Страница 41 из 98
Пожатие моих плеч — это единственный ответ, который я ему даю. Сын Рути был там в тот день, именно он нашел нас выброшенными на берег, и мне пришлось наблюдать, как он беспомощно пытался спасти Лео и Грейс. Я был бесполезен, слишком слаб и ранен, чтобы сделать что-нибудь полезное, и мне пришлось наблюдать, как Шон пытался вернуть их к жизни. Я знаю, что этот день преследует его так же сильно, как и меня, по-разному. Видеть мертвыми женщину и ее ребенка — это одно, но и он, и его жена Имоджен выросли с Грейс. Имоджен была крестной матерью Лео.
И несколько недель спустя они пытались удержать меня в здравом уме, пытались составить мне компанию, но я отгораживался от них, и через некоторое время они перестали приходить.
Все перестали приходить.
— Мама сказала мне, что ты подружился с новой девушкой в городе, — продолжает Шон, как будто я не отмахнулся от него в первый раз.
— Конкретнее, — огрызаюсь я.
Шон ухмыляется, зная, что теперь я у него в руках:
— Ужин, вино, понимаешь?
— Я и забыл, как легко распространяются сплетни в этом городе.
— Наше население составляет менее пятисот человек, — смеется Шон. — Единственное развлечение, которое у них есть — это говорить обо всех остальных.
— У вас есть туристы, — напоминаю я ему, — Которые легко увеличивают численность населения.
— Это не одно и то же, Тор, ты же знаешь, как это бывает, а новички, которые остаются здесь, всегда привлекают несколько треплющих языков.
— Да, но я не думаю, что Майе понравилось бы быть предметом разговора.
Шон понимающе ухмыляется:
— Это правда?
Я беру свежее пиво, которое он передает, и делаю глоток, снова обращая свое внимание на витрины, где оформление к завтрашнему дню почти завершено.
— Она нравится Имоджен, — продолжает Шон, — Говорит, что ей пришлось нелегко.
— Понятия не имею, Шон, — ворчу я. — Я не из тех, кто сплетничает.
— Ты не из тех, кто много говорит, — говорит Шон, — Но, эй, должно быть, она делает что-то правильно. Ты здесь впервые с тех пор, как умерла Грейс.
— Ну да, — я залпом выпиваю половину напитка, пиво кислое на вкус. — Иногда изоляция — лучшее лекарство.
— Или наказание, — говорит Шон мне в спину, когда я резко встаю со стула и направляюсь к двери. Я почти выхожу из закусочной, когда до меня доносится его голос, легкий от веселья: — Думаю, мы увидимся с тобой завтра, эй, Торин, раз уж Майя помогает Имоджен на прилавке.
Мои зубы впиваются в язык. Я уже планировал появиться, попытаться поговорить с Майей наедине, но если она помогает Имоджен, я не уверен, как это будет возможно без того, чтобы это не увидела половина города.
Майя не нуждалась в том, чтобы быть в центре внимания.
Я, конечно, этого не хотел, учитывая то, что они шептались, и теперь все это казалось чертовски сложным, чем все, что я когда-либо делал раньше.
Черт возьми, убийство человека было менее напряженным занятием, чем это.