Страница 39 из 82
— Га-а-ад чешуйчатый, — разозлилась она так, что оранжевые всполохи в ее радужках вытеснили небесный цвет глаз. — Отпусти… шарахну. Потом руны не соберешь.
— Я так сильно тебя хочу, что готов умереть, — нажал на сосочек сильнее, покрутил его, смял между пальцами.
Она часто задышала, закатила глаза.
— Это домогательства к кадетке, — прошептала томно, — я буду жаловаться в ректорат, — запустила руку в мои волосы, оттянула.
— Эта кадетка — моя истинная, мне ничего не буде-е-ет, — протянул я и ввел вторую руку в декольте. Пришлось прилично извернуться, чтобы добраться до груди и поймать в плен оба сосочка.
Губы опять нашли рот Ти, она застонала и я влетел между зубов языком.
Отвечая, Тэя плавно отстранилась.
— То-о-оби, я так не могу. Там родители, — ласкала она мой затылок пальчиками. — Приходи ко мне ночью.
Я с трудом остановился. Еще несколько раз приласкал вкусный ротик, ягодный.
И вырвал себя из ее объятий.
— Не обманешь? — шепнул на ухо, прикусывая темные прядки волос, здесь они больше всего завивались.
— Нет, — качнула она головой.
Я сжал зубы, пытаясь унять жар, что растекся по животу и до боли пронзил пах.
— Сейчас… — облокотился на рояль, прыгнул на пятках, — дай выдохнуть.
Когда спираль похоти совсем немного отпустила, мы вышли наружу и вернулись к беседке.