Страница 54 из 84
Дверь из цельного массива дуба с электронным замком шестого класса взломостойкости не стала преградой. Нико приложил ладонь к щели между полотном и косяком: тонкая воздушная струя, спрессованная до плотности стального щупа, вошла в запорный механизм, аккуратно отодвинула ригели и мягко щелкнула язычком замка.
В кабинете директора филиала пахло дорогой кожей, коньяком и кубинским табаком.
Обстановка кричала о провинциальном представлении о богатстве: массивный стол из мореного дуба, тяжелые кожаные диваны, на стенах — коллекционное холодное оружие в застекленных витринах и пафосные портреты основателей фонда «Апекс».
Но Нико интересовали не картины.
Взгляд «Ока Бездны» сразу зацепился за стену за креслом директора. Под фальшивой деревянной панелью, закрытой огромным полотном с изображением охоты на кабана, скрывался тяжелый встраиваемый сейф швейцарского производства. Бронированная дверца толщиной в ладонь, многослойная композитная броня с керамическими вставками против сверления и сложнейший кодовый замок с дисковой механикой.
— Ну и саркофаг, — Нико отодвинул картину в сторону, обнажив матовую стальную плиту сейфа.
— О, признай, это классика жанра! — раздался из темноты угла знакомый, елейный голос.
Малик де Сад сидел прямо на полированной столешнице директорского стола, закинув ногу на ногу и листая тяжелую золотую зажигалку. Демон с интересом разглядывал сейф сквозь прорези своей маски:
— Кодовая комбинация на шесть дисков, защита от термического прожига, ригели из закаленного титана… Красовский явно заботится о сохранности своих мелких провинциальных секретов. Будешь ковырять отмычкой до второго пришествия, рыжий. Хочешь, я продам тебе универсальный инфернальный резак? Всего восемьдесят очков — и эта консервная банка лопнет по швам.
— Обойдусь без кредитов, ростовщик, — Нико усмехнулся, стягивая правую перчатку.
Юноша прижал голую ладонь к стальной плите сейфа прямо в районе замочной скважины.
Внутренние каналы руки зазвенели от напряжения. «Бритва Зефира» ожила, но на сей раз Нико не стал формировать широкое лезвие. Он вдавил эфир в металл тончайшими, микроскопическими волокнами сжатого воздуха толщиной в несколько молекул.
Воздушные иглы зазмеились сквозь зазоры запорного механизма. Нико кожей, нервами и слухом чувствовал каждый диск, каждую пружину и каждый стопор внутри стального монолита. Легкий импульс кинетической волны повернул первый диск… второй… четвертый…
А затем парень резко подал в каналы порцию энтропийного давления.
Внутри замка беззвучно, словно кусок подтаявшего масла, срезало опорные каленые пальцы ригельной системы. Раздался глухой, едва слышный щелчок, и тяжелая бронированная дверь весом в два центнера плавно, на удивление легко подалась вперед, приоткрываясь на пару сантиметров.
— Варвар с отмычкой из сквозняка, — с легким разочарованием хмыкнул Малик, пряча зажигалку в карман фрака. — Никакого уважения к швейцарским часовщикам.
Нико распахнул дверцу сейфа настежь.
Внутри лежало то, ради чего стоило затевать весь этот ночной рейд.
На верхней полке ровной стопкой лежали пластиковые папки с грифом строгой конфиденциальности. Нико перелистал первые страницы: документы на отчуждение исторического здания училища искусств, фальсифицированные акты аварийности фундамента, долговые расписки от имени дирекции и самое главное — толстый блокнот в кожаном переплете.
В блокноте ровным, убористым почерком полковника Зубова были зафиксированы фамилии чиновников городской администрации, судей арбитража, начальников районных отделов милиции с суммами взяток, датами выплат и номерами закрытых офшорных счетов. Полная финансовая анатомия рейдерского спрута, готовая отправить всю верхушку местного криминалитета и власти на нары при первой же грамотной подаче.
Парень сгреб бумаги во внутренний пространственный карман ветровки.
Но главное сокровище ждало его на нижней полке.
Там, в глубокой нише, стоял небольшой свинцовый кейс с массивными защелками. Нико откинул замки и снял тяжелую крышку.
На черном бархатном ложементе, мягко мерцая холодным ультрафиолетовым светом, лежали три граненых кристалла. Они были размером с грецкий орех каждый, с неровными, словно оплавленными гранями, внутри которых медленно кружились сиреневые галактические спирали.
Малые Кристаллы Искажения. Чистейшая пространственная эссенция, выкачанная псами Вадима из свежих микро-разломов в глухих углах области.
От камней исходил такой плотный, пьянящий запах горного озона и ледяного первородного эфира, что у Нико перехватило дыхание.
— Ого, — оживился де Сад, подавшись вперед и жадно вглядываясь в камни сквозь прорези маски. — А вот это уже приличная добыча. Наш банковский червь умеет собирать крохи со стола вечности. Будешь мариновать их в банке или пустишь в дело прямо сейчас?
— В этом мире выживают только быстрые, — Нико не колебался ни секунды.
Парень взял первый кристалл голой рукой. Камень обжег пальцы сухим, космическим холодом. Нико поднес кристалл к груди, прижал к солнечному сплетению и с силой сжал кулак, вливая в структуру минерала встречный кинетический импульс.
Кристалл лопнул с хрустальным перезвоном.
Ослепительная волна фиолетовой энергии хлынула сквозь кожу прямо в энергетический каркас юноши. Следом Нико раздавил второй, затем третий камень, не давая эфиру рассеяться в окружающее пространство ни на йоту.
Ощущение было диким, на грани экстаза и невыносимого внутреннего пожара.
Концентрированная пространственная материя трех кристаллов ударила по меридианам второго ранга подобно гидравлическому удару. Каналы внутри тела загудели, натягиваясь, как корабельные тросы под штормовым ветром. Места прежних спаек и микротрещин, оставшихся после лесного боя с Альфой, мгновенно выжигались и заполнялись новой, кристально чистой проводящей структурой. Резервуар в солнечном сплетении расширялся толчками, вбирая в себя сырую силу и сплавляя ее с темным демоническим ветром.
Стенки источника уплотнились, наливаясь тяжелой, базальтовой прочностью. Объем доступной маны подскочил еще на добрую треть, приблизившись к верхнему порогу стабильности второго круга.
В правом углу зрения воздух привычно взорвался каскадом рубиновых системных сообщений, сопровождаемых тонким звоном серебряных колокольчиков: