Страница 30 из 58
Осталась только одна надежда.
Один человек, который не будет читать нотации, не будет спрашивать «а что ты сделала, чтобы
он стал лучше».
Один человек, который, возможно, сможет помочь.
Но он будет усмехаться.
И точно попросит что-то взамен.
Не успела я эту мысль обдумать, как телефон зазвонил сам.
И я шестым чувством поняла, кто это звонит.
Пальцы замерли над кнопкой.
Секунда.
Другая.
Потом я приняла звонок.
– Я все уснуть не могу, лежу, думаю, — сказал Дагаев на том конце. Голос спокойный, даже
ленивый, как будто он сидел в дорогом кожаном кресле и пил коньяк. – А у тебя как дела,
Малышкина?
— Не очень, Дагаев. — помолчала. И выдохнула: — Ты занят?
— Для тебя — нет, — в низком голосе появилась усмешка. — Что стряслось, пышка? Опять бывший
достаёт?
— Почти, — я сглотнула. — В общем, к нему пришли коллекторы. За долги. Вынесли половину
моих вещей. Ноутбук, технику... Я не знаю, где он занял деньги. Я в шоке.
Дагаев замолчал. Я слышала его дыхание — ровное, тяжёлое.
— Вещи вынесли по закону или просто так?
— У них были какие-то бумажки. Мне и прочитать ничего толком не дали. Они сказали, что
Антон указал мой адрес как место жительства.
— Долго они были?
— Минут сорок. Меня заперли в ванной.
— Заперли? — из его голоса вся ленца исчезла, он стал жёстче. — Тебя трогали?
— Нет, только плечо теперь болит. Ванную-то они не открыли. Я выбила дверь.
Дагаев выругался. Глухо, смачно, с долгой паузой.
— Надо врачу показаться.
– Это уж я разберусь. Ты с коллекторами помочь сможешь? Я не знаю просто, кому еще...
– Помогу, Малышкина. Помогу. Но с условием.
У меня ёкнуло сердце.
— С каким? Переспать с тобой? – в памяти опять всплыл этот проклятый кадр из теплицы.
Его руки. Губы. Мои стоны...
— Вот опять ты сама хочешь запрыгнуть в мою постель, заметь, я этого даже не говорил, —
хмыкнул Дагаев. — Нет, Малышкина. Одним сексом ты не отделаешься. От тебя потребуется ещё
кое-что. Завтра встретимся и обсудим. В районе обеда позвоню. Если согласна. Согласна?
Закусила губу.
Что еще остается, в полицию опять идти, где меня уже на смех подняли?
– Согласна, – выдавила.
– Ну тогда до завтра, пышка моя. Целую во все сладкие места, – Он отключился.
Я ругнулась под нос и опустила телефон. Полупустая квартира молчала. В холодильнике
оттаивала курица. На полу — грязь от чужих ботинок. В ванной — сломанная дверь, которую я
выбила плечом.
Усилием отлипла от двери и нашла тряпку. Начала мыть полы, чтобы не думать о том, что будет
завтра.
Но думала.
И про его улыбку проклятую, и про наглые мужские руки, и про взгляд черный, пронзывающий...
И об условии, которое он поставит.