Страница 18 из 32
* * *
Международные СМИ обратили внимание на ферму Парадайз. Ни полицейское управление Бьюла Форк, ни патрульная служба шерифа Токвиля не могли справиться с журналистами, телевизионщиками, искателями приключений и учёными, которые прибыли в округ Хотлепойя, чтобы посмотреть на доисторического любовника Рут-Клер. На какое-то время подключилась даже патрульная служба штата Джорджия, начав перенаправлять нарушителей на национальную магистраль, а тем, кто проигнорировал соответствующие указатели, выписывать штрафы. Однако, ряд жителей, имевших участки между фермой Парадайз и Бьюла Форк, например, Рубен Декер выступили с протестом, что и их тоже штрафуют, как и всех тех журналистов и надоедливых чужаков, которые демонстрировали фальшивые удостоверения личности, якобы подтверждающие, что они тут проживают. В конце концов и дорожный патруль пригрозил убраться отсюда – в их обязанности наведение порядка вблизи фермы Парадайз не входит.
В отчаянии Рут-Клер заключила контракт с фирмой из Атланты по возведению серой кирпичной стены по периметру участка фермы Парадайз. После возведения в мае эта баррикада стала серьёзным психологическим и материальным сдерживающим фактором для всех, кто случайно оказывался вблизи от фермы, но не для злонамеренных нарушителей. Бледные дуговые фонари на высоких столбах освещали каждый клочок переднего и заднего двора возле дома, а также отдельные участки тенистой ореховой рощи. Два раза Рут-Клер подавала громкие предупреждения по специально установленной системе громкой связи, а один раз даже выстрелила поверх голов нарушителей, ползавших по лужайке, словно куклы из мультиков. Прошёл слух, что пробираться через фортификации фермы Парадайз крайне опасно, и мне этот слух понравился.
Между тем в отсутствие бесспорных фактов распространились домыслы и слухи. Алистер Патрик Блер, выдающийся антрополог Заракали, опубликовал в Nature статью, в которой оценил идею о живом гоминиде раннего плейстоцена как «полный бред, вызывающий удивление своей абсурдностью». Он хитроумно не упомянул имя Брайана Ноллингера, но не столько от того, чтобы не подвергать его имя клевете, сколько, чтобы не доставлять ему удовольствие увидеть его в передовом журнале – даже в негативном контексте. Блер привёл пример печальной мистификации Питлдауна как образец очень достоверного мошенничества по сравнению с этой дешёвкой. Он убедительно разъяснял, что на имеющихся фотографиях Адама представлен чёрный волосатый мужчина, натянувший отличную резиновую маску, похожую на те, что канал PBS разработал для своего сериала Начала. Ноллингер возражал Блеру – точнее попытался это сделать – полусвязным эссе в Атланта За Две Недели, в котором рассказывал дипломатическую биографию Луиса Рэзерфорда и осуждал художницу Рут-Клер Лойд за тираническое заточение в своём доме несчастного и одинокого гоминида. Она была своего рода женским воплощением Симона Легри, мистически отрицавшего и эволюционную теорию и научный метод.
Проповеди читались как в защиту моей бывшей жены, так и против неё. Поначалу фундаменталисты не знали, на чью сторону им стать, так как того, кто выступает против научного метода, они не относили к таким уж и плохим людям, тогда как ту, которая сожительствует с полу-человеком, не являющимся её законным мужем, они явно считали опутанной чарами Сатаны. На второй неделе большинство священников-фундаменталистов во главе с его преподобием Дуэйтом «Счастливчиком» МакИлроем из Великого Христианского Союза Церквей Америки (Рехобот, штат Луизиана) определило, что грех скотоложества намного перевешивает прохладную добродетель антиэволюционного чувства. Их проповеди начали осуждать Рут-Клер за её сексуальное своенравие (эту иронию мог оценить только я) и жалеть, считая типичной жертвой общества, чьё научное сообщество нагло провозгласило, что люди есть ни что иное как одухотворённые обезьяны (тезис, который прекрасно подтверждался их же собственным поведением). Особенно усердствовал «счастливчик» МакИлрой, ну уж очень по-обезьяньи рассуждая на эту тему. Я было начинал слушать некоторые из его проповедей на ТВ, но почти всегда заканчивал тем, что убирал звук и просто любовался на красноречивые жестыи женщины сурдопереводчика.
Продажи фарфоровых тарелок серии Рут-Клер Небесная Иерархия стремительно выросли. AmeriCred даже отменил подписку из-за многократных попыток повторить заказы первых экземпляров серии, и вынужден был сообщить тысячам разочарованных коллекционеров, что эта ограниченная серия Лиможского фарфора уже вся распродана. Выпуск повторного тиража станет нарушением договоров компании с её первыми подписчиками. Но в ответ на огромный спрос на изысканные работы Рут-Клер AmeriCred объявил, что вместе с французской фирмой Фарфор Жака Жаве из Лиможа заказал у этого всемирно известного художника из Атланты новую серию работ под названием Шаги на пути к человеку, в которой будут представлены осмысленные художником, но антропологически точные портреты многих наших предков на эволюционном пути, а также и нескольких современных типов. Запланированы были всего восемнадцать тарелок – почти все являются уступкой растущему интересу публики к самобытному искусству моей бывшей жены. Кроме того, ограниченный тираж серии будет совсем не таким ограниченным, как у первой серии. Больше людей смогут подписаться.
– Поздравляю, – сказал я как-то вечером Рут-Клер по телефону.
– Как-то это смотрится слишком уж.
– Я думаю, что это называется «куй железо пока горячо».
– Мне нужны были деньги. Возведение стены по периметру участка на две трети его длины, установка фонарей, системы громкой связи – всё это обошлось недёшево. Мне надо было окупить данные инвестиции в обстановку.
– Ты думаешь, я не понимаю?
– Ну и к тому же я сама хотела сделать эту серию Шаги к человеку. Австралопитека мне придётся создавать по останкам, а также с помощью приблизительных реконструкций, тогда как для Homo habilis у меня имеется живая модель. Забавно переложить на тарелку образ Адама – этого домашнего красавчика, любителя поцелуев.
– Я бы заказал пять или шесть наборов тарелок с его образом для своего Западного Берега.
Рут-Клер радостно засмеялась.