Страница 3 из 84
«Неужели все это правда вернется? — мелькнула шальная мысль, в которой страх внезапно смешался с каким-то юношеским, отчаянным восторгом. — Никаких советов гильдий, никаких отчетов о павших гарнизонах… Только нищета, вечная молодость и абсолютная свобода».
Вдруг хаос временного потока замер. Не остановился, а именно завис, словно кадр на разбитом кинескопе.
По всем канонам арканного искусства в этот момент должна была включиться базовая матрица спасения — нейтральный, бесстрастный голос древней Системы, вещающий холодными формулировками о координатах переноса и проценте уцелевшей маны. Нико ждал знакомого перезвона хрустальных сфер и сухого отчета в синих рунах.
Вместо этого пространство перед его мысленным взором с оглушительным треском разорвалось снопом багровых и ядовито-золотых искр, пахнущих жженым шелком, серным порохом и дорогим табаком.
А затем тьму разорвал утробный, раскатистый и до неприличия живой смех.
— Ну надо же, какая драма! Какая экспрессия! Сколько надрыва в этих серебряных глазах, я сейчас просто расплачусь от умиления! — протянул бархатный, насмешливый голос с легким театральным акцентом, в котором сквозила бездна ленивого высокомерия.
Из клубящейся багровой взвеси прямо посреди пространственного ничто соткалась фигура. Никаких геометрических табличек или сияющих кристаллов. В пустоте вальяжно стоял высокий худощавый мужчина в безупречно скроенном темном смокинге с кроваво-красной шелковой подкладкой. На его плечах небрежно висела измерительная лента портного, сотканная из пылающих рун энтропии, в длинных тонких пальцах с черными хитиновыми когтями вертелись тяжелые серебряные ножницы, а лицо скрывала маска из застывшего дыма, сквозь прорези которой мерцали два уголька инфернального огня.
— Ты еще что за черт из табакерки? — огрызнулся Нико, пытаясь нащупать остатки своей воли и придать духовному телу боевую форму. Получилось жалко: вместо разящего клинка ветра с его призрачных ладоней сорвался лишь слабый теплый сквозняк.
— Попрошу без банальностей, мой юный полумертвый друг, — щелкнул ножницами незнакомец, грациозно склонив голову набок. — Черт — это вульгарно, немодно и пахнет дешевым деревенским фольклором. Зови меня Малик. Малик де Сад. Твой персональный стилист, куратор этой восхитительной катастрофы и по совместительству единственный разумный голос в той помойке, которую вы привыкли называть Системой.
— Ты перехватил интерфейс? — Нико нахмурился, чувствуя, как сущность демона легко прошивает остатки его ментальных барьеров.
— Перехватил? Ха! Я его спас от вашей занудной бюрократии! — Малик театрально взмахнул ножницами, срезая прямо из воздуха кусок пространственной ткани и превращая его в дымящийся окурок тонкой сигареты. — Вы, двадцать восемь напыщенных идиотов, умудрились сломать хроносферу в тридцати трех местах одновременно. Вы залили священный алтарь требухой монстров Бездны и искренне надеялись тихонечко отмотать часики назад и попить чайку в прошлом? Какая наивность! Вы притащили сюда такую дозу энтропии, что старый интерфейс просто захлебнулся собственными соплями. Пришлось мне взять управление этим балаганом в свои изящные руки.
— И что теперь? — процедил маг, чувствуя, как время вокруг снова начинает неумолимо ускорять свой бег. — Ты заберешь наши души?
— Фу, какая мерзость, зачем мне твоя потрепанная душа? Я похож на старьевщика? — Малик искренне поморщился, выпустив под потолок кольцо сиреневого дыма. — Вы устроили лучшее шоу за последние три тысячи лет! Двадцать восемь древних монстров в телах сопливых юнцов за пятьдесят лет до начала официального светопреставления! Да еще и с хвостом из голодных тварей, которые уже расползаются по подворотням вашего милого, наивного прошлого. Мир обречен сгореть значительно раньше графика, мой дорогой Нико. И я не собираюсь пропускать первый ряд в этом театре абсурда.
Пространство вокруг них задрожало. Лиловые стены тоннеля начали истончаться, сквозь них уже проступали очертания реального физического мира: обшарпанные стены, тусклый свет пыльного окна, унылый осенний пейзаж за стеклом.
Гравитация, спавшая все это время, внезапно проснулась и с дикой силой ухватила дух Нико за шкирку, потянув вниз, к материальной тверди.
— Погоди, де Сад! — крикнул рыжий маг, ощущая, как его сознание сминают в комок и силой заталкивают в узкое, душное человеческое тело. — А мои силы?! Мой резерв?!
— Силы? — Демонический портной звонко расхохотался, растворяясь в клубах багрового дыма и махая рукой на прощание. — Твои силы остались в твоих прекрасных воспоминаниях, владыка сквозняков! Скажи спасибо, что я подобрал тебе отличный гардеробчик на первое время, иначе ты сдох бы от сквозняка в первой же луже! А теперь — занавес открывается!
Удар был такой силы, словно Нико сбросили с километровой высоты на бетонную плиту. Воздух с хрипом вышибло из легких, на плечи навалилась свинцовая, неподъемная тяжесть земного тяготения, а в ушах, заглушая звон лопнувших сосудов, прозвучал последний издевательский шепот куратора:
— Удачной посадки в мясо, ваше ветреное сиятельство. Не разбейте фарфоровый носик.
Тьма сомкнулась, пахнущая сырой штукатуркой, застарелым табачным перегаром и чужой, пугающе живой болью во всем теле.