Страница 31 из 82
Глава 21
Ничего не понимаю.
После урока у Горраша я очнулся в лазарете от поцелуев Ти.
Сплю? Вроде нет.
Девушка лежит рядом и нежно, что нутро скручивает от болезненного возбуждения, ласкает мои губы и язык.
Как я тут вообще оказался?
А потом в нашу идиллию вписался голос ненавистного врага. Северина.
И я ее прогнал.
Тэя молча ушла.
Сука. Сначала с ним кувыркалась, а потом ко мне прилезла?
Нахера?
Демоны, сожрите мои мозги, чтобы я ничего не соображал и прекратил думать о ней!
Мать с отцом ворвались в палату.
— Сынок, — мама склонилась, тревожно заглянула мне в глаза и приложила теплую ладонь к моему лбу. — Тебе лучше? — мягкая целительская магия потекла вдоль позвоночника, пересчитывая руны.
— Нет. Какого хера она тут делала? — я показал на дверь.
— Тоби, хватит! — гаркнул папа. — Угомонись уже. Тэйнира тебе помогала.
— Облизывая мои губы? Сначала Принцесску Северина засасывала, а потом ко мне пришла⁈ — я оттолкнул мамину руку. — Я здоров, отстань.
Папа сначала прыснул, а потом расхохотался.
Смешно ему!
— Ну уж нет! Ты будешь лежать под куполом до утра, пока руна основательно не закрепится, — мама приложила ладонь к моей груди. — Здоров он… Тобиас, прояви уважение к девушке. Она тебя спасла. Думаешь, легко ей было целовать тебя при нас?
— Да вот не знаю, Рина ей целовать при всей академии было легко! Уйдите. Умоляю. Тошно!
— Тоби, ревность — это нормально в вашем случае, — все еще улыбаясь, произнес отец.
— Чего? Что вообще произошло? Почему я здесь?
— Горраш сказал, что у Тэи после вашей синергии увеличился резерв. Она неосознанно влила в тебя слишком мощным потоком магию огня и руна чуть не разрушилась. А довел ее до этого ты! Что ты устроил на занятиях? — сплетая купол, с укором посмотрела мама.
— И что же я устроил? Не хотел к ней приближаться после того, как она… — я отвернулся, сжал зубы так, что они захрустели.
— А я кое от кого слышала, что ты целовал в лесу какую-то девочку, — усмехнулась мама.
— Блядь, после того, как морду Рину начистил! — я показал перемотанную руку. Мама, конечно, уже все поправила, но повязка осталась. — На зло ей! Су…
— Не выражайся, — придавил тоном отец.
— Вертихвостке! — нашел я подходящее слово. — Так лучше? — и оскалился.
— Знаешь, почему я пять лет не жил с тобой и мамой? — папа присел на край кровати.
— Знаю.
— Иногда мы видим не то, что есть на самом деле.
— Всмысле⁈ — вскрикнул я. — Что там видеть? Она его тупо засосала перед всеми!
— Тоби, — папа не успокаивался. — А может, это Северин настоял? Что-то я не видел, чтобы она тебя обожгла за то, что ты ударил в лесу принца? Она его до кости огнем пропалила, когда Рин на тебя напал. Вспомни! Свяжи уже эти события в своей голове.
— Да она с ним только что… — я хотел еще повозмущаться, но вдруг понял, что это все Рин ее обхаживает, Рин к ней приходит, Рин ей голосовые отправляет. Она все время возле меня была и ни разу ему не ответила.
— Дошло? — папа потрепал меня за челку. — Отдыхай.
— Мам… — я сделал самое милое лицо, что мог изобразить. — Скажи Ти, что мне надо еще огня, пусть зайдет.
— Скажу, — хитро заулыбалась мама, закрепила купол и указала взглядом отцу на выход. — Она все равно в коридоре сидит. С Адрианом разговаривает.
Я лег прямо и, закрыв глаза, притворился, что мне херово.
Родители ушли и вскоре дверь в палату открылась. Послышались тихие шаги. Девушка села на край кровати и коснулась моей щеки.
— Я не твоя собственность, Визави, смирись, — прошептала мне на ухо Тэя.
Я завел руку на ее затылок, мягко притянул к себе.
— Моя, — шепнул, едва касаясь ее горячей кожи губами. — Просто ты еще не осознала этого.
— Обломаешься… — прошипела Тэя. — Коз-л-и-ина…
— Это потому что с рогами?
— О… да-а-а. С ветвистыми такими… — поцеловала она меня в уголок губ.
— Я этими рогами любого, — прижал ее к себе очень сильно — не сбежит теперь, — придурка от тебя отгоню.
— Начни с себя, — она чаще задышала.
— Ну признайся… тебя же тянет к этому придурку, — укусил ее за ухо. Мягко, едва касаясь зубами, а после зализал укус.
— Тянет треснуть чем-то тяжелым, — запустила она руку в мои волосы и до боли их оттянула.
Моя девочка. Да…
Потянул носом ее обворожительный запах и понял, что на грани очередного позора.
— Лучше тресни, потому что я… — потянул ее на себя, укладывая сверху, пусть почувствует, как все серьезно, — очень тебя хочу.
— Спускай пар на своих девках, Тоби, со мной тебе ничего не светит, — прошептала она мне на ухо, лизнула мочку и обдала влажную кожу жаром дыхания.
— Какое милое заблуждение, — сжал ее упругую попку ладонями.
— Прекрати лапать, — зарычала и заерзала, стараясь с меня соскользнуть.
— Это разве лапать? — провел ладонями по ее узкой спинке, вплел пальцы в волосы. — Так, нежные обнимашки.
— У нас разные представления о нежности, — она выгнулась, стиснув коленями мои бедра.
— Ладно. — Я убрал руки, вскинув их за голову. — Что в твоем понимании нежность?
Тэя замерла, словно вопрос застал ее врасплох. В голубых глазах мелькнуло что-то теплое. Она выдохнула, и я почувствовал, как напряжение в ее теле чуть ослабло, хотя она все еще сидела на мне сверху.
— Это забота о чувствах другого. Это хранить и оберегать, не требуя ничего взамен.
— Нэ-э… — я вылавливал каждый взмах ее густых ресниц. Какая же красивая, моя Тэя. — Ты путаешь, это уже нечто большее, чем нежность.
— Слушай, Тобиас…
Дверь грохнула о стену.
— Нира! Какого хрена ты на нем делаешь⁈ — заорал взбешенный принц.
Я тут же перехватил Ти и, уложив ее на свое плечо, показал Рину средний палец.
— Бля, я думал пожар или демоны напали на Конкорд, а это всего-то Принцесска сходит с ума.
— Тэйнира! — ударил он в стену и та покрылась льдом. — Сюда иди!
Девушка вздрогнула и замотала головой.
— Жаль мне нельзя из-под купола, — коснувшись губами темечка Ти, еще больше обмотал ее своими руками.
И выпустил двойника.
— Но ему ведь можно, — хмыкнул я, направляя копию на принца. Прижал локтем его горло к стене, тот не успел и пикнуть, как фиолетовая магия обвязала его по рукам и ногам, сбрасывая любые попытки ударить меня в ответ.
Резерв у меня полон как никогда. Хватало и на двойника, и чтобы удерживать девушку, вдруг она попытается сбежать.