Страница 35 из 59
Очнулась я от яркого света. Солнце било в окно, заливая комнату золотистым теплом. Где я? Повернула голову — знакомая обстановка. Комната Тима. Та самая, где я когда-то чувствовала себя как дома.
Тимофея рядом не было. Я осторожно встала — голова чуть кружилась, но терпимо. Дошла до ванной, умылась ледяной водой, посмотрела на себя в зеркало: бледная, с красными глазами, но живая.
Телефон нашёлся на прикроватной тумбочке. Я схватила его и спустилась на первый этаж.
Тим стоял у окна и говорил по телефону. По обрывкам фраз я поняла — с больницей. Увидев меня, он кивнул и через минуту закончил разговор.
— Тим, — я подошла ближе. — Новости есть?
— Ася.. — он повернулся, и я увидела, как он устал. — Как ты?
— Нормально. Что в больнице?
— Я только что звонил. Родителям ничего не угрожает, — он говорил медленно, будто взвешивая каждое слово. — Сейчас делают вентиляцию лёгких. Как только смогут дышать сами — снимут с аппаратов, и можно будет их навестить.
Я выдохнула. Хоть что-то хорошее.
— А Паша? Катя?
Тим помолчал, и это молчание было страшнее любых слов.
— У Паши сильный ожог ноги, — наконец сказал он. — На него упала горящая балка. Он потерял сознание от боли, поэтому не смог выбраться сам. Врачи сейчас пытаются спасти ногу. Катя.. у неё ожоги, но не такие тяжёлые. Проблема в другом: она беременна. Очень высокая вероятность, что она потеряет ребёнка. Но прогнозы пока никто не даёт — слишком рано. Надо ждать.
— Ждать? — я почти выкрикнула это слово. — Я не могу просто ждать! Что мне делать?
Тим подошёл, взял меня за плечи.
— Ась, сейчас ничего не сделаешь. Только ждать. Малышка, — он говорил тихо, успокаивающе, — давай я заварю тебе чай. Посидим. А потом будем дальше узнавать.
Я кивнула, чувствуя, как силы окончательно покидают меня.
Следующие несколько дней прошли как в тумане. Я не находила себе места, металась между больницей и домом Тима. В конце концов решила: надо возвращаться в город, на работу. Нельзя сидеть сложа руки.
Я вышла на смену, но телефон не выпускала из рук ни на минуту. Настя взяла на себя большую часть обязанностей, только молча кивая, когда я отходила ответить на очередной звонок. Зойка с Костей каждый вечер встречали меня после работы — водили в кафе, заставляли есть, пытались отвлечь разговорами. Я была им бесконечно благодарна.
Родителей перевезли в областную больницу — там оборудование лучше. Мы с Тимом каждый день ходили к ним. Мама уже улыбалась, папа шутил, хотя шутки выходили слабыми. Но они жили, и это было главное.
А Паша.. Паша всё ещё боролся. Врачи не давали прогнозов. Мы только знали, что ногу пока удалось спасти, но впереди долгое лечение. Катя потеряла ребёнка. Она молчала, никого не хотела видеть, и я не знала, чем ей помочь.
Жизнь разделилась на «до» и «после». Но я держалась. Потому что выбора не было.