Наследник $$$ уровня VII

Глава 9

Последний раз Себастьян видел Виктора несколько дней назад.

Мальчишка приехал к нему домой с просьбой провести через комитет по обороне бумагу о гражданском доступе к части спутниковой навигационной системы. Приехал без папки, что само по себе уже настораживало, спокойно объяснил, чего хочет, а когда Себастьян попытался назначить цену за услугу, так же спокойно напомнил, кто кому на самом деле должен.

Заместитель министра образования в наручниках. Ректор, выведенный из собственного кабинета. Коррупционная схема, которую несколько лет никто старательно не замечал. Университет, ещё недавно считавшийся территорией действующей администрации. Восемь процентов, внезапно появившиеся в опросах после того, как фамилия дэ Гарро несколько дней не сходила с газетных полос и пользовательских страниц Виды.

Виктор не попросил за всё это ничего.

До тех пор, пока ему действительно ничего не понадобилось.

Себастьян тогда назвал его дьяволом и, проводив до двери, поймал себя на странной мысли: хорошо, что этот молодой человек пока предпочитает сидеть по его сторону стола.

Утром эта мысль вернулась.

Он проснулся за несколько минут до будильника и некоторое время лежал неподвижно, слушая шорох дождя по карнизу. Осень окончательно добралась до Фаворы. За окном сад утонул в сырой серости, дорожки потемнели, с листьев платанов стекала вода, а в спальне было настолько прохладно, что впервые за несколько месяцев не хотелось сразу открывать окно.

Нерея спала рядом, отвернувшись к стене. Себастьян осторожно выбрался из кровати, чтобы её не разбудить, принял душ и через двадцать минут уже сидел на кухне.

Кофе сегодня оказался крепче обычного. Или просто ночь вышла слишком короткой.

На столе его ждала утренняя папка.

Дорадо давно приучил курьеров оставлять её ещё до семи. Сверху — расписание, затем свежая пресса, аналитическая сводка, изменения по регионам, выдержки из выступлений конкурентов и отдельный лист с заголовком «РИСКИ», который Андре, кажется, заполнял с каким-то особенным удовольствием.

Сегодня лист был почти полон.

Себастьян отложил его и сначала взял газеты.

«Мундо» по привычке лежала первой. На полосе — его вчерашнее выступление перед портовыми рабочими. Ниже шла фотография улыбающегося мужчины в каске, пожимающего Себастьяну руку. Хороший кадр, живой, без десятка партийных функционеров на заднем плане.

Следующая газета писала о минимальной оплате труда.

Вот это было интереснее.

Идею штаб готовил уже почти месяц. Действующая минимальная ставка не менялась много лет и давно отставала от реальных цен. Поднять её можно было простым и понятным лозунгом, который не требовал объяснять избирателю таможенные тарифы, структуру рынка или разницу между импортной пошлиной и нетарифным ограничением.

Больше денег в кармане. Просто и понятно.

Проблема заключалась в том, что за этими тремя словами стояли тысячи предприятий, и владельцы каждого прекрасно умели считать.

Себастьян перелистнул страницу.

Журналисты уже пронюхали, что его экономическая группа изучает повышение минимальной оплаты. Пока без цифр и официальных заявлений, но хватало и этого. Представитель промышленного союза предупреждал о сокращениях, кто-то из владельцев текстильных предприятий говорил о «популистском ударе по национальному производителю».

Обычная песня.

Ниже стояла маленькая заметка, почти незаметная рядом с большой политикой.

«Фонд цифрового развития начал приём заявок на первый студенческий конкурс».

Себастьян задержал на ней взгляд.

Вот оно.

Ещё одна история Виктора, которая начиналась как совершенно частная затея и каким-то образом снова становилась частью его собственной кампании.

Сперва мальчишке понадобились программисты. Не строить прекрасное будущее Валентии, нет, ему нужны были люди.

Он собирался расширять Виду, делать игровые проекты, сервис бронирования, магазин приложений и ещё бог знает что, о чём рассказывал так, словно всё это уже существует, просто остальные пока не заметили.

Нормальная человеческая предприимчивость.

Предельно понятная Себастьяну.

Виктор пришёл за кадрами в университет, наткнулся на поборы, полез внутрь, вытащил оттуда документы, а через несколько недель вместо тихой договорённости о наборе студентов страна получила уголовное дело против заместителя министра, новый совет попечителей, стипендии, лабораторию и фонд.

Себастьян отпил кофе.

Любопытная особенность. Большинство людей, столкнувшись со стеной, искали дверь. Виктор разбирал стену и потом ещё умудрялся продать кирпичи.

Телефон коротко завибрировал, звонил Андре.

— Ты уже видел промышленников? — вместо приветствия спросил Дорадо.

— Доброе утро и тебе, смотрю сейчас.

— К десяти они выпустят совместное заявление. МРОТ назовут угрозой рабочим местам. Родригез подхватит к обеду.

— Пусть.

На том конце повисла пауза.

— Я иногда не понимаю, зачем звоню тебе до кофе.

— Затем, что ты любишь портить себе утро.

— Планёрка в восемь.

Связь оборвалась.

Себастьян посмотрел на часы. Семь двадцать.

До штаба двадцать минут.

Нерея появилась в дверях кухни, закутанная в длинный халат, и зевнула.

— Ты опять разговариваешь с Андре раньше, чем со мной?

— Он настойчивее.

— Плохой ответ, — с очередным зевком сказала любимая.

Она прошла мимо, коснулась губами его виска и заглянула в газету.

— Зарплаты?

— Зарплаты.

— Корпораты будут счастливы.

— Ради этого всё и затевается.

Нерея усмехнулась, наливая кофе.

— А твой маленький дэ Фуэго что думает?

Себастьян поднял глаза.

— Почему сразу мой?

— Потому что ты за последний месяц произносишь его фамилию чаще, чем фамилии половины собственных сенаторов.

Возразить было трудно.

Нерея села напротив и потянула к себе газету.

— Он поддержит?

— Не спрашивал.

— Почему?

Себастьян немного подумал.

— Потому что не хочу превращать его в члена штаба.

Ответ понравился ему самому больше, чем он ожидал. В этом и заключалась ценность Виктора. Он не был членом штаба.

Не состоял в партии, сидя за соседним столом на планёрках. Не получал инструкций от Дорадо. Просил он далеко не столько, сколько мог получить. Это подкупило.