Страница 62 из 122
Короче, ад!
А пока сделка тянулась старой резиновой лентой, то растягиваясь, то снова скукоживаясь, молодая чета уже помаленьку закупала отделочные материалы для ремонта дома, да загадывала, где у них будет детская и в каких цветах. Я им не препятствовала.
Наоборот!
Было приятно наблюдать за этой незамысловатой суетой, несмотря на то, что в груди у меня будто бы было все разворочено от взрыва многотонной ядерной бомбы. Обида. Отчаяние. Гулкое, тошнотворное одиночество, словно гиена, обгладывало меня изнутри.
Мне тоже хотелось вот так просто и незатейливо строить собственный уютный мир рука об руку с любимым человеком. И пусть будет тяжело. Пусты! Не страшно. Главное, чтобы вечером, сидя за кухонным столом, был смех, а потом, уже в темноте спальни разговоры о будущем. Шёпотом. Тихо-тихо. Чтобы никто не услышал. Чтобы это было лишь наше.
Я бы так этого хотела — человека рядом.
Не монстра. Не насильника. Не надзирателя. Не хозяина. А родственную душу. И настоящего мужчину, с которым не страшно. Спокойно. Надежно.
Однажды так и будет...
Обязательно!
Но я все же не сидела на месте, пока ждала, когда мой отчий дом все же будет продан. Я половину августа посвятила поискам подходящей мне по бюджету квартиры в Омске. На Москву бы у меня при всем желании денег не хватило, так что выбор мой был оправдан по всем фронтам.
Я несколько раз ездила в город, лично просматривая варианты. Искала ту самую «двушку», чтобы было проще сдать и продать в будущем. Однокомнатную приличной семье не сдашь надолго — побегут расширяться. «Трёшку» позже попробуй продать. А вот две комнаты — в самый раз.
Но все как-то было не то.
То ремонт не такой, как на фото. То соседи неблагополучные. То вид из окна оставлял желать лучшего. То по бюджету я не проходила, ведь у меня была лишь сумма компенсации за поруганную часть от Панарина и ещё чуток с продажи дома. А нюансов было о-го-го сколько. Но терпение и труд все перетрут. Так и я не отчаявалась, а потом наконец-то нашла то, что искала.
Иртышская набережная. Квартира с видом на Ленинградский мост и реку. Светлая. Теплая. Уютная. Без обременения. С балконом и всей необходимой для жизни мебелью. И с очень хорошим ремонтом! Я, не задумываясь, внесла задаток и договорилась с хозяевами, что остаток денежных средств отдам сразу же, как завершится моя собственная сделка по продаже дома.
Замоталась, как белка в колесе.
Собирала вещи. Что-то ненужное раздавала соседям. Что-то совсем оставила. Что-то продала.
Но все же главное свершилось! Молодая семья тракториста и учительницы въехала в свое новое жилье, а я стала обладательницей сорока пяти квадратных метров в городе Омске, которые планировала сдавать и получать с них пассивный доход. Все же мне нужно было на что-то жить.
На одну стипендию сыт не будешь.
А время поджимало!
У меня осталась лишь жалкая неделя августа, чтобы найти добросовестных квартиросъемщиков, которые не создадут мне никаких проблем. И что сказать? Дело это было далеко не простое. Проще, казалось, свой дом в Китерме продать, чем тут в городе-миллионнике найти приличных людей.
Или это только мне попадались сплошь волшебные персоны?
Не знаю...
Студентов сразу отметала. Одиночек мужчин категорически не рассматривала. А вот молодым семьям была рада. Правда, мы друг друга тоже не сразу нашли. Пришлось перебрать много вариантов, прежде чем я остановила выбор на тех самых людях, которым захотелось сделать свое жилье.
Приезжие. За квартиру будет платить организация. Оба серьезные. Оба работают. И с прицелом на длительное проживание. Уточнили обеспокоенно, не попрошу ли я их на выход спустя несколько месяцев. Мол, уже были досадные прецеденты, и они устали по городу туда-сюда бегать. Осесть хотят и более не дергаться хотя бы пару-тройку лет, пока своим жильем не обзаведутся.
В общем, мы друг друга успокоили и распрощались. Я получила арендную плату сразу за три месяца вперед и передала ключи. А затем взяла билет в один конец до Москвы.
Села в самолет и набрала Катьку, глядя в иллюминатор и наконец-то выдыхая напряжение из легких, которое, казалось бы, копилось еще с начала лета. А теперь вот — я со всем справилась. И худо-бедно у меня появились силы жить дальше. Дышать. И с робкой надеждой смотреть в будущее. В то самое, где я обязательно еще буду счастлива.
И не одинока.
— Привет, Тась! — звонким колокольчиком прозвенел голос подруги в трубке.
— Привет, Катя. Ты уже в Москве?
— Сегодня приезжаю. Еще в поезде телепаюсь. Если вдруг связь пропадет, то ты меня не теряй.
— Хорошо.
— А ты где?
— В самолете вот сижу, — кивнула я дородной женщине, которая опустилась в соседнее кресло.
— Круто! Я ужас, как по тебе соскучилась!
— Я тоже, — улыбнулась я и прикрыла веки, слушая, как Арямкина нарезает планы на вечер и нашу скорую встречу.
— В клуб пойдем, Тася! Костями всю ночь будем трясти. И обязательно встретим самых крутых во всей Москве парней: красивых, здоровенных, офигенных! Да? Ну, конечно, да! А когда еще веселиться, если не в молодости? Но сначала ты мне лично и в мельчайших подробностях расскажешь, как так вышло, что ты внезапно уехала в свою сибирскую Тмуторакань.
— Я же уже рассказывала, — вздохнула я, — папа же умер, Кать.
— Блин, — потянула подруга, — а я все надеялась, что там какая-нибудь романтическая история зарыта про твоего того навороченного высокорангового «папика» и его к тебе невероятную любовь.
— Он в прошлом. Пусть там и остается.
— Давно в прошлом?
— Давно, Катя, — прикусила я губу и скрестила пальцы на руках, умоляя небо никогда более не пересекать меня на жизненном пути с Сергеем Панариным.
Хватит! Отмучилась!
— Ну, да..., — потянула Арямкина, — таких мужиков надолго одних оставлять нельзя. А ты, считай, на три месяца в свое село умотала. Ему уже, поди, давно новая фаворита греет задом простыни.
Аллилуйя!
— Мое им благословение, — облегченно выдохнула я, а затем резко сменила тему, предпочитая более никогда не говорить про мужчину, который ничего, кроме изжоги, у меня не вызвал.
Мы еще с минут пять поболтали с подругой обо всем на свете и одновременно ни о чем, а затем отключились, так как самолет начал руление в сторону взлетной полосы.
Спустя три с половиной часа борт приземлился в аэропорту «Шереметьево».
А еще спустя тридцать минут, получив багаж, я вышла на улицу и под завязку накачала легкие московским воздухом. И кивнула сама себе, ощущая внутреннее умиротворение.
Так пахла новая жизнь.
И свобода!
Настя
До студенческого городка путь мне предстоял неблизкий, да еще и с пересадкой. Но это все же было в разы дешевле, чем добираться на такси, а деньгами я сорить не привыкла. Так что, потопала я на аэроэкспресс, а там уж на Филях я перепрыгнула на метро и уже через пару станций была почти дома.
Родная общага встретила меня запахом свежей краски и штукатурки.
На крыльце топтались знакомые девчонки. Одна из них тут же меня одернула удивленно, но радостно.
— О, Куклина, офигеть! Это реально ты?
— Я, — улыбнулась я осторожно.
— Просто не ожидала тебя увидеть.
— Почему?
— Ну, я думала, что ты вместе с Харитоновым по этапу пошла. Прости, но ты ведь пропала внезапно, и тут всякие сплетни ходили.