обеспокоен.
– И что… как уговорим их помочь? – спросила я.
– Есть план. Но сначала давай немного посидим и напитаемся запахом этих ягодных кустов.
Чтобы окончательно добить меня, Идрис сломал несколько веток возле скамьи и начал тереть ими подмышки.
– Слушай, прежде чем мы туда сунемся, ты должна кое-что узнать.
Он кивнул в сторону шумной улицы. Сквозь листву проглядывали огромные небоскрёбы.
– Терпеть не могу сюрпризы. – Я отодвинулась на другой конец скамейки. – Нет, спасибо, этими ветками я натираться не буду.
– А ты думаешь, я в восторге от того, что должен тебе всё объяснять? – спросил Идрис и закачал головой; волосы лезли ему в глаза. – Да мне и самому это всё не по душе. Я даже не знаю, сколько времени прошло, так что, возможно, всё, что я помню, уже неправда. Но, судя по твоим знаниям о мире джиннов…
И тут в его взгляде появилась такая тоска, что мне стало не по себе.
– Выкладывай, не тяни.
– Твой отец не просто один из королей джиннов. Он судья Верховного суда и правитель королевства Юпитера. Но, несмотря на такое высокое положение, в мире джиннов существуют правила, которые должны соблюдать абсолютно все, – начал он. – В том числе и короли.
Идрис пристально смотрел на меня.
Правила.
Хоть что-то знакомое. Это точно в стиле Падара. Я ждала, когда Идрис продолжит рассказ, но он глядел на меня так, будто я сама должна понять, что он имел в виду.
– Что за правила?
– Одно из них гласит, что джиннам не разрешено водить дружбу со смертными, то есть с людьми. – Он опять замолк и ждал, пока я осмыслю сказанное. – Это табу, а значит, рождение полукровок-джиннов – прямое
нарушение
правил.
– Вот как.
От удивления я не знала, что сказать, и чувствовала, как внутри всё переворачивается.
– То есть… мне нельзя здесь находиться?
– Тебе вообще нельзя
существовать,
– поправил Идрис. – По крайней мере, так постановили… Какой сейчас год?
Я назвала год.
– Да… значит, так постановили около ста лет назад, – тихо произнёс он.
– То есть ты хочешь сказать, что мой отец, любитель слова «уроки» и ярый приверженец фразы «так положено», который вечно учит жить по правилам, сам же их больше всех и нарушает? – В животе у меня всё сжалось. К глазам подступили слёзы. – Если мне здесь не место, то зачем ты меня вообще сюда притащил? Разве ты, как и все здешние жители, не считаешь, что меня не должно существовать?
– Потому что уговор есть уговор, и я перед тобой в долгу. – Идрис, словно очнувшись от своей мрачной задумчивости, протянул мне ветку с ягодами. – И вообще, я не говорил, что у меня есть какие-то претензии к полукровкам. Так что если хочешь успеть к королям до того, как у Верховного суда начнётся столпотворение, то избавься от своего человеческого запаха – и вперёд.
– Жду не дождусь. – Я побледнела при мысли о том, что мне придётся предстать перед шестью королями-джиннами.
– Это не так страшно, как кажется, – пытался успокоить меня Идрис. – Ты готова?
Нет, но я нашла в себе силы подняться со скамейки, когда вспомнила, как Мадар всегда говорила: «У тебя всё получится».
– Идём.
Мы спешно вышли из маленького сквера на залитый солнцем тротуар. Яркий свет бил в глаза, и из-за этого я врезалась во что-то очень твёрдое.
– Смотри, куда прёшь, – проворчал огромный джинн с зазубренными крыльями, аккуратно сложенными под полой куртки. – Боже, откуда этот запах человечины? Воняет гнилой капустой.
Он поморщил нос и несколько раз потёр ушибленный бок, прежде чем войти в сквер. Я понюхала подмышку.
– Я не пахну капустой, – пробормотала я, пытаясь не отставать от Идриса.
– Говорил же тебе потереться веткой, – произнёс он и замедлил шаг, когда тротуар наводнили джинны. – Добро пожаловать в город Самоцветов, столицу гор Каф.
Он вывел меня из парковой зоны, и я в восхищении замерла. Вокруг возвышались сверкающие здания из цветного стекла и изумруда. Кажется, будто кто-то вырезал кусок земли и воздвиг на его месте город прямо в сердце изумрудных гор. Это… самое красивое место, которое я когда-либо видела в своей жизни.