Паук и Муха

— Что ты… — начала Муха, но он приложил палец к её губам.

— Доверься мне, — сказал он.

Нити скользнули по её запястьям, обвивая их не туго, а нежно, как любовник, который не хочет причинить боль. Они зафиксировали её руки над головой, но не сковывали — позволяли чуть двигаться, дразня.

Муха почувствовала, как другие нити коснулись её щиколоток, осторожно развели ноги.

— Ты не боишься? — спросил он, глядя ей в глаза.

— Я боюсь только, что ты остановишься.

Он улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать её в губы. Поцелуй был долгим, и в это время нити гладили ей внутреннюю сторону бёдер, поднимались по животу, касались груди.

Она застонала, когда тонкая паутинка прошлась по её затвердевшему соску. Арахней наблюдал за её реакцией, и в его глазах горело что-то первобытное.

— Ты можешь управлять ими? — прошептала она.

— Я могу чувствовать то, что чувствуешь ты, — ответил он, и одна из нитей скользнула ниже, туда, где она уже была влажной и горячей. — И я хочу, чтобы ты чувствовала меня везде.

Нити двигались в такт его дыханию — медленно, глубоко, проникая, лаская, дразня. Муха выгнулась, вцепившись в те, что держали её запястья. Ей казалось, что её тело превратилось в инструмент, а он играл на нём, извлекая звуки, которых она никогда не слышала.

— Пожалуйста, — попросила она.

— Что?

— Не останавливайся.

Он вошёл в неё, не спеша, но неумолимо. Муха выдохнула, чувствуя, как шёлк под спиной вибрирует в такт её сердцу.

— Ты здесь? — спросил он шёпотом.

— Здесь.

Они двигались в своём собственном ритме. Каждое движение рождало ответное, каждое дыхание смешивалось с другим.

Она содрогнулась всем телом и прижалась к нему крепче. Арахней застонал, уткнувшись лицом ей в плечо. Он замер на мгновение, а потом обмяк, уронив голову ей на грудь.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

Они лежали в тишине, сплетённые, как две нити одной паутины. Шёлк вокруг них дышал, радуясь их соединению. Муха закрыла глаза, чувствуя себя в безопасности.

— Арахней?

— М?

— Сотки мне что-нибудь. На память о сегодняшней ночи.

Он усмехнулся и, не вставая, провёл рукой в воздухе. Из нитей, повинуясь его воле, сплелась маленькая фигурка — муха и паук, сплетённые в танце.

— Это тебе, — сказал он, протягивая амулет.

Она взяла его, прижала к губам и улыбнулась.

— Теперь я всегда буду с тобой, — прошептал он.

Они уснули, обнявшись, а шёлковый замок бережно укрыл их своей серебряной тьмой.