Страница 50 из 58
День тянулся медленно. Я помогала маме в саду — полола грядки, поливала цветы. Руками
работала, а голова была занята другим. Как долго нет отца! Интересно, что там ему говорит
Дагаев, как бы не ляпнул чего лишнего!
Ближе к вечеру отец вернулся. Весёлый, загорелый, с ведром рыбы.
— Дочь, забирай улов! — крикнул он от калитки. — Арс обещал сварить самую лучшую уху на
костре. У него, говорит, рецепт есть фирменный.
Я недовольно замерла на крыльце.
— Уху будем варить во дворе! Стол накроем, посидим!
— То есть он сегодня опять придёт к нам? — спросила мрачно.
— А ты против? — отец удивился. — Мужик хороший, рыбы наловил, уху обещает. Почему бы и
нет? Понравился мне он, – заявил отец.
Я не ответила. Отнесла в сарай тяпку и вернулась в дом, Умылась холодной водой, переоделась
в чистое платье — лёгкое, летнее, не вызывающее. Заплела косу. Посмотрела на себя в зеркало
и подумала: «Нужно заканчивать. С этим вот «непонятно». С этими ночными визитами. И играми».
Вечером во дворе поставили стол. Дагаев развёл костёр в мангале, повесил котёл. Варил уху
сосредоточенно, как заправский повар. Мама ахала, отец курил в сторонке и довольно кряхтел.
Я помогала маме нарезать хлеб и зелень, расставляла тарелки. Дагаев ни разу не подошёл ко
мне близко, не коснулся, даже взглядом не скользнул лишний раз. Был вежлив, обходителен, ну
просто душка. За ухой он рассказывал байки про рыбалку, про какие-то невероятные случаи на
реке, и отец заливался смехом.
— Много я в своей жизни рыбы переварил, — говорил Дагаев, разливая по тарелкам добавку. —
Но сижу так хорошо первый раз. В ваш дом, честно скажу, приятно приходить. Как к себе.
— Приходите чаще, Арс, — мама чуть не плакала от умиления. – Будем только рады!
Я сидела, ковыряла ложкой в тарелке. Уха получилась очень вкусная, от чего я расстроилась,
было бы приятнее, если бы он наварил какой-нибудь бурды! Есть ли, вообще, у этого мужчины
недостатки? Я смотрела на Дагаева, который так легко родителей моих очаровывал второй вечер
подряд.
Да, все зашло уже слишком далеко, и пора расставлять точки над И!
После ужина, отец с Дагаевым выпили ещё по стопке и закурили. Посиделки затягивались – они
до самой ночи чесали языками, а мама хохотала. В небе зажглись звезды. Я слушала негромкий,
уверенный голос бывшего однокласнника – он будто нитью вплелся в наш вечер, и сшил из него
нечто особенное. И я бы рада была просто терпеть его присутствие.
Но мне нравилось, что он рядом.
И не нравились мои чувства.
Когда все засобирались спать, я вызвалась проводить гостя до калитки. Ночь была теплая, и
от двух бокалов маминой наливки мне тоже было тепло. Мы шли по саду, и головокружительно
пахло сиренью, над нами раскинулось звездное небо...
– Дагаев, я хочу прояснить один вопрос, – сказала и остановилась у калитки.
– Почему так скромно, Малышкина, только один? – он снова не принял меня всерьез, стоял
напротив, на забор облокотившись, и улыбался.
– Значит, так, – улыбку его не поддержала. С духом собралась и посмотрела ему прямо в
глаза: – Я тебе кое-что намомню сейчас. И жду честного ответа. Десять лет назад. Выпускной.
Доска объявлений. Рейтинг девушек и Свинка Пеппа на последнем месте, – пытливо уставилась на
него, – это ведь ты тогда составил тот рейтинг и обозвал меня? Ты?