Страница 49 из 72
– Ты перестала заглядывать на бульвар, вероятность нашей случайной встречи, я высчитал, равняется нулю… – печально пробормотал он. А потом вдруг перешел в наступление: – Слушай, сегодня у меня скромные посиделки по поводу дня рождения. Дома, без предков, они ушли. Приходи, будет весело.
– Спасибо за приглашение, но я не уверена… – засомневалась я. – Да, поздравляю с днем рождения!
– Спасибо. – Павел деловито улыбнулся. – Тебе Артур разве не сказал ничего? Собственно, он сам меня и попросил заскочить за тобой.
«Врет», – подумала я, а вслух произнесла:
– Да как-то неудобно… Вот если бы ты заранее предупредил… И подарка у меня, то есть у нас, нет. Прости!
– Подарков не надо, – простодушно захлопал светлыми ресницами Павел. – Твой приход – лучший подарок. Честно.
В его взгляде читалось неподдельное нагловатое обожание, которое он даже и не пытался скрыть.
– Вот поэтому и не хочу к тебе идти, – не выдержав, улыбнулась и я. – Не собираюсь становиться для тебя подарком.
– Я знаю, – вздохнул он, опять сменив тактику. – Но я обещал Артуру, что приведу тебя, он велел передать, что немного задержится.
И тут я вспомнила, что дядя Павла – тот самый Забуцкий. Человек, от которого зависела карьера моего мужа. И это важно – поддерживать хорошие отношения с Павлом, ведь, как я поняла, он довольно тесно общался со своим дядей. Одно дело – отказываться от тайных встреч с Павлом на бульваре, другое – не прийти на день рождения, куда мы с мужем приглашены.
– Хорошо, – сдалась я. – Пойдем. Это далеко?
– Ура! – просиял Павел. – Это недалеко, пешком дойдем, на Арбате.
«На Старом или Новом?» – хотела уточнить я, но вовремя прикусила язык. Новый Арбат сейчас назывался Калининским проспектом, я еще иногда путалась в топографии этой эпохи.
Мы быстро минули бульвары и пересекли перекресток, свернув на Арбат.
Сейчас Арбат был самой обычной центральной улицей, по ней ездил транспорт. Хотя нет, не совсем обычной, ее уже давно романтизировали – достаточно вспомнить стихи и песни Окуджавы, пьесу Арбузова 1970 года. Фильм по ней – «Сказки старого Арбата», – правда, снимут чуть позже, в начале восьмидесятых…
В 1982 году этот район начнут реконструировать: снимут троллейбусное движение, откопают первые этажи зданий, почти вросших в землю, облицуют обнажившиеся цоколи камнем, замостят улицу плиткой, установят новые фонари, раскрасят фасады домов в яркие цвета, отреставрируют особняки. К 1986 году закончат работу и Арбат превратится в пешеходную улицу, которая станет любимым местом прогулок для москвичей и гостей столицы. И одновременно адски усложнит жизнь тем, кто здесь живет, – нескончаемыми толпами, музыкой до утра, пьяными криками под окнами, постоянным присутствием чужаков в подъездах, которые будут их использовать как туалеты, распивочные и места, где можно погреться в холод.
Но все это будет еще впереди.
…В одном из старых арбатских переулков мы с Павлом оказались у его дома – старинного обшарпанного особняка с темным, пахнущим кошками парадным входом, поднялись по лестнице с чугунными перилами на верхний этаж.
Дверь в квартиру была почему-то не закрыта на замок, мы спокойно зашли внутрь, затем Павел провел меня по длинному коридору в свою комнату. Она была очень большой – с высоким потолком, огромными окнами и старой мебелью. Все стены в полках для книг. Павел щелкнул выключателем, в углу замерцал неярким светом торшер с оранжевым пышным абажуром.
– Ты, наверное, отвыкла от коммуналок, – смущенно улыбнулся Павел, помогая мне снять пальто. – Но у меня дружные соседи.
– Почему отвыкла? – пожала я плечами. – Я до замужества только по коммуналкам и жила… А где гости?
– Да вот… Чего-то опаздывают, – вздохнул он.
– Ну это нехорошо, – с досадой произнесла я. – Я, замужняя дама, вынуждена проводить с тобой время наедине… А я, между прочим, забочусь о своей репутации.
– Прости… – смущенно произнес Павел. – Я не рассчитал время, думал, ты выйдешь из института позже.
– Да, у нас заболел преподаватель, последнюю пару отменили, – нехотя подтвердила я.
Я не испытывала страха: двери в этой квартире не запирались, были слышны приглушенные голоса соседей, кто-то играл на скрипке за стеной, доносился чей-то отдаленный спор, гремели кастрюли – кто-то мыл посуду на кухне… Но мне происходящее почему-то не нравилось.
– Я пойду, пожалуй, – подумав, сказала я. – Подожду Артура внизу, во дворе, у подъезда.
– Там холодно, – устало, смущенно произнес Павел, и его голос вдруг дрогнул.
– Эй, ты чего? – удивилась я.
– Помнишь, в начале осени… – Он опустил глаза. – Я пришел к вам без приглашения, подарил томик Булгакова… Мы с Артуром говорили о его работе. И что у меня дядя…
– Да, помню. Научная карьера Артура во многом зависит от твоего дяди, всесильного академика Забуцкого, – рассеянно произнесла я, и тут на меня словно озарение какое-то нашло: – Погоди, так ты что, хочешь, чтобы я стала к тебе благосклоннее, да? И ты тогда повлияешь на дядю?
– Ты чего?! – перепугался Павел. – Да меня за такое Артур просто убьет! Я про другое хотел сказать… Чтобы
ты
повлияла на Артура и он не заносился бы так перед дядей!
Я молчала.
Павел стоял напротив, глядя на меня с ужасом, его глаза блестели, словно от слез. «Ох, я, кажется, слишком испорчена будущим, в двадцать первом веке уже никто никому не верит, везде мерещатся мошенники и прохиндеи! Ну и харассмент этот дурацкий…» – мелькнуло у меня в голове.
Неожиданно Павел отступил назад, взял в руки гитару и сел на подоконник, принялся перебирать струны – сначала тихо, неуверенно, потом все сильнее отдаваясь мелодии.
Он играл хорошо – мягко, проникновенно, глядя то на струны, то прямо на меня. В полумраке комнаты, в мягком сиянии, идущем от торшера, Павел выглядел эффектно: сосредоточенный, одухотворенный, весь ушедший в музыку… С этими длинными светлыми волосами, вызывающе острыми уголками воротника у батника. Но его образ уже уходил в прошлое, устаревал.
– Ты ведь чувствуешь? – Голос Павла сливался с мелодией. – Эта музыка, знаешь, – она сейчас говорит о том, о чем я не смею сказать тебе.
– Ты уже много чего успел мне наговорить, – вздохнула я. – И что я из будущего, и чего-то там про витрувианского человека, и про то, что ты разобрал мою повесть с помощью ЭВМ…