Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 20 из 154

Дэн почувствовал, как жара выжала из него все соки, голова закружилась, во рту пересохло.

– Это мой отец, – негромко сказал он.

Нестор не сразу ответил. Только снова протер пенсне и поднялся.

– Дело несколько серьезней, чем я думал. Нам пора, Дэн. Идем.

Парень высказал опасение, что тень может находиться сразу у выхода из парной, но профессор почему-то проигнорировал эту версию. Чуть позже Дэн понял почему.

Тень видела, как они с профессором вошли вовнутрь, а значит, не осмелилась напасть в открытую или подозревала о ловушке.

«Что, если мы связаны настолько, – подумал Дэн, – что тень знает все мои мысли наперед?»

Но подтвердить догадку было нечем.

Наскоро натянув одежду на распаренное тело, они осторожно двинулись к выходу.

Самокат, дожидавшийся у дверей, завопил:

– Только не говори, что мне нужно будет везти вас обоих! Я не смогу везти этого!

– Везти «этого» не придется, – сказал профессор, внимательно глядя на диковинную вещицу, и, повернувшись к студенту, шепнул. – Я пройду через двор. А ты езжай прямо к моему дому.

И добавил уже громко.

– Мне все равно, что вы просите моей помощи, сударь! Я и так уже из-за вас рискнул жизнью и репутацией! Сейчас у меня полно дел! Если у вас действительно что-то важное, ожидайте меня в холле! Я вернусь через час.

С этими словами Нестор развернулся и пошел в обратном направлении от своего дома, чтобы в ближайшей подворотне свернуть назад.

Дэну этот спектакль показался чересчур наигранным. Но, может быть, тень и купится?

Он вскочил на Гермеса.

– Трогай, – велел он самокату. И Гермес полетел по Мытнинской.

Дверь в дом профессора была не заперта. И, судя по мокрым отпечаткам ботинок, Нестор уже зашел внутрь. Дэн понадеялся, что тень этой детали не заметит. В конце концов, она ведь недавно в их мире. Он специально замешкался в холле, делая вид, что пытается открыть дверь в лабораторию.

Когда в проем скользнуло что-то темное и переместилось на потолок, Дэн, чувствуя, как поднялись волоски на распаренной коже, толкнул дверь и вошел в лабораторию.

Получилось. Тень купилась на такой дешевый трюк. Правда, вот что странно – она подкрадывалась незаметно, не хотела, как прежде, нападать напрямую.

Дэн миновал лабораторию. Поднялся по винтовой лестнице. Сердце ухало в груди, отдаваясь в каждом шаге. Ноги казались тяжелыми. Дэн считал ступеньку за ступенькой. Вот уже гостиная. Вот новый виток, ведущий на кухню. Еще пролет, и он окажется у комнаты, заполненной светом.

Нужно только сделать все так, как велел профессор. Дэн зайдет в комнату. Тень за ним. Он пройдет ее насквозь, выйдет в заднюю дверь и закроет замок. Вот и все. Проще простого.

Вот и белая кухня. Еще виток лестницы. Что, если тень не следует за ним? Или уже догнала, дышит в затылок? Дэн резко обернулся.

Пустота.

Он прислушался. И в полной тишине, прерываемой только тиканьем старинных часов, различил мягкие, хлюпающие шаги. Все в нем похолодело от этой поступи. И сомнений не осталось – тень следует за ним по пятам. Она хочет убить его прямо сейчас.

Как Дэн ни держался, а остаток пути прошел заметно быстрее. И вот она: небольшая площадка, кресло, старая портьера, закрывшая окно (за ней, наверное, и прячется сейчас профессор), и дверь…

Из щелей бил яркий свет. На дверной ручке висели солнечные очки. Парень снял их и надел. Дэн выждал момент, собрал всю волю в кулак и остановился, держа ладонь на ручке. Тень должна приблизиться, вероятно, даже схватить его, и тогда он сможет ринуться вперед, в ярко освещенную комнату, увлекая ее за собой…

Дэн не дышал, ждал подходящего момента. Его взгляд уловил какое-то движение слева – в отражении старинного серебряного подноса, чуть прикрытого портьерой. Дэн не удивился, он был уверен: профессор специально поставил сюда поднос.

Теперь парень разглядел уродливую фигуру, карабкающуюся по лестнице, как паук. Фигура замерла, сжалась, готовясь к прыжку, и быстрее, чем Дэн мог среагировать, прыгнула…

Он успел лишь приоткрыть дверь. Холодные, как сосульки, пальцы впились в шею и плечи.

Дэн закричал от боли. Его будто заживо резали.

Он уже видел свет впереди, и ему ничего не оставалось, как толкнуть свое непослушное тело в комнату.

Дверь распахнулась. Дэн под весом тела тени – оказалось, она весит немало – полетел вперед, на живот, упал плашмя.

Тень заревела по-медвежьи, потом застонала как человек. Ледяная хватка ослабла.

Дэн из последних сил оттолкнулся, вскочил на ноги и бросился к задней двери. За спиной он услышал отчетливый щелчок – профессор повернул замок, и одна часть мышеловки захлопнулась.

Даже сквозь солнечные очки Дэн едва видел противоположный выход, так ярок был свет, бивший из ламп и прожекторов. Парень скользнул в проем и не удержался – обернулся…

…Не было никакой залитой светом комнаты. Не было тени. В проеме лишь виднелась часть освещенной единственной лампочкой прихожей.

Дэн увидел маму в переднике. Какой-то мужчина в красивом дорогом костюме и при галстуке доставал из чемоданчика коробку.

Дэн стоял, открыв рот, и смотрел. Важный господин в костюме обернулся.

Волосы у него были аккуратно зачесаны на боковой пробор, щеки и подбородок гладко выбриты. Даже отсюда, из комнаты, Дэн ощутил запах одеколона. Приятный такой, бодрящий аромат.

– Привет, Дениска! – сказал незнакомец. Его глаза были голубые и холодные, как у ледяного великана, но Дэна они сейчас завораживали. – Смотри, что я тебе принес…

Мужчина раскрыл коробку и извлек оттуда большого, с локоть величиной, трансформера. Красного, с золотыми вставками и поршнями. Такого, как Дэн видел в рекламе. И которого, он знал, никогда у него не будет.

Мать стояла за спиной господина в костюме. Она сплела руки поверх передника, перемазанного мукой, и улыбалась. Она была очень счастлива в этот момент. Его мама.

– Дениска, – сказала она. – Знакомься, Дениска. Это твой папа.

Мужчина улыбнулся и протянул ему трансформера. Дэн сунул руку в дверной проем…

– Дэн! – Громкий голос профессора разрезал воздух. – Закрывай дверь! Закрывай сейчас! Немедленно!

И тогда Дэн понял, что нет никакой прихожей. Нет ни господина в галстуке, ни его мамы. Только залитая слепящим светом комната и уродливая пузырчатая тень, которая бежит ему навстречу, протягивая пальцы-лезвия.