Страница 22 из 95
— Да ты охренел, что ли, сучёныш мелкий⁈ — завопил старик. — Ни в коем случае!
— Давай так, — я приподнял ладони. — Один предмет я выкуплю — компас. Я смогу его починить, если найду запчасти. Его я у тебя заберу за один талер. А второй возьму из совсем неликвида, за бесплатно. Как на это смотришь?
Старик задумался.
— Не забывай, я тебе жизнь спас, — напомнил я.
— Ой, да не говори ерунды, — махнул рукой он. — Какую жизнь, ты чего…
— Ну хоть совесть имей, старый пердун, — возмутился я. — Я тебе и так принёс бутылку самогона, ещё и талер сверху даю. Это не считая того, что задницу твою спас и помог поднять репутацию.
— Ладно, ладно, не ори, — поморщился старик. — Согласен. Забирай свой компас. А о каком это неликвиде ты говоришь? Уж у меня-то глаз намётан, поверь.
Я хмыкнул, зашёл и забрал наградной компас, после чего начал оглядываться.
— Давай вот это, — я схватил неплохо выглядящий чайник.
— Что? Нет, конечно! — возмутился он. — Этот чайник принадлежал правящей семье Червонной Империи!
Я с удивлением уставился на этого брехуна. Это какую наглость надо иметь, чтобы такую чушь выдумать⁈
— Нет-нет, оставь это, — старик отобрал чайник. — Ты сказал неликвид — бери неликвид.
Я вздохнул и начал копаться, откладывая вещи и спрашивая:
— Это неликвид?
— Нет!
— А это?
— Нет!
— Ты охренел⁈ — я зло посмотрел на старика и взял ту самую металлическую шкатулку с потайным дном. Уж она-то совсем выглядела убого. — Забираю этот хлам. На металл пущу.
— Забирай, — миролюбиво кивнул старик. — Ты и правда достоин большой награды.
Сунув шкатулку в карман, я пошёл на выход.
— Приходи в следующий раз, внучок, — добродушно сказал Валентин, провожая меня. — Я всегда рад тебя видеть, ты же знаешь. Ты мне как сын.
— Да-да, — я махнул рукой и ускорил шаг.
— Знаешь, у меня же нет внуков. Я вижу тебя — и вижу своего внука!
Я пошёл ещё быстрее и, едва не переходя на бег, вырвался из его лавки.
— Сын мой, возвращайся! — орал мне вслед этот старый тролль.
— А он смешной, — прокомментировала Шарлотта.
Всё время, пока старый пердун играл свой театр одного актёра, она где-то на фоне хихикала.
— Ага, смешной, — проворчал я. — Этот пень кого угодно до инфаркта может довести своим поведением.
— Вообще-то его жена и правда умерла от инфаркта, — вдруг сказала Шарлотта. — Я это слышала.
Я хмыкнул, скосил на неё глаза, но ничего не сказал и направился в сторону улицы Яшмы.
Этот поход к старьёвщику оказался крайне выгодным, хоть и отнял у меня кучу нервов. Я погладил карман, в котором лежала шкатулка с двойным дном. Очень хотелось заняться ею — сперва глянуть, что там скрыто внутри, а потом активировать Погружение. Но лучше займусь этим вечером.
Хотелось уже сейчас отправиться в библиотеку, но перед этим надо поесть, чтобы потом не отвлекаться на голодный желудок.
На улице Яшмы я довольно быстро отыскал неплохое заведение и заказал мясное рагу из крольчатины с овощами, тёплый хлеб и кружку имбирной шипучки — местную гордость. Тут её вообще все пили.
Напиток был золотистым, играл пузырьками, обжигал язык пряной остротой и тут же смягчался медовой сладостью.
За обед вышло дороговато — аж двадцать пенсов. Но оно того стоило.
Помимо вкусной еды, мою трапезу украшала официантка — симпатичная фигуристая девушка с длинной косой и очень милой улыбкой. Каждый раз, когда она смотрела на меня, девушка смущалась. Причём смущалась по-настоящему, не так, как с другими посетителями — с теми она держалась просто вежливо.
Я ел и поглядывал на неё. Девушка очень симпатичная. Может, стоит с ней познакомиться?
И тут, когда я уже закончил есть и, оплатив, хотел брутально спросить у неё, как пройти в библиотеку — ха-ха, да, это довольно смешно — я заметил, что девушка стоит чуть побледневшая, а рядом с ней возвышается здоровяк, который прижимает её к себе и что-то шепчет в ухо.
Я подошёл к ним и хмуро спросил, глядя на мужчину:
— Какие-то проблемы?
Тот неохотно перевёл на меня взгляд.
— Пошёл вон отсюда, — бросил он.
Я приподнял брови, молча вытащил из внутреннего кармана револьвер и наставил на придурка.
После последнего нападения я не стал повторять прежних ошибок и взял с собой оружие.
Здоровяк побледнел.
— Ты чего? — он отступил.
— Ты хоть знаешь, на кого ты пасть разинул? — мрачно спросил я, глядя на него и вспоминая американские сериалы про мафию.
— Прошу прощения, — здоровяк отступил.
Я шагнул ему навстречу, ещё сильнее вытянув руку с пистолетом. Краем сознания я отметил, что в кафешке стало абсолютно тихо. Официантка, слегка побледнев, смотрела на меня.
Так, пауза затягивалась. Что мне стоит сказать? Типа, «если ещё раз увижу тебя рядом с этой девушкой — пристрелю»? Или как-то по-другому?
Пока я об этом думал, мужчина побледнел ещё сильнее.
— Прошу прощения, я… я спишу ваш долг, — он взглянул на девушку. — Долг списан. Вы и ваша семья больше ничего мне не должны.
У официантки округлились глаза и открылся рот. У меня бы тоже округлились глаза и открылся рот, если бы я не сдержал эмоций.
— Ну, я… что ещё? — ещё сильнее побледнел мужик. Хотя казалось бы — куда сильнее? — Прошу, не убивайте, только не убивайте! У меня дети, жена, я просто выполнял свою работу!
Эх… Перестарался я. Просто взял и начал угрожать другому мужику пистолетом.
Честно говоря, после своего перерождения у меня слегка шалит восприятие действительности. Порой я воспринимаю всё окружающее как некий сон. Ну а как иначе, когда информация, которая появляется у меня перед глазами, похожа на окошки в какой-то дешманской компьютерной игре под названием «Симулятор Реставратора»?
— Ладно, — лениво сказал я и вернул пистолет во внутренний карман. — Свободен.
Мужика как ветром сдуло. Я же посмотрел на удивлённую официантку, хлопающую глазами.
Она… боялась. Девушка испугалась меня. И это не удивительно, что уж тут говорить.
— Передайте повару, что было вкусно, — бросил я и вышел из кафешки.
Только на улице понял, что забыл спросить про библиотеку. Да уж. Надо бы держать себя в руках, а то в следующий раз может и полиция вмешаться.
Точно, полиция!
Я воровато оглянулся и быстро зашагал прочь, в другую сторону от своего дома. Как хорошо, что у меня обычно не хватало денег на то, чтобы есть в таких заведениях, и меня никто тут не знает.