Страница 90 из 170
Когда я подходил к концу шеренги, обратил внимание еще на одну колоритную личность. Ничего удивительного в том, что он привлек мое внимание, не было, скорее уж, наоборот – согласитесь, немногие летом натянут на себя пальто и замотают шею длиннющим шарфом… Ростом – с меня, но из-за того, что руки торчат из рукавов граблями – пальто явно с чужого плеча, причем человек, на которого оно шилось, ростом был ниже рекрута, а вот объемами, наоборот, значительно превосходил – он кажется выше. Невольно задерживаю взгляд на кистях рук – удивительно длинные и тонкие пальцы, явно незнакомые с грубой работой, аккуратно подстриженные ногти. С такими руками надо служить в какой-нибудь конторе младшим клерком или играть в каком-нибудь оркестре, но уж точно не сжимать ими карабин Хорпса или длинный пехотный «Йоркен». Волосы светлые, аккуратно зачесанные на пробор, глаза голубые, лицо худое, бледное и абсолютно мальчишечье… Еще большую «детскость» лицу придают крупные, нахально оттопыренные уши.
- Рекрут, Ваша фамилия?
Голубые глаза испуганно смотрят на меня.
- М… Мойзи… С-сэ-э-эр…
- Сколько Вам лет, рекрут Мойзи?
- В-восемндцать… Сэ-эр…
- А выглядите на пятнадцать… Кто-нибудь может подтвердить Ваш возраст?
В строю слышатся смешки.
- Отставить смех! – тут же реагирует О’Доннел, и смех послушно стихает.
В голубых глазах вспыхивает нешуточная обида.
- С-сэр… Моя дата рождения… З-записана в приходской книге… В церкви святого Туллия, в К-клавдиуме…
- Мы далековато от Клавдиума, рекрут…
Что с ним делать? Выглядит-то действительно лет на четырнадцать-пятнадцать… С другой стороны, никто не может подтвердить его возраст – но никто не может и опровергнуть, в конце концов, нашему Луису тоже двадцать никак не дашь, но, тем не менее, он действительно был самым старшим в нашей четверке… Ладно, как прибудем в пункт постоянной дислокации – напишу приходскому священнику этой самой церкви святого Туллия, а пока… А пока передо мной моя очередная головная боль – что-то подсказывает мне, что за рекрутом (а вскорости – рядовым стрелком) Мойзи будет нужен глаз да глаз – в шеренге рекрутов я не вижу второго такого, выглядящего настолько неприспособленным к будням армейской жизни, нежели этот… Цыпленок, по другому не назовешь…
Не торопясь, отхожу от шеренги на несколько шагов, разворачиваюсь.
- Взвод! На первый-четвертый… Рассчитайсь!
Молчание.
- По команде «на первый-четвертый рассчитайсь» рекрут, стоящий правофланговым (в данном случае это рекрут Гулл), громко и ясно произносит «первый!», повернув голову к соседу по шеренге. Следующий за рекрутом Гуллом рекрут произносит – «второй!», и далее, по порядку номеров. После четвертого номера расчет начинается сначала, соответственно, с первого номера. Каждому запомнить номер, который он назвал. Замыкающий шеренгу рекрут, после того, как озвучит свой номер по расчету, громко произносит «расчет окончен!» Все ясно?
Молчание.
- Когда офицер задает вопрос строю, необходимо отвечать хором, громко и ясно – «так точно, сэр!», «никак нет, сэр!» - рык О’Доннела взлетел, как мне кажется, до небес, - Итак, вам ВСЕ ЯСНО?!!
- Так точно, сэр… - вразнобой отзывается строй.
- НЕ СЛЫШУ!! – перехватываю инициативу у О’Доннела я.
- ТАК ТОЧНО, СЭР!! – все еще нестройно, но уже с гораздо большим показным воодушевлением отзываются рекруты.
- На первый-четвертый… Рассчитайсь!!!
…Ну… Надо отдать им должное – они старались. Расчет пришлось проводить трижды, пока, наконец, его результаты стало можно признать удовлетворительными.
- Первые номера – шесть шагов вперед…
Несколько человек несмело выходят из строя.
- Отставить!!! Команды не было!!!
Вышедшие торопливо впрыгивают обратно в шеренгу.
- Слушай мою команду!! Первые номера – шесть шагов вперед, вторые – четыре, третьи – два, четвертые – на месте! Шагом… Арш!!!
Глядя на получившийся результат, я почувствовал, как у меня нервно задергались сразу оба уха и левый глаз.
Оххх… Как же они мне все… Дороги!!!
Пыхтя, как паровоз приснопамятного «шахтерского экспресса», подхожу к одному из «волков» из клана МакЛюрр…
- Рекрут, Ваш номер по расчету?
- Третий… Сэр…
- Тогда… - с трудом удерживаюсь от того, чтобы не сорваться на шипение. – Какой Хлойн Черной Вас занесло в шеренгу ко вторым номерам?!
- Сэр… Я хочу служить со своим…
- ОТСТАВИТЬ!!! – мой рык, по-моему, перекрыл даже рев О’Доннела.
- КРУ… ГОМ! НА СВОИ МЕСТА В ШЕРЕНГЕ, ШАГООООМ… АРШ!!!
А вот в одну шеренгу они вытянулись лихо – по-моему, я еще не успел сомкнуть губы после короткого «…арш!», как вместо подобия четырехшереножной… Толпы передо мной стояла пусть неровная, но уже в чем-то родная шеренга из сорока рекрутов…
После нескольких секунд молчания, в течение которых я боролся между двумя сущностями, решая, с каких именно слов начать свою очередную попытку достучаться до сознания этих… Этих… В общем, я пытался успокоиться, и начать общаться в холодно-спокойной манере, свойственной унтер-офицеру О’Дуайту, а не перечислять… Самые разные… Привычки, обычаи, половые признаки и прочее, присущее… В общем, не уподобиться давешним управляющему Бальдру и прапорщику Хрольву… Ну, или унтер-офицеру Геррису из моего родного форта – тем более, что высказать все это столь поэтично, у меня бы вряд ли получилось…
- Хотел бы вам всем заметить, джентльмены, что вы все, похоже, не понимаете, куда пришли, - мерно шагая вдоль строя туда-сюда, пытаюсь копировать чеканно-спокойную манеру речи О’Дуайта. – Здесь армия. Армия! А не… Скотный двор! – останавливаюсь, окидываю взглядом шеренгу. – Одним из основополагающих принципов армейской службы являются единоначалие и… Дисциплина. А это, в свою очередь, подразумевает подчинение приказам старших по званию. В немалой степени из этого куется победа на поле боя. Потому советую Вам запомнить, джентльмены – все ваши «я хочу» - остались дома! Вам придется научиться подчиняться, либо – уйти. Благо, пока вас не привели к присяге, сделать это достаточно просто. Некоторым из вас рекомендую уже задуматься об этом… Тем более, что я, со своей стороны, сделаю все от меня зависящее, дабы вычислить отдельных «ярких индивидуальностей» еще на первой стадии знакомства, и отправить их по домам, избавив ваших будущих командиров от лишнего труда. Все ясно?..
«Так точно, сэр!» прозвучало несколько вразнобой и без энтузиазма, но все же достаточно громко.