Страница 61 из 122
Что я снова хозяйка своей жизни.
Нет, разумеется, на подкорке еще скреблись надоедливыми червями сомнения и подозрения, что это очередная игра в поддавки со стороны Панарина. Что не пройдет и пары дней, как он снова примется меня изводить. Но я гнала все эти дурные мысли прочь.
И не потому, что была наивной дурой. Нет!
А потому, что хотела вспомнить, как это — когда монстр не дышит тебе в спину.
Честно?
Это было охренительное ощущение! До слез. До трясущихся от облегчения рук. До всхлипа, полного одурманивающего наслаждения. Он сорвался с моих губ, а затем перерос в плач. Тихий. Но с надрывом. Такой, когда радость лупит наотмашь.
Не знаю, сколько я так просидела, бездумно смотря вдаль, пытаясь надышаться вольным ветром. Вздрогнула и вернулась в себя только тогда, когда услышала окрик. Сначала даже и не поняла, что обращаются ко мне. А потом оглянулась направо и улыбнулась.
— Женька! Сашка! — пропетала я, подрываясь на ноги и кидаясь к девчонкам, которых знала еще с коротких штанишек.
— Настюха! — завопили мои бывшие одноклассницы, и мы бросились друг к другу обниматься.
Испещренная уродливыми каракулями страница моей прошлой жизни была перевернута. Началась новая. Та, где я проводила лето с подругами, ходила купаться в обеденный зной на озеро и рыбачить туда же, на скрипучем велосипеде ездила на пасеку и в лес по ягоды. Девчонки рассказывали о своей учебе в Омске. Я о своей в Москве. Погрустили, вспоминая отца и то, каким он был.
А затем как-то объедаясь клубникой у Сашки на фазенде, мы завели разговор о насущном:
— Ты дом-то на продажу уже выставила или еще нет? — спросил меня кто-то из девчонок, а я встрепенулась и недоумённо нахмурилась.
— Зачем?
— А зачем он тебе, Настя? Его кто топить будет зимой-то? Это же и дрова закупить надо, и уголь. Это же какие деньги нужны! Да и человек тут постоянно на подхвате для этого дела потребуется. Пойди найди, кто согласится за «спасибо» эту лямку ежедневную тянуть. Да ну на фиг!
— Блин, точно, — потерла я виски, понимая, что совсем об этом в круговороте проблем позабыла.
— Я бы на твоем месте поторопилась его сбагрить с рук, — кивнула Женька.
— Да кто его купит? — скривилась я.
— А что некому, думаешь? Ну, село ведь не вымирает. Если сейчас объявление сделаешь, то, глядишь, до холодов кто-то и заберет. Надо посмотреть в интернете, за сколько в Крутинке такие домики продают, и выставить на треть дешевле, пока еще есть, что продавать. Все равно ты после своего круглого института в эту глухомань возвращаться же не будешь, верно?
— Верно, — кивнула я.
— И деньги на благоустройство не трать больше, Настюха. Ты на фиг вообще новый забор себе поставила? И решетки на окна? И дверь сменила? И на какие вообще шиши?
— Это еще отец при жизни заказал и оплатил, — выдала я заранее заготовленную удобоваримую ложь. Рассказывать о том, что это прихвостни Панарина по его приказу обо мне тут пеклись, я не собиралась. Да и смысл?
Но уже на следующий день полезла шерстить сайты недвижимости, прикидывая, за сколько можно избавиться от дома. А когда примерно приценилась, то закусила губу и открыла свое банковское приложение, где вот уже неделю на моем счете лежала сумма, что мне перевел мой насильник за поруганную гордость и украденную девственность.
Это были огромные деньги. Нереальные. Выбивающие почву из-под ног.
Но разве можно этими нулями измерить ту боль, что мне причинили, и мои сломанные мечты?
Нет...
Но с чего-то же надо было начинать. Да и я назло трамваю ходить пешком не собиралась. Хватит! Мной напользовались. Теперь пришла моя очередь.
Я опубликовала объявление о продаже дома. И на заборе мелом вывела соответствующую надпись. Теть Зина расплакалась от того, когда ее увидела. А затем кивнула мне и сказала, что все правильно. Она до сих пор упорно делала вид, что ничего такого не накуролесила, и мы все еще старые, добрые соседи.
Но время шло, а покупателей не было. Неделя. Две. Три. Дни тянулись, как тягучая патока, обволакивая меня вязкой неопределенностью.
Разбавляли томительное ожидание лишь редкие поездки к врачу — той самой Юлии Алексеевне, которая в каждое мое посещение брала у меня кровь на анализ, измеряла давление и мягко улыбалась, хваля меня за то, что я исправно набираю вес и возвращаю лицу здоровый румянец.
— Как ситуация состоит со сном, Настя?
— Прекрасно, — кивнула я, — снова сплю, как слон по девять часов в сутки.
Упоминать, что первые две недели я еще дергалась в ожидании приезда Панарина, не стала. Было и прошло.
— Аппетит?
— Тоже приходит в норму, — отчиталась я.
— Витамины принимаете, которые я прописала?
— Конечно, а сверху еще шлифую малиной и земляникой. — усмехнулась я.
— И настроение, я смотрю, у вас прекрасное.
— Да. — прикрыла я веки, — я снова дышу.
— Что с циклом? Месячные так и не пришли?
— Пару дней назад была какая-то мазня, но почти сразу же прекратилась, — скривилась я.
— А живот не болит? Ничего не беспокоит? — поджимала губы доктор, что-то фиксируя у меня в карте.
— Нет, — пожала я плечами.
— Хорошо. Как я уже говорила, цикл на фоне длительного стресса и истощения может сбиться — это нормально. Не паникуйте. Главное, что вы уверенно идете на поправку и ваши анализы в порядке. Гемоглобин растет, сахар в норме. Я клиники не наблюдаю, а значит, совсем скоро можно будет облегченно выдохнуть и сказать, что вы справились с этим непростым испытанием.
— Да...
— Тогда на сегодня все. Настя. Встретимся через неделю.
Спустя месяц я вернула себе прежний вес. А еще наконец-то убедилась в том, что чудовище по имени Сергей Панарин на самом деле осталось в прошлом. Он не звонил. Не писал. И, слава тебе господи, не приезжал. И даже его адские гончие более не сидели у меня на хвосте. Лишь раз в неделю меня, то Петр, то Федр возили к врачу. Но на том все.
А затем, уже в конце июля мой телефон вдруг разразился звонком с незнакомого номера. Настойчиво. И я приняла вызов, а затем услышала на том конце провода деловой женский голос:
— Анастасия?
— Да.
— Здравствуйте! Подскажите, вы еще дом продаете?
— Продаю, — потянула я.
— О, как здорово! А посмотреть его, когда можно?
— Да, хоть сейчас.
— Супер! Мы из соседней деревни, из Калачиков. Минут через тридцать можем уже быть у вас. Это нормально?
— Конечно.
— Тогда до встречи...
А еще спустя всего час я услышала долгожданное:
— Берем!
Настя
Мой домик приглянулся молодой семье с двумя ребятишками. Он — крепкий и плечистый тракторист. Она — тихая и улыбчивая учительница начальных классов. Такие милые и простые люди. Они так радовались, что наконец-то сумели найти что-то по своему бюджету и рядом с престарелыми родителями, которым еще требовалась помощь по хозяйству.
А тут я.
Только переживали, чтобы успеть все оформить до моего отъезда на учебу, ведь покупка дома была под материнский капитал и нужно было пройти через всю бюрократическую мясорубку, а там уж и в живых остаться. Документы все ходили по кругу: то какой-то справки не хватало, то банк тормозил, то в оценке оказалась досадная ошибка.