Страница 52 из 142
Поезд, который должен был ехать по прямой, остановился и вдруг, нарушая законы гравитации (хотя какие в срединном мире законы!), начал подниматься к небу. При этом вагоны поезда, находящиеся в хвосте, образовали полукруг, а голова локомотива поднялась кверху и свесилась, напоминая огромную кобру, готовящуюся к атаке.
При этом лязг и грохот стояли такие, что Дэн заткнул уши.
А потом все стихло. В полной тишине кто-то словно постучал пальцем по включенному микрофону, и над окрестностями разлился скрипучий голос.
– Дорогие пассажиры, вы прибыли на конечную станцию. Эта станция для вас конечная по той простой причине, что вы никогда больше не попадете ни на какую другую…
Дэн не мог пошевелиться. Может, потому что узнал голос. Это говорил он, фокусник Чингиз Черницкий, по совместительству машинист чудовищного поезда, нависшего над ними, и их клиент.
– Студент, – сказал голос, но на этот раз не слышалось шороха динамиков. – Ничего личного. Ты просто был подходящим инструментом.
– Что… «Что ты делаешь?» – спросил Дэн, таращась на раскачивающийся колосс железнодорожного состава.
– Заметаю следы.
– Какие?! Какие следы? Мы же хотим тебе помочь!
– Вы уже помогли. Два наивных мягкотелых болвана. И я на самом деле вам благодарен! Вы открыли мне дверь. За это я не убью вас прямо сейчас. Спрячу в самые глубокие подземелья страны сновидений. Вдруг мне еще понадобятся ваши знания…
Дэн схватился за виски. Какая дверь? Какие подземелья?
– Зачем тебе нас трогать? Мы вернем Нору, я обещаю…
Лобовое стекло локомотива откинулось, как забрало на рыцарском шлеме, голова змеи медленно опустилась вниз, к земле. Из кабины выпрыгнул Чингиз.
Лучезарно улыбаясь, он шел навстречу Дэну. И совсем иными стали его глаза, как тогда, в гостиной, – глаза хищника, охотника.
– Ты так ничего и не понял? – умиленно сказал он и добавил жестко: – Сдалась мне ваша Нора! Она мне давно не интересна…
У Дэна перехватило дыхание. Он снова поглядел на профессора, лежащего без движения.
Фокусник щелкнул пальцами и покосился на поезд:
– Тузик! Взять!
Локомотив вдруг раскрыл пасть и ринулся вперед. В один миг тело Нестора исчезло в черной глотке.
– Не смей! – заорал Дэн и выхватил из-за пояса Рудианос.
«Остановись у его горла!» – мысленно приказал парень.
Нож не двинулся. Он не вылетел из его руки пулей, как бывало на тренировках, остался в руке мертвым грузом.
– Хочешь на меня напасть? С этим? – Фокусник рассмеялся. – Он тебе больше не принадлежит.
Черницкий вытянул руку, и нож мгновенно перелетел к нему.
Дэн тупо уставился на свою опустевшую ладонь. В его памяти промелькнул тот день на набережной. Фокусник тогда в шутку похитил Рудианос. Возможно, в тот миг он намеренно оцарапал себя. И тем самым заключил с Рудианосом новый контракт. Кто же это? Кто такой Чингиз Черницкий? И откуда он знал о ноже?
– Предлагаю тебе добровольно влезть в пасть моего Тузика, – предложил клиент.
– А вот это видел? – спросил Дэн буднично, указывая ему за плечо.
Фокусник обернулся, и в этот момент в него на полном ходу врезался Гермес. Черницкий, сбитый самокатом, полетел вперед, на землю.
Дэн махнул самокату рукой и кинулся к Посоху Перемещений.
– Не волнуйся, командир! Я прикрою… – заорал Гермес, и в ту же секунду голос его оборвался.
Парень обернулся и увидел разлетевшиеся в небе искры, а после вспышки – две падающие части рамы: на одной – руль, на другой – колеса. В воздухе повис жалобный стон и резко стих.
– Гермес… – беззвучно произнесли губы Дэна. Руки, державшие посох, будто онемели. Дэн видел, как фокусник поднимается, как взмахивает рукой, отдавая новую команду Рудианосу.
«Нужно найти кнопку, всего лишь найти кнопку». И он нашел ее, но ровно в тот момент, как должен был нажать, что-то снова сверкнуло в воздухе. Дэн инстинктивно прикрылся и почувствовал, как посох ломается в его руках надвое. Нож отскочил и совершил дугу, чтобы вернуться на второй заход, а Дэн так и сидел на земле с двумя кусками бесполезного посоха, глядя, как приближается его смерть.
Вот Рудианос описал дугу и, блестя острием, ринулся прямо ему в грудь.
Дэн зажурился. Ну конечно! Чтобы перенестись обратно, иногда нужно только зажмуриться, и он проснется!
Что-то звякнуло.
Дэн открыл глаза. Никуда он не перенесся. Все та же железная дорога. Все тот же разрушенный дом и замерший «змеиный» состав. Черницкий будто удерживал его тут.
Однако где фокусник? Дэн поднялся. Первое, что он увидел, – Рудианос, лежащий неподвижно на шпалах всего в паре шагов от него.
Второе – лежащего на пригорке Чингиза Черницкого. Чуть выше – знакомую женскую фигуру со скалкой.
– Аврора?! Что ты здесь делаешь?!
– Нет времени, Младший! – пропыхтела она. – Ну-ка, марш отсюда!
Дэн вскочил.
– Что? Нет! Я не брошу тебя и профессора!
– Быстрее, болван! Нестор это предвидел! Беги к месяцу. А ну! Живо!
Дэн обернулся и действительно увидел у края неба горящий полумесяц.
Черницкий зашевелился, и нож на земле тоже задрожал, поднимаясь в воздух.
– А может, – негромко сказала Аврора, – все сейчас и закончить?
Она двинулась к фокуснику, поднимая скалку, и в этот момент поезд с легкостью настоящей змеи бросился на нее, разевая пасть.
– Аврора!
Ее тучная фигура с поднятой рукой исчезла в темноте глотки столь же быстро, как до этого профессор. Черницкий застонал и поднялся, держась за голову.
– Как вы мне надоели… Бюро неудачников…
Морщась, он указал в сторону Дэна.
Поезд повернул голову-локомотив, и студента обдало светом из прожектора.
– Взять! – взвизгнул фокусник.
Парень развернулся и побежал. Полумесяц призывно блистал на горизонте. Но как же далеко он был!
Дэн слышал сзади чудовищный нарастающий лязг разворачивающегося состава. Он бежал, и ему казалось, что месяц тоже летит к нему навстречу.
Гул за спиной нарастал. Вот уже слышно, как разевается стальная пасть.
Дэн протянул руку и вдруг впечатался ладонью в твердую, плоскую стену – едва не переломал пальцы.
Он тут же разглядел облезшие фотообои с облаками на бутафорском небосклоне. На стене висел детский светильник в виде полумесяца. Не зная, что делает, Дэн дернул за свисающий шнур. Месяц не погас – вспыхнул ярче.
Глава шестая
Неприятные факты
Парень очнулся оттого, что его трясли за плечи и светили в глаза прожектором.